Самый желанный герцог - Селеста Брэдли

— Я всегда так говорю! — твердо заявила Дейдре. — Хотела бы я прямо сейчас высказать этой миссис Блейк то, что у меня на уме!

— Мы не подозревали, что Иденкорт так сильно нуждается, не так ли, Ди? — Феба покачала головой. — Эти бедные люди.

— Не думаю, что Грэм также осознавал это до тех пор, пока не взял в руки записи поместья. Он так обвинял себя, думая, что каждая монета, которую он выбрасывал на никчемные развлечения, крала хлеб изо рта чьего-то ребенка.

— Что ж… но это так и было, — медленно ответила Феба. — А сейчас он должен жить с тем, что он сделал. Так же, как и ты.

Сэди выпрямилась.

— Я знаю это. У Грэма был единственный шанс все изменить, и я украла этот шанс у него.

Дейдре громко рассмеялась.

— Сэди, неужели ты находишься под впечатлением, что Грэм Кавендиш является какой-то невинной жертвой? — Она покачала головой. — Любая вина, которую он ощущает, несомненно, полностью им заслужена.

Феба кивнула.

— Я предполагаю, что ты была не одна в постели той ночью.

— Что? — Сэди заморгала. — Как ты…

Феба улыбнулась.

— Я только подозревала, но, кажется, попала в точку. — Она бросила взгляд на Дейдре. — Ты должна мне шляпку и два ридикюля.

Дейдре рассеянно протянула ей руку. Феба с удовлетворением пожала ее. Сэди наморщила лоб.

— Вы держали пари на Грэма?

— На самом деле на тебя, — ответила Дейдре. — Я сказала Фебе, что ты заполучишь его к концу Сезона. А она поспорила, что тебе не потребуется так много времени!

Сэди посмотрела на Фебу.

— Думаю, что я должна поблагодарить тебя.

Феба поднялась.

— Сэди, иди наверх и ложись в постель. — Она подняла вверх руку, когда Сэди начала протестовать. — Не будь идиоткой. Ты можешь и не быть нашей кузиной, но ты спасла жизнь Дейдре и была мне хорошей подругой. Мы не собираемся выбрасывать тебя на улицу из-за мелкого недоразумения в двадцать тысяч фунтов.

— В двадцать восемь тысяч фунтов, — поправила Дейдре. — По последним подсчетам. Эти поверенные, должно быть, кормят этот счет очень хорошим овсом.

Ошеломленная, Сэди позволила отвести себя наверх в свою старую комнату. Ее ожидал поднос с горячим чаем, а также горячая ванна.

Но испытания еще не закончились. Форескью принес вызов от маркиза, который приглашал ее к себе, как только она освежится.

День ее свадьбы длится, наверное, уже целый год. Опустошенная и измученная, Сэди молча приняла ванну, выпила чай и переоделась в самое простое платье от Лемонтёра из тех, что у нее были.

Она вовсе не горела желанием встречаться с могущественным и влиятельным маркизом Брукхейвеном или с его братом, лордом Рафаэлем, который обладал яростным защитным инстинктом. То, что Сэди солгала женщинам, которых любили подобные мужчины, было, несомненно, ее наиболее глупой ошибкой.

Она приподняла подбородок и вошла в кабинет маркиза размашистым шагом, который ничем не напоминал волочившую ноги Софи или фланирование Софии.

— Добрый день, милорды.

Колдер сидел за своим гигантским столом. Он не поднялся, а только долго смотрел на нее.

— Она все еще здесь, — сообщил он своему брату, который стоял рядом с ним с угрюмым видом и сложив руки на груди.

Рейф кивнул.

— Я это вижу. Чего я не понимаю, так это почему твой дворецкий вообще впустил ее в твой дом.

Колдер выгнул бровь.

— Я собираюсь поговорить с Фортескью по этому поводу.

— Есть что-то, что я могу сделать для вас, милорд?

Сэди не подпрыгнула, когда Фортескью появился у ее локтя, очевидно, материализовавшийся из эфира всего лишь простым произнесением его имени. Сэди почти привыкла к склонности дворецкого подслушивать — и она заметила, что он задержался в коридоре после того, как она вошла в кабинет.

Чего она не ожидала, так это услышать, как величественный и мрачный слуга обращается к своему хозяину с настоящим ирландским акцентом. Слава Богу, что она не оглянулась, чтобы посмотреть на дворецкого, иначе она пропустила бы бесценную реакцию Колдера.

Могущественный маркиз уставился на своего верного слугу так, словно мужчина в приступе безумия затянул песню. Лорд Рафаэль прижал пальцы одной руки к губам, пока наблюдал за своим братом, но огоньки в карих глазах выдавали его смех. Он и Сэди обменялись неохотными удивленными взглядами, пока Колдер подыскивал слова.

— Е… э-э, в самом деле… что?

Фортескью только смотрел на маркиза с хладнокровным ожиданием. В ответ Колдер, казалось, решил не замечать, что что-то было неправильно. Если реакция маркиза была смешной, то его откашливания и паническая попытка сделать именно это, были близки к истерии.

— Э-э, да, хорошо… — Он в отчаянии посмотрел поверх правого плеча Фортескью. — Это все, Фортескью.

Сэди сдалась и рассмеялась вслух. Какой от этого может быть вред, когда маркиз, несомненно, собирается выбросить ее из дома, не важно, герцогиня она или нет?

Рейф открыто захихикал, глядя на то, как Фортескью покидает кабинет, не утратив чувства собственного достоинства.

— Полагаю, это очко выиграл дворецкий, Колдер.

Колдер провел рукой по лицу.

— Он ирландец? Я не знал.

Сэди задумчиво посмотрела на него.

— Это имеет для вас значение, милорд?

Колдер заморгал.

— Что? О, нет, не такое большое. Это просто так… странно. Словно моя лошадь выпалила французские ругательства. — Он покачал головой. — Интересно, что еще я не знаю об этом человеке?

Если Сэди не ошибалась, то Колдер не знал того, что верный управляющий его домашним хозяйством скоро снимет с себя эту должность в погоне за некой сбежавшей горничной. Тем не менее, это было не ее дело — рассказывать маркизу об этом. В настоящий момент у нее хватало своих забот.

Девушка сложила руки на груди и уставилась на двух мужчин перед ней. Внезапно ей в голову пришла мысль, что теперь она выше по положению их обоих. Она могла быть бедной и в настоящее время не слишком уверенной в своем будущем, но Сэди была законной и несомненной герцогиней Иденкорт. С этой мыслью в сознании она склонила голову набок и улыбнулась гораздо веселее, чем она ощущала себя. Двое мужчин заморгали, словно ослепленные ярким светом. Почему люди продолжали делать это?

— Я только что рассталась с маркизой и ее сиятельством, — вежливо произнесла она. — Кажется, они весьма счастливы с вами обоими.

Рейф и Колдер стряхнули с себя ослепление.

— Надеюсь, что это так, — пробормотал Рейф.

Колдер задумчиво уставился на нее.

— Вы выглядите совершенно по-другому, мисс Блейк.