О чем мечтает герцог - Дженна Питерсен

– Ты неисправим, – рассмеялась девушка. Затем наклонилась и прижалась горячим, влажным поцелуем к его ключице. А когда от удовольствия он втянул воздух, добавила: – И великолепен.

Он позволил ей целовать свою грудь, двигаясь губами по поверхности мускулов. Она пробовала на вкус его кожу, поддразнивала, играя его сосками, проводила ногтями поперек мускулистого живота.

Лилиан чувствовала, что её действия не оставили его равнодушным. Его тело напряглось, пока она прикасалась к нему, руки сжались в кулаки, как будто он боролся, чтобы не схватить и не овладеть ею. А когда девушка выпрямилась и прижалась к нему, она почувствовала напряженную, толстую мужскую плоть, настойчиво вжимающуюся в её бедро.

Тело отозвалось на это давление, на запах и вкус его кожи, на тепло его тела, пока она прикасалась к нему. Лилиан горела как в лихорадке, кожа её была слишком чувствительна, соски напряглись, а естество трепетало и сжималось от пустоты, готовясь к слиянию их тел.

Сорвав с него рубашку, девушка потерлась грудью об его обнаженную грудь, её прикосновения становились всё смелее, уверенней.

– Теперь позволь мне, – прошептал Саймон, коснувшись губами изящному чувствительному местечку за её ушком.

Пока он ласкал и целовал девичью шею, его руки нащупали пуговицы платья на спине. С поразительной скоростью платье соскользнуло вниз. Он помог ей опустить его до талии и далее, пока оно не упало к её ногам.

Он отступил и пристально посмотрел на неё. Её сорочка была по-летнему легкой, тонкой и короткой, открывавшей одетые в чулки ноги до середины бёдер.

– И ты говоришь, что я великолепен, – задумчиво сказал он, кладя руки на её талию.

Он провёл ими вверх и вниз, притягивая её всё ближе и ближе до тех пор, пока их тела не прижались друг к другу. Лилиан почти не могла дышать, когда он наклонился поцеловать её. Она с нетерпением встретила его губы, приоткрыв свои и позволив ему войти, наслаждаясь его вкусом и жаром языка, пока он вторгался в её рот.

Ошеломляющая страсть, испытанная ею ранее, тотчас же вернулась, когда он углубил поцелуй. Она чувствовала себя зачарованной поцелуем, поддающейся ему, ошеломлённой нахлынувшими чувствами и его физическим присутствием.

Но как только эта мысль пришла ей в голову, он отстранился. В ярком свете спальни Саймон пристально смотрел на неё, его губы распухли от поцелуя, глаза горели чувственным намерением и сексуальным желанием.

– Боюсь, что как только я дотрагиваюсь до тебя, я теряю контроль над собой, – признался он и голос его прозвучал так же грубо, как шорох гравия. – Но сегодня ночью я хочу быть сдержанным, хочу насладиться каждым мгновением.

Девушка вздрогнула. Протянув дрожащую руку, она просунула пальцы за пояс его панталон и дернула изо всех сил. Он качнулся вперед, его глаза расширились от удивления из-за её агрессивных действий.

– Если только вы не попытаетесь лишить меня самообладания, мисс Мэйхью, – прошептал Саймон, его горячее дыхание шевелило её волосы, пока она пристально смотрела на него.

Девушка улыбнулась.

– Мне очень нравится, как это звучит. Ты думаешь, я могу лишить тебя самообладания?

Его зрачки расширились, а нефритовый взгляд потемнел.

– Ммм… Я бы хотел увидеть, как ты будешь пытаться.

Вместо ответа Лилиан расстегнула верхнюю пуговицу его панталон. Она решительно удерживала его взгляд, пока повторяла действия с другими пуговицами. Наконец его панталоны разошлись на талии. Она посмотрела вниз, уставившись на тонкую линию волос, которая, извиваясь, сбегала вниз к основанию его восставшей плоти. Завороженная, девушка взяла в руку и высвободила из брюк этот сгусток мышц. Его плоть увеличилась из-за оказанного внимания, становясь теплой и твердой под её пальцами.

– Кажется, ты можешь лишить меня самообладания, – прошептал Саймон, его глаза плотно закрылись, когда она провела рукой вдоль его плоти сначала один раз, потом второй. – Великий Боже, женщина!

Она улыбнулась, хотя и была захвачена врасплох своими собственными действиями. Страх и нерешительность, которые она испытывала поначалу, когда они вошли в комнату, теперь исчезли, вытесненные распутной уверенностью, которую подкрепляла его сильная реакция на её прикосновения.

Лилиан хотела большего. Она хотела дать ему больше. Воспоминания вернули её к тому первому разу, когда они занимались любовью. Прежде чем войти в неё, он подготовил её своими пальцами, а потом горячей влажностью своего рта. Наслаждение было просто потрясающим, когда он пробовал её на вкус так интимно.

А ему бы такое тоже понравилось?

Она чувствовала себя настоящей грешницей, пока соскальзывала вниз вдоль его тела, целуя его обнажённую грудь и живот. И когда она опустилась на колени, Саймон напрягся.

– Лилиан? – спросил он низким и резким голосом. – Что ты делаешь?

Она взглянула на него, снова беря его плоть в руку.

– Лишаю тебя самообладания.

И прежде чем он смог ответить, она обхватила его плоть губами и медленно погрузила в свой рот.

Саймон еле сдерживал громкий стон, пока Лилиан всё глубже погружала его к себе в рот. Он знал, что должен остановить её, что она ещё слишком невинна для такого откровенного действия, но почему-то не мог. События этого дня причинили ему столько боли, а это непереносимое наслаждение уносило всё это прочь и заставляло его мир вращаться вокруг рта Лилиан и медленно движущегося языка, а не чего-то другого.

Он откинул голову назад, издав резкий стон, пока она кружила и кружила языком вокруг его плоти. Боже, это было так прекрасно! Она была так хороша! Так естественна в своём стремлении выявлять тончайшие нюансы его наслаждения. И теперь она принадлежала ему. Навсегда. Он мог бы научить её большему и многому научиться у неё. Они могли бы вот так же заниматься любовью каждый день.

Он больше не мог ждать.

Лилиан увеличила темп движений вокруг его плоти, и Саймон напрягся, так как волны удовольствия начали затуманивать его взор, и он почувствовал, как его семя готово вырваться наружу. Как бы сильно ему не хотелось мощной, доставляющей наслаждение разрядки, но больше всего он жаждал быть с Лилиан. Мечтал погрузиться глубоко в неё, почувствовать её пульс вокруг себя.

Он отстранился, и девушка посмотрела на него разочарованными глазами.

– Я сделала что-то не так? – спросила она.

Саймон поймал её руки и заставил подняться на ноги. И прежде чем поцеловать, он ответил:

– Боже, нет. Ты сделала всё замечательно, просто идеально. Но ещё немного и я не смог бы сделать вот это.

Он просунул руки под её обнажённые ноги и поднял девушку. Прижав свой рот к её губам, он отнес Лилиан к постели и положил поперек мягкого покрывала. Она откинулась назад, взглянув на него с абсолютным доверием и страстью.