Эротические рассказы Рунета - Том 1 - Автор неизвестен Эротика и секс

— Чай, кофе? — спросила она, — а, может быть, виски?

Насименто отрицательно покачал головой.

— Ты не хочешь выпить? — удивилась Элизабет, — но почему? Ты же не на службе!

— Как сказать, — уклончиво ответил Джон. Трахтенберг вынула из бара большую бутылку с разноцветной этикеткой и два небольших фужера.

— Тогда выпьем вина, — сказала она, — это отличный «Токай» восьмидесятого года, — Элизабет наполнила фужер и предложила один Джону. — Выпей, приятель! Ты действительно не на службе. Посиди, расслабься…

Тот принял вино.

— Ну, если это и служба, — улыбнулся Джон, — то очень и очень приятная. Ну что, — он поднял фужер, — давай выпьем за наши успехи!..

Трахтенберг включила телевизор — там показывали рекламу нового, недавно открытого секс-шопа.

— Вы только посмотрите на это, — говорил с телеэкрана пожилой джентльмен, держа в руках манекен голой девицы, чрезвычайно похожий на настоящую, — это — последнее достижение наших модельеров и конструкторов в области секс-промышленности. Надувная кукла «Ева» с регулируемой величиной влагалища. Это гораздо лучше настоящей женщины. Во-первых, она портативна: в ненадутом состоянии запросто вмещается в кармане пиджака. Во-вторых, она верна: никогда не изменит вам с другими мужчинами и женщинами. В-третьих, она очень смирная: не будет устраивать вам скандалы по поводу и без повода, не будет требовать у вас денег на тряпки и всегда будет терпеливо дожидаться вас там, куда вы ее положите. В-четвертых, она совершенно не ревнива: никогда не закатит вам истерику, если вам вздумается изменить ей как с другими надувными куклами, так и с женщинами. В-пятых, она никогда не надоест вам своей бестолковой болтовней. В-шестых, она не обидчива: не станет дуться на вас даже в том случае, если у вас вдруг не встанет… И, наконец, главное: «Ева» доступна в обращении — пользоваться ой может любой ребенок, достаточно надуть ее вот тут, — джентльмен перевернул куклу задом и показал на небольшой клапан, — и «Ева», прекрасная, как первая женщина, будет удовлетворять вас бесконечно долго! При этом она никогда не залетит, так что вам не придется тратиться на аборты! Не забыли? Надувная женщина «Ева»! Приобрести ее вы сможете, если посетите наш новый секс-шоп «Эльдорадо». Наш адрес: Страйфорд Лайн 33, Нью-Йорк. Не забыли?

Элизабет уменьшила громкость.

— Кстати, — сказал Насименто, — ты обещала продемонстрировать мне свою коллекцию оружия…

— Потом, Джонни, — она вновь разлила вино по фужерам, — выпьем еще по одной?

Джон поднял фужер.

— Теперь я хочу выпить просто за нас с тобой, — он посмотрел на как бы невзначай оголившееся колено Элизабет, — за нас, мой дорогой напарник!

Когда бутылка была выпита, Джон предложил:

— Ну, может быть, теперь ты покажешь мне свою коллекцию? Я просто сгораю от нетерпения!

Трахтенберг кивнула.

— Конечно, покажу. Поднимемся наверх?

Пройдя по лестнице на второй этаж, полицейские вошли в небольшую спальню.

— Тут — мое самое любимое место, — улыбнулась Элизабет и вдруг быстро бросила Джона на кровать.

— А как же оружие? — не понял он.

— Всему свое время…

Трахтенберг, быстро сбросив халат, легла на кровать и укрыла себя и партнера полосатым пледом. Джон молниеносно освободился от одежды.

— Чего же ты медлишь, — простонала Трахтенберг, — раздень меня побыстрее…

Насименто принялся расстегивать пуговичку ее бюстгальтера, но тут его пальцы внезапно уперлись в холодный металл. Джон, к немалому своему удивлению, вытащил маленький, будто бы игрушечный, пистолет.

— Это «Беретта», — сказала Трахтенберг, — последняя модель. Портативен, и поэтому очень удобен. Вмещается в любых местах — даже в бюстгальтере.

Джон кинул пистолет на пол. Справившись, наконец, с бюстгальтером, он засунул его под подушку — и его рука вновь ощутила что-то твердое. Засунув руку поглубже, полицейский вытащил из-под подушки автомат с укороченным дулом, без приклада и с дискообразным магазином — подобные были популярны у американских гангстеров времен «сухого закона».

— Отличный коллекционный экземпляр, — прокомментировала Элизабет, — когда-то он принадлежал одному из телохранителей самого Аль Капоне. Достался мне по случаю.

Джон принялся за трусики. И опять его рука уперлась во что-то твердое и холодное.

— Что у тебя там, — прошептал Насименто, — наверное, крупнокалиберный пулемет?

Трахтенберг вытащила огромный пистолет вороненой стали, еще пахнущий заводской смазкой.

— Это моя любимая пушка, я тебе о ней рассказывала тогда на дежурстве — «Магнум» сорок пятого калибра…

— Это которая сносит головку автомобильного цилиндра? — уточнил Джон.

— Совершенно верно.

— Но сейчас ты только что чуть не снесла мою, — полицейский поежился от одной только мысли, что это могло действительно произойти. — Слушай, может быть, у тебя в трусах еще и гранатомет припрятан?

Элизабет улыбнулась.

— Надеюсь, милый, что гранатомет в трусах у тебя, — она опустила руку под одеяло и принялась нежно поглаживать Джона, — у меня действительно спрятана небольшая базука, но ты не волнуйся, она в шкафу.

Наконец, Насименто взгромоздился на Элизабет и принялся за работу — кровать заходила под ними ходуном.

— О-о-о! — стонала Трахтенберг, — о-о-о! Не так сильно! Не так сильно!..

Джон, не обращая на стоны ни малейшего внимания, продолжал свое дело — кровать тряслась еще сильнее…

— Не так сильно, — продолжала постанывать Элизабет, — прошу тебя, не так сильно! Это может плохо окончиться!

Внезапно где-то внизу раздался глухой взрыв — кровать разлетелась в щепки, и взрывная волна отбросила Джона и Элизабет на пол. Переведя дыхание от шока, Насименто прошептал:

— Что это было? Ты что, проглотила ручную гранату, а я достал тебе до самого желудка?

Трахтенберг отерла со лба выступивший пот.

— У меня действительно была ручная граната, только не в желудке, а под кроватью. Ты слишком сильно раскачивал панцирь — видимо, сетка кровати случайно задела взрыватель…

Джон осмотрел себя — все органы были на месте.

— Мы еще легко отделались, — тихо произнесла Трахтенберг, — а ведь могло и оторвать что-нибудь…

Насименто приобнял девушку.

— Но почему ты мне сразу ничего не сказала? Ведь это действительно могло окончиться очень плохо…

Та слегка улыбнулась.

— Я же кричала тебе: «не так сильно, не так сильно», а ты — не слушал…

— Да, — Джон взял в руки отлетевшую от кровати щепку, — первый раз во время акта подо мной взорвалась женщина!

Трахтенберг поднялась с пола.

— Ну что, пошли в зал? — предложила она.

Медовый месяц Джона и Элизабет Насименто был в самом разгаре. Молодые не вылазили из постели — Джон предусмотрительно спрятал весь арсенал своей жены в другую комнату. Молодожены постоянно опаздывали на работу — не выспавшись за ночь, они появлялись в шестнадцатом полицейском участке с фиолетовыми кругами под глазами и, случалось, засыпали, едва усевшись в автомобиль. Впрочем, капитан Лассард, хотя и подтрунивал над супругами, относился ко всему этому более чем снисходительно: сложных участков для патрулирования Лассард им не назначал. По выходным, случавшимся дважды в неделю, Джон и Элизабет никуда не выходили, отдавая все время исключительно занятиям любовью.

В тот день — а это как раз был выходной — Джон, развалившись на кровати, смотрел телевизор. Элизабет, сидя на муже в позе наездницы, в это самое время ощущала, как его необыкновенно твердый, могучий орган достает ей прямо до шейки матки. Впрочем, занятие любовью не мешало ей одновременно читать свежий номер «Нью-Йорк Тайме».

— Послушай, любимый, — произнесла она, продолжая равномерно двигать тазом, — вот тут пишут, что этот ублюдок капитан Маузер назначен начальником 2-й Полицейской Академии нашего штата. Что ты на это скажешь?

— Дорогая, — ответил Насименто, — какое мне дело до разных там ублюдков? Пусть он станет хоть Президентом — нам-то с тобой что?

— Просто интересно, — сказала Элизабет и перевернула страницу газеты. Джон взял ее снизу за ягодицы.

— Моя хорошая, — нежно произнес он, — моя хорошая, давай поменяем позу. А то я гоняю туда-сюда, никак кончить не могу. А потом все-таки — мне очень тяжело держать тебя на себе вот уже полчаса…

Элизабет улыбнулась.

— Так уж и полчаса! Я успела прочитать одну только заметку!

Джон попытался высвободиться из-под жены.

— Лиз, — начал он просительным тоном, — Лиз, дорогая, давай сменим позу… Войди в мое положение — мне все-таки очень неудобно…

Та съязвила:

— Как же, как же, ты хочешь одновременно трахаться со мной и смотреть по телевизору свой бейсбольный матч! Спорт тебе дороже любящей тебя жены… Вот они, современные мужчины!