Избранные произведения. Т. 8. Квози: Квози. КОТализатор - Алан Фостер

— Ты не сможешь помешать мне.

— Только попробуй. Может быть, я не смогу остановить тебя физически, но я быстрее чем ты передвигаюсь по лесу. Я предупрежу Разговаривающего и остальных Квози. Они вернутся в колонию, которую вам никогда не найти, а мы найдем другое место для встреч. Ты знаешь, что это значит? Больше никаких идей для сериала.

Она спокойно ответила ему:

— Если ты сделаешь это, я вернусь сюда не с Арло, а кое-с кем еще. Может быть, с репортерами. Они приедут, потому что я им заплачу. И мы найдем колонию, где бы она не была.

Чад был ошеломлен.

— Ты не сделаешь этого.

— Хочешь рискнуть? Посмотрим, насколько ты азартен, братишка.

«Она слишком хорошо знает меня, — подумал Чад.-

Как же она может? Она ведь дружила с Квози, провела с ними столько времени. Но в одном она права: я никогда не пойду на такой риск».

Она молча ждала его решения, играя с фонариком.

У него не было выбора, и она знала это.

— Ты уверена, что ему можно доверять? Он будет хранить секрет?

— Я доверяю ему. Я доверяю ему свою жизнь, свое будущее.

Это была слабая гарантия.

— Я думаю о том, как поведут себя Квози. Сначала был только я, затем появилась ты, а теперь нас будет трое. Что если Совет решит, что это слишком много?

— Ты думаешь, они осмелятся на насилие? — Минди обдумала эту возможность. — Вряд ли. Они не прекратили встречи, так как решили, что это не в их интересах. Они никогда нам ничем не угрожали. Они смирятся с Арло, потому что любые действия могут причинить им вред. Кроме того, физическое насилие неприемлемо для Квози, так гласит книга Шамизин.

— Не слишком-то рассчитывай на это, — предупредил ее Чад.

Она смотрела мимо его, размышляя вслух:

— Я вот думаю, а смогут ли они в случае необходимости защитить самих себя? Я не уверена, что они сами себя знают. Расслабься, Чад. Ты слишком волнуешься. Им понравится Арло. Он — хороший человек. В нем слишком много голливудского духа, но это не его вина.

— Очень успокаивает.

— Я справлюсь с ним.

И она справилась.

Разговаривающий-на-Бегу был также ошарашен, как и Чад. Но предпринять что-либо было поздно.

Арло только смотрел, слушал и почти ничего не говорил.

Что касается Квози, то их первоначальное волнение улеглось, после того, как Чад и Минди заверили их, что новому человеку можно доверять. Тот факт, что Арло и Минди собирались пожениться, произвел на них неожиданный для Чада и более чем положительный эффект. Ему даже показалось, что Квози лучше понимают положение его сестры, чем он сам. Постепенно он успокоился и смирился с происходящим.

Так продолжалось до конца лета, пока по вечерам не стало холодать. Выглянуть из окна его заставил шум мотора. Гидроплан отошел от причала, взлетел и направился на восток.

«Обычный полет за продуктами, — сказал он себе, — возможно, последний в этом году». Он больше не думал об этом, пока в комнату не ворвалась сестра. Она бросила на него полный боли взгляд и кинулась к окну.

Он запомнил страницу и отложил книгу:

— Что случилось? — Чада самого удивило его спокойствие.

— Арло. Я нигде не могу его найти. Мне казалось, что он собирается пойти с нами в горы.

Арло спал в небольшой комнатке рядом с кухней. Не важно, какой век, но они с Минди всего лишь помолвлены. Мама все равно бы настояла на соблюдении приличий, так что счастливая пара предупредила ее волнения и добровольно остановилась на раздельном проживании.

— Я обыскала все, — в ее голосе чувствовалось беспокойство. — Была даже у мусорного бака.

— Это неплохое место, чтобы спрятаться, — подхватил Чад.

— Наконец, я спросила маму, и она сказала, что он что-то говорил о том, чтобы слетать с папой в Буз, чтобы сменить обстановку.

— И он ничего не сказал тебе? Не слишком-то много веселья он найдет в Буз, но не думаю, что он там задержится. Вещи он взял с собой?

Она поколебалась, не смея взглянуть ему в глаза:

— Только рюкзак.

— Не хотел пробуждать подозрений. Разумно. Минди села на единственный в комнате стул, закрыла лицо руками и разрыдалась. В ее плаче не было муки, лишь слабость отчаяния. Чад выждал некоторое время, затем встал, подошел к ней и обнял Минди за плечи. В конце концов, она его сестра, хотя и законченная идиотка. Насколько он понимал, это было естественным состоянием влюбленных.

Когда она стала реже хлюпать носом, он вышел в ванную и вернулся с салфетками Клинекс.

— Слушай, — сказал он ей, — мы уже ничего не можем поделать. К тому времени, как мы уговорим отца на следующую поездку, твой дружок будет уже далеко, — он иронически рассмеялся. — Па доставит его прямо в аэропорт.

Лучше не придумаешь.

— Но ведь я верила ему, — голос Минди был полон горечи. — Мы собирались пожениться, черт возьми. Я заставила его поклясться, что он никому ничего не расскажет о том, что увидит.

— Легко обещать, когда не знаешь, что именно увидишь. Шесть недель в общении с пришельцами без сомнения ослабили его решимость. Я думаю, это кого хочешь сломает. Твой Арло ничем не хуже и не лучше других.

— Нет, лучше!

— Ну, ладно. Лучше скажи, что он может сделать? Ты знаешь его лучше, чем я, по крайней мере, ты так думаешь.

— Я не знаю, — безутешно пробормотала она.

— Думай, черт побери. Он может пойти в «Таймс»? На телевидение?

— Говорю же тебе, не знаю. Может, он сядет и все обдумает.

— Ну да. Он сразу мне показался чрезвычайно рассудительным человеком. По крайней мере, он не знает, где колония. Я думаю, главное — сможет ли он убедить кого-нибудь в том, что его слова правда. Он не поверил тебе. Возможно, никто ему не поверит. Если Квози удастся спрятаться на пару лет, может быть на этом все закончится. Мы должны посоветоваться с Разговаривающим. Сейчас риску подвергаемся не мы, а его собратья. Хватит ли у тебя мужества пойти со мной и объяснить, .что произошло?

Он не надеялся, что она согласится и был готов понять ее отказ. Но она не отказалась.

— Полагаю, что после всего, что я натворила, я перед ними в неоплатном долгу. Но я не хотела этого. Чад! Я и не предполагала, что может произойти нечто подобное. Мне нравится и Разговаривающий-на-Бегу, и все остальные Квози и я…

— Влюбилась. Может быть, Квози поймут тебя. Ты тоже нравишься им, Минди. Несмотря на то, что ты сделала.

— Ты думаешь, они придут в ярость? Я знаю, чтобы я сказала бы по этому поводу, но здесь ситуация другая. Ты думаешь, они действительно могут причинить нам вред?