Непристойные предложения - Уильям Тенн

и гибким умом, сразу осознал, что перед ним инопланетное создание, у него не было технологических доказательств этого факта, а также природы и существования нашей конкретной галактической цивилизации. Таким образом, в данном случае не произошло серьезного нарушения Межзвездного закона 2607193, поправки 126‐509.

— Что вы хотите мне показать? — воспитанно спросил мистер Блетч, глядя на пурпурную лужицу. — И позвольте спросить, откуда вы? С Марса? С Венеры?

— Слышь, друг, мало знаешь — крепче спишь. Хочу кой-чего показать. Горячие штучки. По правде горячие.

Разум мистера Блетча, избавившийся от первоначального страха, что его владельца побьет и ограбит местный головорез, переключился на соответствующее воспоминание, давнее, о заграничной поездке. Переулок в Париже и мерзкий французишка в драном свитере…

— Что же это? — спросил мистер Блетч.

Последовала пауза: Л’пайр впитывал новые впечатления.

— А-а-а-х, — произнес голос из лужицы. — У меня есть кое-что для мсье, мсье непременно понравится. Не подойдет ли мсье поближе?

Как мы понимаем, мсье подошел поближе. Середина лужицы вспучилась, вытянула псевдоподию с плоскими квадратными объектами и хрипло телепатировала:

— Вот, мсье. Грязные картинки.

Пусть и захваченный врасплох, Блетч лишь вопросительно поднял брови и произнес:

— А? Ну-ка, ну-ка!

Он переложил зонт в левую руку и, беря картинки по одной, изучил каждую в нескольких шагах от Л’пайра, где свет уличного фонаря был сильнее.

Когда прибудут все улики, ты сам увидишь, Хой, на что они похожи. Дешевые фотографии, призванные возбуждать грубую амебоидную похоть. Как ты мог слышать, гтетанцы размножаются простым бесполым делением, но только в присутствии солевого раствора; хлорид натрия на их планете — относительная редкость.

На первой фотографии была голая амеба, толстая, переполненная пищевыми вакуолями, которая лениво и бесформенно плескалась на дне металлического контейнера в полностью расслабленном состоянии, что предшествует делению.

Вторая фотография напоминала первую, только струйка соленой воды стекала по стенке контейнера, и несколько псевдоподий вопросительно тянулись к ней. Чтобы совсем не оставить простора воображению, в правом верхнем углу фотографии была нарисована молекула хлорида натрия.

На третьей фотографии гтетанец исступленно купался в солевом растворе, его тело раздулось, выбросило десятки пульсирующих псевдоподий. Большая часть хроматина сконденсировалась хромосомами по экватору ядра. Для амебы это вполне могла быть самая эротичная картинка в коллекции.

На четвертой фотографии на ядре появлялась перетяжка между двумя наборами сестринских хромосом; на пятой деление завершалось, и два ядра расходились по противоположным концам особи, в цитоплазме которой тоже возникала перетяжка. На шестой два новорожденных гтетанца с пресыщенной усталостью выходили из резервуара с соленой водой.

Чтобы продемонстрировать степень безнравственности Л’пайра, позволь привести слова гтетанской полиции. Он не только показывал это несовершеннолетним амебам, но и убеждал их, что сам сделал фотографии, а моделью послужил его собственный брат — или сестра? Его собственный неповторимый родич? В этом деле много, много запутанных аспектов.

Блетч вернул последнюю фотографию Л’пайру и сказал:

— Да, я готов купить весь набор. Сколько?

Гтетанец назвал цену в химических компонентах, имевшихся в лаборатории школы, где преподавал Блетч. Он объяснил, что именно нужно приготовить, и предостерег Блетча никому не рассказывать о его существовании.

— Иначе мсье придет завтра вечером — но не будет ни картинок, ни меня, и все хлопоты мсье будут напрасны. Компрене?

Судя по всему, Осборн Блетч с легкостью достал и приготовил вещество, которое просил Л’пайр. Он сказал, что по меркам его общества это были ничтожные количества, которые ничего не стоили. Кроме того, как и в тех случаях, когда он использовал школьные ресурсы для личных экспериментов, он возместил затраты из своего кармана. Но Блетч признал, что фотографии были лишь незначительной частью того, что он надеялся получить от амебоида. После заключения сделки он планировал выяснить, из какой части Солнечной системы прибыл пришелец, на что похож его мир и тому подобные вещи, представляющие объяснимый интерес для существа, чья цивилизация проходит последние фазы статуса тайного наблюдения.

Однако, совершив обмен, Л’пайр обманул Блетча. Гтетанец пообещал вернуться следующей ночью, когда у него будет больше свободного времени, и они смогут в свое удовольствие обсудить положение дел во Вселенной. И, разумеется, как только землянин ушел с фотографиями, Л’пайр залил топливо в конвертеры, произвел необходимые субъядерные перестройки в его атомарной структуре и, врубив гиперпространственный двигатель на полную мощь, рванул с Земли, словно рилг из Гоукалдеди.

Насколько мы понимаем, Блетч отнесся к обману философски. В конце концов, ему достались фотографии.

Когда мой ВП офис проинформировали, что Л’пайр вылетел с Земли в направлении М13 Скопления Геркулеса, не потревожив земной закон и технологии, мы благодарно расслабились. Дело перевели из категории «ВЫСШИЙ ПРИОРИТЕТ — ВНИМАНИЮ ВСЕГО ПЕРСОНАЛА» в «ОЖИДАНИЕ ЛАТЕНТНЫХ ЭФФЕКТОВ».

Как обычно, я сам перестал им заниматься и передал все полномочия моему регенту и представителю на Земле, звездному капралу Па-Чи-Лю. На быстро удалявшийся корабль Л’пайра был наведен луч слежения, и я получил возможность вернуться к моей главной проблеме — попытке отсрочить межпланетные путешествия до тех пор, пока различные человеческие общества не созреют, чтобы перейти на нужный высший уровень.

Поэтому, когда шесть месяцев спустя дело снова открыли, Па-Чи-Лю занялся им самолично и не тревожил меня, пока ситуация не осложнилась до необычайности. Знаю, это меня не оправдывает — я несу ответственность за все, что происходит в моем внешнем патрульном округе. Но скажу тебе как родственнику, Хой: я перечисляю все эти факты, чтобы продемонстрировать, что не вел себя как полный болван и что небольшая помочь от тебя и других членов семьи, когда дело попадет к Старику в галактической штаб-квартире, не будет жалкой подачкой кузену-идиоту.

В действительности я и большая часть моего офиса сражались с очень сложной проблемой. Мусульманский мистик из Саудовской Аравии попытался исцелить старинный раскол между шиитами и суннитами, связавшись с духами усопших — зятем Мухаммеда, Али, который возглавлял первую группу, и тестем Пророка, Абу Бакром, который основал суннитскую династию. Целью медиумического экскурса было достичь некоего арбитражного соглашения в раю между двумя враждующими призраками, которое определило бы законного последователя Мухаммеда и первого калифа Мекки.

На Земле нет ничего простого. В ходе похвальной попытки связаться с загробным миром ревностный юный мистик случайно установил телепатический контакт с находящейся на стадии 9-й цивилизацией бестелесных разумов на Ганимеде, крупнейшем спутнике планеты Юпитер. Можешь себе представить! Серьезные волнения на Ганимеде и в Саудовской Аравии, и там и там — стада паломников, желающих увидеть индивидуумов на обоих концах телепатического контакта, ежедневные странные, величественные чудеса. Хаос!

А мой офис трудится без отдыха, чтобы происшествие осталось в простых религиозных рамках, пытается оградить от информации более рациональных членов каждого общества! Аксиома внешних