Опасная стихия - Патриция Пелликейн

— Господи! У меня человек ранен! Хватайте скорее этого сукина сына! — заорал Джим что было мочи. — Если вы при этом его укокошите, мне наплевать.

Неподалеку от места задержания дежурила «скорая» с группой медиков. Джим, приблизив губы к прикрепленному к воротнику микрофону, гаркнул:

— Джон, врачей сюда! Быстрее!

Дэнни наблюдала за происходящим словно со стороны. Можно было подумать, что наблюдаемые ею события не имели к ней никакого отношения. Кровь лилась потоком. Ей срочно требовалась помощь хирурга. Она все это вроде бы понимала, но продолжала меланхолично следить за развитием сюжета.

Но вот осознание случившегося проникло наконец сквозь возведенный организмом защитный барьер. Колени подогнулись, и она начала падать на стоявшего рядом с ней Джима. Она хотела было поднять руку, чтобы зацепиться за его плечо, но не смогла. Шериф подхватил ее на руки, прижал к себе, как малое дитя, и снова крикнул, чтобы срочно прислали «скорую». При этом он страшно ругался и проклинал всех на свете, совершенно не отдавая себе в этом отчета. Он замолчал, только когда к нему подкатила машина с красным крестом. Затем санитары внесли Дэнни внутрь и уложили на металлическую койку; «скорая» сорвалась с места и, оглашая воздух пронзительными звуками сирены, помчалась в сторону госпиталя.

Джейк едва не подпрыгнул, услышав, как в нескольких дюймах от его уха бабахнул винтовочный выстрел. Как к нему сзади подобрался Джимми, он не услышал. У него из головы не выходил Стив, который только что стоял у окна дома, а в следующее мгновение уже лежал на земле. Джейк покачал головой. Его не оставляло ощущение, что он снимается в массовке какого-то голливудского вестерна. Что, черт возьми, они здесь все делают, сжимая в руках ружья? Среди проживавших в округе мужчин он знал парочку таких, которые были большими любителями пострелять. Джейк огляделся и сразу же их заметил. Они лежали на земле, раскинув, как положено, в стороны ноги, и целились в невидимого убийцу, чрезвычайно при этом напоминая стрелков Добровольческого корпуса северян времен Гражданской войны.

— Достали его? — прокричал Майк, появляясь из-за угла дома.

— Ага, — мрачно заявил Стив и сплюнул. — Достали. Только не его, а меня. Едва не отстрелили мне к чертовой матери руку!

Джейк ухмыльнулся:

— Тебе еще повезло, что в тебя стрелял Джимми, а не я. Я-то целился тебе прямо в сердце. Никак только не могу взять в толк, с чего это тебе взбрело в голову бродить под окнами?

Стив выругался и снова сплюнул.

— Мне показалось, что около дома кто-то ходит, — пояснил он.

Майку потребовалось не более секунды, чтобы оценить ситуацию и понять, что один из охранявших ранчо был случайно ранен его же, Майка, людьми. Потом он вспомнил, что оставил Мэгги в ванной в незапертом доме. Еще несколько секунд у него ушло на то, чтобы обежать вокруг строения и ворваться в прихожую.

— Мэгги? — крикнул он во всю силу своих легких, вбегая в гостиную. — Мэгги? — снова позвал он жену, останавливаясь у двери ванной комнаты. Он боялся, что, пока его не было, произошло самое ужасное, а потому никак не мог набраться мужества, чтобы потянуть за ручку и открыть дверь.

— Майк? — послышался тихий голос.

— Все нормально, милая. — Майк испытал такое облегчение, будто у него с плеч свалился огромный, неподъемный груз. Когда Мэгги открыла дверь, он стоял, тяжело привалившись к косяку, с шумом втягивая в себя воздух. — Можешь выходить.

— Вы поймали его? — спросила она, уткнувшись лицом в его шею.

— Нет. Это Стива поймали. Свои же. Получил огнестрельное ранение в руку.

— Боже мой!

— Ничего, жить будет. Сейчас кто-нибудь из ребят отвезет его в госпиталь. — Помотав головой, Майк тихо произнес: — Знаешь, что-то меня ноги не держат. Пойду-ка я, пожалуй, присяду.

Мэгги улыбнулась:

— Подожди, я тебе помогу.

— Спасибо, — слабым голосом вымолвил Майк, когда добрался наконец с ее помощью до дивана.

— Может, ты выпить хочешь — или еще чего?

Майк покачал головой:

— Ничего и никого не хочу — кроме тебя.

Как только Мэгги присела с ним рядом, зазвонил телефон.

— Мы его взяли, — сообщил Джим, и Майку стоило огромного труда сдержать навернувшиеся на глаза слезы.

— Слава Богу, — прошептал он, а когда Мэгги подняла на него глаза, в которых застыл немой вопрос, утвердительно кивнул: — Они его взяли, Мэгги.

Глава 17

— Только не показывай ему, что боишься.

Мэгги посмотрела на подругу и ухмыльнулась:

— Думаешь, если я ему скажу, что не боюсь, он мне поверит?

— Это ты не ему говори, а себе, — пояснила Мириам. — А главное — поверь в это.

Мэгги засунула ногу в стремя, и Джейк помог ей забраться в седло. Ей понадобилась еще минута, чтобы поймать второе стремя другой ногой.

— Бог ты мой! — воскликнула она. — Как высоко! Странно, когда я смотрела на него с земли, он вовсе не казался мне таким высоким. Сколько в нем — футов шесть?

— Все двенадцать. Только не футов, а локтей.

— Каких локтей?

— Ну… рост лошади измеряют не футами, а локтями.

Конь переступил ногами, и Мэгги вздрогнула. Изо всех сил постаравшись улыбнуться, она с фальшивым воодушевлением заявила:

— Здорово-то как!

— Сахарок у нас спокойный, как малое дитя. Обещаю, проблем у тебя с ним не будет.

— Тогда почему так важно дать ему понять, что я его не боюсь?

— Потому что лошади в каком-то смысле похожи на мужчин, — сообщила Мириам, ласково взглянув на своего мужа. — Не важно, какой у него характер, но они всегда готовы воспользоваться малейшей твоей оплошностью, чтобы себя потешить.

Следуя инструкциям Мириам, Мэгги пустила Сахарка шагом и ездила на нем по огороженному загону примерно в течение получаса.

— Ну как? Привыкаешь понемногу? — спросила Мириам.

— Вроде того, — не слишком уверенно ответила Мэгги.

— Хорошо. Тогда давай съездим к северному пастбищу. — Мириам заметила сомнение в ее взгляде и успокоила: — Это недалеко.

— Угораздило же меня выйти замуж за ранчеро, — заметила Мэгги. — Вот и отдуваюсь теперь.

— Еще несколько таких прогулок, и ты сама будешь просить меня составить тебе компанию.

Через два часа Мэгги наконец слезла с лошади и простонала:

— Уж и не знаю, когда я решусь снова забраться в седло. А уж о том, что я буду просить тебя съездить со мной на прогулку, можешь забыть.

— Прими ванну. Предупреждаю, к вечеру будет болеть сильнее.

— Еще сильнее? — ужаснулась Мэгги, осторожно прикасаясь к саднившему заднему месту. Бедра с внутренней стороны тоже горели так, словно их натерли наждаком. — Ты что же, хочешь сказать, что к вечеру я и шага не смогу сделать?