Утраченный идеал - Дэйв Дункан

Смерть и погибель! Понятно, олух остался без меча. Хэджбери содрогнулся, снова взглянул на Бомона и снова увидел больше, чем хотел. Очевидно, Вассайл мертв. Но существует третий Клинок. Оук. А как насчет сэра Диксона и всех остальных? А леди Гвендолен, которая ведет себя слишком по-хозяйски во дворце? Он старался отогнать эти мысли.

Как бы он хотел, чтобы Агнесс поспешила! Присутствие еще одной дамы было бы весьма уместно. Позднее он понял важность мужского костюма. Кто сопровождал супругу короля в путешествии через всю Эйранию? Почему бы сразу не послать за баронессой Голмут, чтобы скандал разнесся сию минуту?

– Думаю, вы предприняли трудное путешествие, ваше величество.

– Я бы никогда не совершила его без сэра Бомона, – с улыбкой ответила она.

Даже посол может почувствовать себя растерянным. Хэджбери хотелось прокричать: «Да не смотри так!» Юные королевы с глазами, сияющими как звезды, путешествующие инкогнито, не упоминались в руководстве по дипломатическому протоколу, которое посол изучил, прежде чем занять эту должность. Девушка была хрупкой, как стекло, она дрожала от волнения.

Бомон чувствовал себя непринужденно.

– Ее величество согласна отдохнуть в Лавилле несколько дней.

В глазах у него вспыхнуло мальчишеское озорство. Этот огонек был знаком Хэджбери с момента их краткого знакомства в прошлом году. Тогда Бомон произвел на него большое впечатление, и посол даже начал думать, что слухи о его репутации были преувеличены. Но даже горячные предсказания Великого Магистра не значили ничего перед лицом такой опасности.

– Моя жена и я будем крайне польщены, если ее величество согласится почесть наш дом своим, пока мы будем ждать ответа из Грандона. Его величество пожелает… закончить приготовления к приему ее величества.

Удалит леди Гвендолен, например. О духи! Ну почему Ательгар поддался этому глупому увлечению именно сейчас? А еще услал бы прочь с глаз Бомона, чтобы будущая королева не улыбалась Клинку с таким обожанием. Брам, что ты сделал?

– Ваша доброта безгранична, ваше превосходительство. Детская радость, с которой королева принимала все королевские почести, вызывала симпатию. Двор будет у ее ног. Ее будут разрывать на части, так она будет популярна.

В комнату вплыла Агнесс. Она оценила ситуацию с первого взгляда и исполнила весь придворный этикет без единого колебания. Затем отбросила дворцовые формальности:

– Да это просто ужасно! Ваше величество, должно быть, ужасно страдает от отсутствия возможности поправить свой туалет… ваши бедные ручки… костюм… прическа.., моя дочь и я будем счастливы помочь вам.

Агнесс могла быть свирепой, как тигрица, или нежной, как горлица. Сейчас она ворковала. Растроганная маленькая королева растаяла. Ее губы задрожали, слезы полились из синих глаз. Через несколько секунд она оказалась под нежной женской опекой.

Два Клинка поклонились уходящим женщинам, а третий продолжал бормотать какую-то чепуху. Дверь затворилась. В наступившей зловещей тишине Хэджбери тяжело И вздохнул.

На губах Бомона блуждала недобрая улыбка.

– Вы предчувствуете препятствие, которое нужно устрашить?

– Я предчувствую много трудов и горя, брат. Прошу, садитесь, оба.

Бо сел и указал на ближайший стул:

– Садись, придурок.

– Они, которые указывают путь с опаской и осторожностью… – произнес Аркелл, глядя на книжный шкаф.

– О духи! – воскликнул Хэджбери. – Твой подопечный погиб?

– Именно так. Эй! Недоумок! Садись, Полоумный плюхнулся на пол.

– Как ты можешь называть его так? – резче, чем намеревался, спросил Хэджбери.

– Но я должен как-то называть его. Он ведь сейчас не Аркелл.

Хэджбери доводилось видеть прежде Клинков, лишившихся меча. Большинство из них либо выздоравливали через час, либо этого не происходило никогда, хотя всегда бывали исключения. Некоторые проводили свои дни в цепях, другие превращались в овощи.

– Бывают у него проблески разума?

– Редко, – ответил Бомон. – Но у него есть один трюк, несколько раз спасший наши головы. – Аркелл, как попасть в Триенн?

Полоумный указал на камин, но глаза его оставались пустыми. Он продолжал нести чепуху.

– Иногда он спрашивает про свой меч. Он называл его «Причиной». – Аркелл не реагировал. – Он потерял меч в приступе безумия. У него был другой, когда он пришел ко мне. Я принес меч Оука.

– Когда этот меч отправится в Айронхолл, – сказал Хэджбери, – проследи, чтобы и Аркелл поехал вместе с ним. Магистр Ритуалов может найти выход из этой беды. Копия «Причины», например. – На миг показалось, что в глазах Аркелла промелькнул разум. – Могу я предложить тебе что-нибудь освежающее, брат?

– Мило с твоей стороны. Но, может, сперва займемся делом?

– С радостью. Так что мне передать королю? Бомон достал бумаги.

– Вот список людей, которых мы оставили, вот список свадебных подарков, хотя я сомневаюсь в том, что они появятся. А вот мой отчет. Почтительно рекомендую вам запечатать отчет сразу после прочтения. Он взрывоопасен.

– Нет необходимости читать его вообще – гораздо спокойнее ничего не знать.

– Но вы член тайного совета, насколько я помню, – мягко произнес Бомон. – Я бы желал, чтобы вы прочитали отчет.

– Скверные новости?

– Ужасные.

– Ну, если ты полагаешь, что это поможет… Хэджбери казалось, что он попал в болото и тонет.

– Вы слышали последние новости из Скиррии?

– Нет. – Хэджбери хотелось добавить: «А разве я должен был?» – Регент знает о присутствии королевы?

Это, несомненно, проблема посла.

Бо слегка улыбнулся:

– Насколько мне известно, он ничего не знает. Знают только двое: я и она. Аркелл не говорит. Даже царь Игорь не знает точно, жива ли она.

– Но почему ты не подождал в Кинске до весны? Насколько мне известно, это входило в намерения твоего подопечного.

– Были проблемы. – По глазам Бомона было ясно, что подразумевал он больше, чем говорил. – Сразу после брачной церемонии мы отправились к границе, нас было восемь. Но возникли осложнения. Произошла бойня, уж если быть точным. Спаслись только мы втроем.

– Для резни нужны две стороны. Кто была вторая?

– Как я указал в своем отчете, освещение было тусклым, но один из них сильно походил на царевича Федора. Я полагаю, царь пришлет нам письменные разъяснения.

– О духи!

Посол удивлялся, как этот отчет не загорелся ясным пламенем прямо в его руках. Если царь пришлет декларацию об объявлении войны, наступит крах всех тех хрупких дипломатических отношений, которые Хэджбери и регент выстраивали всю зиму. Эйранию охватит война.