По тонкому льду - Сара Адам

Прости, что не сказала тебе, а втихую сбежала. Понимаю, это некрасиво, и ты будешь волноваться, но я боялась, что ты не позволишь мне этого сделать.

Да, я лечу во вражеский клан и город, но всё это ничто по сравнению с тем, что моя МАМА умирает…

С малышом и со мной всё будет в порядке. Скоро вернусь. С любовью, твоя жена Ариела».

Несколько раз перечитываю письмо, пытаясь осознать, что это не шутка. Она действительно повелась на уловку гондона Аурелио. Пока я спал, этот мудак позвонил ей ночью и внушил чушь, лишь бы выманить из Лос-Анджелеса. Но вина на мне, я должен был предвидеть такой ход. Знал же, что мудак так просто не отцепится, что просто затихарился на время.

Он знает, понимает, что репутация семьи Лучано в Сиэтле висит на волоске, родная дочь выбрала сторону мужа, а зять оборвал все связи. Это унижение и подрыв его власти в глазах подданных, которую по всей видимости сейчас он решил исправить, доказать, что способен расправиться со мной. Только каким способом? Обманом выманить наивную девушку, которая слепо доверяет всем и каждому?

Как ты могла поверить ему, Ариела? Почему мне не сказала? Моя бедная девочка, представляю, что она пережила за проведённую ночь, думая, что её мать при смерти.

Набираю номер Фернандо:

– Собирай самых опытных головорезов, быстро! Стволы, гранаты, вези мне ВСЁ! – ору в трубку, по пути к машине.

– Что случилось, Макс?!

– Лучано вывез Ариелу, она в опасности. Летим в Сиэтл, я выезжаю в аэропорт! – завожу машину и трогаюсь с места с характерным визгом шин.

– Вот же гондон! Не волнуйся, племянник, мы вытащим твою жену и ребёнка, – рычит дядя на громкой связи моей мобилы и начинает кричать бойцам об экстренном сборе.

Машина с рёвом несётся по городу, обгоняя еле плетущихся мудаков, и срать я хотел на правила. Фернандо собрал в максимально короткое время лучших в своём деле, тех, кто безжалостен ко всему живому и имеет как минимум не меньше ста жертв на своём счету. Многие из них были контрактниками в Ираке, мои бойцы – лучшие из лучших.

Весь полёт не могу найти себе места, мечусь по салону, как зверь в ёбаной клетке. Убью пидора, если хоть один волос с головы Ариелы упадёт, глотку перережу и глазом не моргну. Неужели этот гондон решил, что имеет право забирать мою жену? Никто и никогда не смеет прикасаться к моей семье!

Мысленно я уже режу Лучано на мелкие части. Телефон Ариелы перестал отслеживаться недалеко от аэропорта. За время полёта, мои штатные айтишники отследили по камерам, куда направилась машина, везущая Ари. Набрать в штат системщиков было одним из лучших решений, живя в двадцать первом веке. Скрывать, что у меня имеются подобные люди – второе и, пожалуй, ещё более ох*ительное решение. Аурелио не ожидает, что я так быстро вычислю убежище и место, куда он спрятал мою жену.

Сиэтл принадлежит Клану «Genovese Family», без ведома которых даже самолёт не садится. Сукин сын знает, что Галанте в городе и придёт за своей девочкой. И надеюсь, он попытается дать отпор, ибо я ох*еть, как зол и заряжен рвать всех на своём пути. Но несмотря на то, что город во власти Лучано, свои люди у меня и тут имеются. Те, на которых можно положиться. Поэтому по прилёту нас ожидают тачки у взлётной полосы, в которых можно не ожидать подвоха в виде бомб.

Однако помимо машин меня ждёт менее приятный сюрприз в виде шавки – Марко Лучано.

– Добрый день, – парнишка, ставший совсем недавно консильери, стоит в окружении нескольких охранников неподалёку от трапа самолёта.

– Уйди с дороги, – опасно низким голосом, на первый раз просто делаю предупреждение. – И передай папаше, что он заигрался. Хотя нет, сделаю это сам, пока он будет харкать собственной кровью, – сплёвываю к его ногам.

– Я пришёл договориться с миром. Отец не в курсе моего местонахождения, – дипломатично заявляет брат жены, сцепив руки в замок, даже не оценив мой подарок.

– Договорённости с вашей семьёй не стоят и цента! – кричит Фернандо парню, тыча своим пухлым пальцем.

Поднимаю ладонь в останавливающем жесте, чтобы он замолчал.

– У тебя тридцать секунд, – убираю руки в карман брюк, разминая челюсть. Чувствую, как стоящий рядом дядя дышит, как разъярённый бык, смотря на красную тряпку.

– Я знаю, где отец держит Ариелу и предлагаю обмен, – надо отдать должное, Марко держится бодрячком, не смотря начисленный перевес в нашу сторону. – Я даю адрес, вы забираете свою жену и улетаете.

– Дальше? – выгибаю бровь в вопросительном жесте. Признаться честно, мне интересно, что он потребует. Власть? Отобрать трон у Аурелио? Хотя не-е-е-т, фанатик попросит другое, сохранить жизнь своего папаши.

– В обмен вы не тронете отца, – подтверждает догадки приверженец Аурелио.

Бинго.

– Мой консильери прав, с вашей семьёй больше никаких договорённостей, – медленно надвигаюсь и останавливаюсь прямо перед лицом парня, охрана за его спиной напрягается. – Слово вы не держите. Чести у Клана «Genovese Family» нет. А вот где находится моя жена, я знаю сам.

– Напав на территории Сиэтла, вы развяжете войну, – делает последнюю попытку.

– Твой отец посмел посягнуть на МОЁ, за подобное я наказываю смертью. А теперь пшёл вон с дороги, – угрожающе цежу сквозь зубы.

– Не позволю! – сосунок тянется за пистолетом, но куда ему тягаться с кровавым Максом? Я убивал, когда он ещё пешком под стол ходил. Мгновенно среагировав, достаю ствол из-за пояса и простреливаю его коленную чашечку. Парень падает, роняя из рук пистолет, отбрасываю его ногой в сторону. Не умрёт, но мешаться теперь уж точно не будет. Сопровождающих настигает та же участь одновременно с их боссом, только не от моей руки, а Фернандо и Васко. Вся троица валяется на земле, истекая собственной кровью. Даю жест ребятам полностью обезоружить их.

– Позвони папаше и скажи, что я еду за ним, – бросаю напоследок шурину, садясь в машину. Времени возиться с ними больше нет, каждая минута на счету.

Колонной мы гоним по трассе, водилы выжимают педаль до упора, следуя за машиной, которую веду я. Корю себя за то, что не посвящал Ариелу в дела. Если бы она знала, что её папаша пытался пустить наркотрафик через Лос-Анджелес без моего ведома, и это стало обратным отсчётом разлада между кланами, понимала бы, как с каждым днём обстановка накалялась, какие стычки и делёжка начались после того, как мы общими усилиями избавились от мексиканцев. Тогда