До и после Победы. Книга 2. Становление. - Сергей Суханов

Собственно, этим они исчерпали возможности контратаки, поэтому, когда к десяти вечера подошла наша танковая рота, она не задерживаясь смахнула остатки немецких танков и пошла гулять по тылам. А за ней втягивались все новые и новые колонны бронетехники - в прорыв ушло до полусотни танков со средствами поддержки и пехотой.

Началось самое веселье, то, чем мы чаще всего занимались с лета 41го - разгром колонн на марше. К сожалению, веселье началось вовсе не там, где мы концентрировали наши ударные силы. Да и раньше намеченного срока - по планам мы собирались еще две недели подтягивать войска, насыщать немецкие тылы диверсионными группами и согласовывать планы с местными партизанами, чтобы разбить немецкие части как раз к наступлению весенней распутицы, и под ее прикрытием перевести дух, затянуть раны и переварить захваченное. Поэтому ударные колонны втягивались в немецкие тылы по мере подхода из мест их концентрации в исходных районах. Но все-равно выходило неплохо. Уже к утру первого дня мы вышли к Горкам в сорока километрах к востоку от шоссе Орша-Могилев и одним мотопехотным и одним танковым батальоном в скоротечном, но яростном бою разгромили находившуюся там пехотную дивизию - те просто не успели вывести на позиции свою ПТО, и боеприпасов в казармах у них было немного, поэтому уже к двенадцати часам дня мы начали формировать колонны военнопленных. Еще два ударных батальона двинулись один - на Дрибин, находившийся в пятнадцати километрах южнее Горок, а в второй - на северо-запад, в направлении нашей Орши. Мы предполагали, что немецкие укрепления под Оршей придется прогрызать большой кровью. Для этого подтянули туда всю крупнокалиберную артиллерию. А тут внезапным ударом с тыла эти укрепления посыпались одно за другим. То же произошло и у Могилева - к ударам с тыла немцы были пока непривычны. В общем, к концу девятого марта весь немецкий фронт между Могилевым и Оршей посыпался - образовалась огромная дыра, в которую хлынул весь наш накопленный потенциал. Оставшиеся опорные пункты мы просто обложили малыми силами - надоест сидеть - сдадутся, или пусть идут в атаку и кладут себя на чистом поле. В крайнем случае, потом додавим - сейчас перед нами лежали открытые тылы группы армий "Центр", и мы гуляли по ним.

Десятого был взят Мстиславль, в пятидесяти километрах к юго-востоку от Горок и в шестидесяти к востоку от Могилева. С юго-востока он был хорошо прикрыт болотами южной смоленщины, поэтому, оставив там окапываться два усиленных пехотных полка, наши ударные силы рванули на северо-восток, к Починку. Его взяли за два дня - немцы уже успели опомниться и немного составили представление что происходит и где мы находимся. До Смоленска оставалось тридцать километров почти на север, но от него уже шли танковые колонны, поэтому вокруг Починка мы начали строить оборонительные сооружения и готовить засады вдоль дорог на него.

И тут от Орши и Витебска наконец двинулись наши не до конца собранные ударные колонны. Но тоже не так, как планировалось изначально. Так как южным оршинцам теперь не требовалось прогрызать оборону противника, они как по проспекту прошли через бывшие немецкие позиции и повернули на север, во фланг немецким позициям против северной оршинской группы. Немцам пришлось трудно, но не долго - мало того что им надо было отбивать фронтальные атаки, которые в качестве демонстрации производили северяне, так еще пришлось разворачивать часть сил фронтом на юг, чтобы отразить фланговый удар. Успевали развернуться далеко не всегда, так что южная группа прошла через их порядки как нож сквозь масло и завернула окружение двадцатитысячной группировки, после чего, усиленная частями северной группы, растеклась в сторону Смоленска по дорогам и направлениям, подготовленым нашими ДРГ и партизанами. Семьдесят километров до Смоленска группа прошла за три дня - приходилось отвлекаться на разворачивание в боевые порядки, чтобы разбивать или добивать колонны противника, все еще спешившие к окруженной оршинской группировке. Не успевают фрицики, не успевают ...

Планы Витебской ударной группы тоже были изменены. Вместо того, чтобы прорываться через хорошо укрепленные позиции в направлении на Смоленск, она раскаленным ломом прошла через немцев в направлении на северо-восток, через два дня вошла в Велиж в восьмидесяти километрах к северо-востоку и, выставив заграждение на северо-запад в направлении Невеля, основной массой повернула уже на юго-восток - к Смоленску. Нормальные герои всегда идут в обход - и правильно делают. С этого направления у немцев почти ничего не было, поэтому сто двадцать километров прошли за день и подошли к городу даже раньше чем оршинские, сходу вломились на окраины и увязли в городских боях. Оставшиеся у Витебска перед небольшими заслонами немецкие части попытались было отойти в сторону Смоленска, оставив, также как и мы, небольшие заслоны. Но эти заслоны были быстро сметены не успевшими к началу заварухи частями, которые стали гнать их по шоссе, откусывая от них по-немногу, но часто. Отходившая витебская группировка немцев закончилась на подходах к Смоленску, когда уперлась в заградительные позиции, наспех развернутые основной витебской группировкой, подошедшей с северо-запада и уже два дня бившейся в Смоленске. Мелкие части конечно пытались свернуть с колеи в сторону, но были безжалостно биты нашими ДРГ, которых значительно усилили партизаны смоленщины. Так что в котле в десяти километрах к северо-западу от Смоленска мы смогли закрыть только десять тысяч человек из тридцатитысячной витебской группировки фрицев - остальные либо полегли либо были взяты нами в плен, лишь малой части удалось ускользнуть, и сейчас за ними гонялись все партизаны округи.

Тем временем у Починка наша витебская группировка продолжала отбиваться от подошедших со стороны Смоленска немецких танковых колонн. Она медленно пятилась к городу, непрерывными контратаками и засадами вынуждая немцев постоянно разворачивать боевые порядки и нанося им ощутимый урон. Маневренные бои продолжались два дня, за которые наша пехота с помощью местных жителей и пленных немцев успела создать оборонительные рубежи, за которые и занырнули наши потрепанные, но не разбитые подвижные соединения. Немцы уперлись в наши окопы и топтались у них два дня, когда пришли данные от Смоленска, и они, оставив заслоны, пошли на выручку своему гарнизону. Заслоны остались с открытыми флангами, по которым и ударили наши переформированные и отдохнувшие мобильные части. На уничтожение двух полков ушел целый день, после чего, 16го марта, наши колонны также двинулись вслед немецким танкам на Смоленск. Теперь наступление на город шло с трех сторон. Северная часть была уже нашей - за три дня витебская группировка дом за домом зачищала город. Поняв, что город им не удержать, немцы стали выводить части на восток, так что к 18му марта город был освобожден.