Я наблюдал за тобой - Стейси Рум

же осторожно обогнул дом и оказался лицом к лицу с его «парадной» частью. Пристройка оказалась гаражом. Раньше я как-то не обращал на это внимание. Еще сильнее натянул капюшон на лицо, одновременно закрывая его челкой. Надеюсь, у него нет камер видеонаблюдения. Хотя… Конечно, по делу о нападении на Германа мне было известно не больше, чем ему самому (мои возможности не настолько безграничны, чтобы взламывать государственные системы безопасности!): мужики сделали свою работу, я заплатил им деньги, и больше мы не пересекались. И все же, если бы преступление попало на камеру, думаю, их ждала бы другая статья. А значит, никакой камеры здесь нет. Внимательно оглядел двор и убедился в правильности своего предположения. Если только Герман не замаскировал ее под какую-нибудь шишку на елке.

В какой-то момент мне в голову пришла сумасшедшая идея. Впрочем, она была действительно сумасшедшей, поэтому я тут же от неё отказался. А именно, я подумал, что мог бы проверить, есть ли кто-то дома, постучав в дверь и спрятавшись. Если они здесь, то кто-то обязательно подойдет посмотреть. Но это оказалось глупо – в дом Германа ведёт запертая на замок калитка, и я просто физически не мог бы оказаться во внутреннем дворе, минуя ее. В этот момент я заметил кнопку. Это была обычная домофонная кнопка, какие стоят во всех закрытых дворах многоэтажек. Нажимаешь, она пищит, и у тебя есть несколько секунд, чтобы покинуть территорию. Боже, неужели он действительно установил на калитку систему, схожую с домофоном? Он даже глупее, чем я думал. Эта кнопка фактически открывала мне путь к спасению. Не придется даже напрягаться и пытаться перелезть через забор, ведь изнутри такие устройства открываются без помощи ключа. Я смогу просто выйти через калитку. Спокойно и с комфортом. И вместо того, чтобы стучать в дверь, могу позвонить в звонок. Я рассмеялся собственной удаче.

Я трезвонил огромное количество раз, но все звонки остались без ответа. Кажется, дома действительно никого нет. Но где они? И когда появятся?

Решил не терять времени и как следует обследовать территорию. Кто знает, когда вернётся Герман, а вот хорошее знание местности мне не помешает. Я всё-таки добил это несчастное окно гаража, притащив к нему стол из крытой беседки. И каково было мое удивление, когда внутри я увидел его чёрную «Мазду». Машина на месте? Серьезно? Он вообще способен сделать без неё хотя бы пару шагов? Отрицательный ответ напрашивался сам собой, и отсюда следовал еще один вопрос: где они тогда и что вообще происходит, черт подери?

Дома никого – с этим все ясно. От досады я пнул стол, прежде чем вернуть его на место, и плюнул на один из табуретов, стоявших в той же беседке, с мыслью, что однажды на него сядет Герман. Ловить здесь больше было нечего, и я впервые за последнее время не знал, что мне делать. Потерял бдительность, пытаясь «залечь на дно». И ужасно корил себя за это, ведь я привык контролировать каждый ее шаг.

Оставался лишь один способ узнать, где они могут быть. И ради него я побежал домой. Сегодня я, конечно, наследил. И если кто-то особо внимательный решит последовать по моим пятам, то сможет с лёгкостью узнать весь маршрут: мой дом-дом Даши-дом Германа-снова мой дом. Но какая разница? Это все равно никому не поможет.

Афоня бросился в ноги сразу же, как только я зашёл в квартиру, но я лишь торопливо отодвинул его в сторону ребром стопы.

– Не до тебя сейчас, отстань, Афанасий.

Включил ноутбук и стал бессмысленно тыкать мышкой по пустому экрану, точно это поможет программе загрузиться быстрее. Их переписка – мой последний шанс.

Тысячи бессмысленных вопросов «Как ты?» и «Чем занимаешься?», пожелания спокойной ночи и куча селфи. Тьфу, меня сейчас стошнит. Пролистал выше. «Я написал заявление». Так, а это уже интересно. Наш господин учитель решил уволиться из этого учебного заведения? Или о каком заявлении он говорит?

Листал еще, пока не наткнулся на три интересные фотографии. И почему мне сразу не пришла идея зайти во «вложения» и посмотреть все медиа-файлы диалога? Два билета «Владивосток-Петропавловск-Камчатский» и скриншот маршрута прямо отсюда, из Копей, и до самого Владивостока. Они что, решили отправиться в автомобильное путешествие? На каникулы, серьезно? На Камчатку? Почти неделя в пути? Это звучало как какая-то бредовая идея, пока до меня наконец не дошло. Они едут на Камчатку не на каникулы, они едут туда навсегда. Они обсуждали покупки, какие блюда лучше приготовить в дорогу и какой файер от медведей лучше купить, какие университеты есть на Дальнем Востоке и как лучше поступить с работой. Они уехали за тридевять земель, а я даже не понял этого! Боже, сколько я спал?

Последний раз оба были в сети в половине пятого утра. Значит ли это, что примерно в это время они выехали? Есть ли у меня шанс догнать их и где вообще их теперь искать? А может быть, они всё-таки не так глупы и поехали не на машине? Ведь «Мазда» Германа стоит в его гараже. Или…они хотели перехитрить меня и поехали на другой машине? Один раз уже пытались, но их выходка с засадой в лесу не только провалилась, но и наоборот – сыграла мне на руку.

Я прокололся, но еще не поздно все исправить. Если выеду прямо сейчас, то смогу нагнать их к завтрашнему дню. Наверняка они останавливались в кафешках и мотелях. Я даже примерно прикинул, в каких. Что ж, вариантов не так много, и я не должен упустить не один. Эта игра зашла слишком далеко, но я просто так не сдамся. Была лишь одна проблема: у меня не было машины. Интересно, удастся ли мне достать ее в этом злачном районе с такой же лёгкостью, с какой я добыл стремянку и съёмную квартиру?

Мне удалось. Я «арендовал» машину у того же самого мужика, который дал мне лестницу, отвалив ему хорошую сумму денег. Все они берегут свои тачки как зеницу ока, но когда дело касается денег, готовы расстаться даже с ними. Благо, деньги у меня были. Я опустошил свои счета еще до того, как запланировал эту игру, но теперь все пошло наперекосяк. Наличка в валюте лежала в огромной дорожной сумке под кроватью в съёмной квартире, и ее хватило бы на несколько лет моей беспечной жизни.

Старая «шестерка» с большим трудом выжимала хотя бы девяноста километров в час, но я, точно помешанный, до упора давил педаль газа в пол.