Соперница - Нора Робертс

– С ним уже все в порядке. Перестань, он ведь здесь, внизу, снова на работе.

– Снова на работе.

– Дина, – опять повторил Джеф и положил ладонь ей на плечо. – Я знаю, как тебе тяжело. Не просто знать, что случилось, но и смотреть сейчас, как все произошло. – Он подошел к телевизору и выключил его. – Но с ним уже все в порядке.

– В него стреляли. – Она отвернулась от темного экрана и попыталась взять себя в руки. – А я была в Индиане. Ты не представляешь, как это было ужасно, когда Тим пришел в зал и рассказал, что видел по телевизору в лимузине. И я ничего не могла сделать. Не могла даже быть рядом, когда его отвезли в больницу.

– Если тебя это так огорчает, попроси его – может быть, он подыщет себе какую-нибудь сидячую работу.

Впервые за все утро Дина искренне улыбнулась.

– Ничего не получится. Да я этого и не хочу. Лучше давай займемся работой. – Она быстро пожала его руку и, обойдя стол, села. – Спасибо, что выслушал.

– Брось. Для этого я и здесь.

– Анджела замечательно выглядит. – Облокотившись на спинку дивана в хижине, Дина внимательно рассматривала первую обложку «Пипл». – Вся светится.

Финн лениво приподнялся и тоже бросил взгляд на фотографию. Им наконец-то удалось одновременно взять три выходных дня. Если телефон не зазвонит, факс не завизжит и мир не провалится в тартарары в течение следующих двадцати четырех часов, то можно будет сказать, что им повезло и они провели все эти дни вместе.

– Она похожа на свадебный реквизитный торт. Красивое мороженое сверху – ненастоящее, а внутри – тоже нечто несъедобное.

– Ты злишься на Анджелу, поэтому у тебя о ней такое извращенное мнение.

– Ты тоже должна бы.

Дина только вздохнула и пробежала глазами текст к фотографии.

– Мне не надо ее любить, чтобы признать, что она красива. И что она выглядит счастливой, по-настоящему счастливой. Может быть, после этой свадьбы она станет помягче?

Он только фыркнул.

– Поскольку это ее третья попытка, то… сомнительно.

– Нет, если она сделала правильный выбор. Я не желаю ей неудач ни в личной жизни, ни в работе. – Она раскрыла журнал. – Да, я хочу отхлестать ее по заднице, но это будет за дело.

– Ты уже хлещешь ее по заднице.

– На телерынке Чикаго и еще кое-где. Но из-за этой свадьбы все наверняка повернется вспять по меньшей мере на некоторое время.

Финн потянулся, играя мышцами. Дина могла видеть светлый шрам на том месте, где пуля вошла в его руку.

– А как ты думаешь, зачем еще она это сделала?

– Ну, перестань, Финн, поверь ей хоть немного! Женщина не станет выходить замуж только для того, чтобы парочка журналов напечатала ее фотографию!

– Канзас, – изумленный, что Дина могла быть такой наивной, Финн забрал у нее журнал, – когда падаешь с лестницы, хватаешься за любую соломинку.

– Думаю, это какая-то смешанная пословица.

– А ты считаешь, что всему причина – любовь? – Засмеявшись, он отшвырнул журнал. Анджела, счастливая невеста, приземлилась физиономией в пол. – Она получила шесть недель бесплатной рекламы начиная с того дня, когда ее тайная помолвка странным образом просочилась в печать.

– Это действительно могло просочиться, – Дина шутливо ткнула его ногой в носочке. – И даже если Анджела сама пустила этот слух, причина свадьбы от этого не меняется. Красивая, трепещущая от страсти женщина влюбилась в великолепного, магнетического мужчину.

– Великолепного? – Финн поймал ее за лодыжку. – Ты считаешь его великолепным?

– Да, он… – Она взвизгнула и задергалась, потому что Финн принялся щекотать ее пятку. – Перестань!

– И магнетический?

– И сексапильный. – Судорожно хохоча, Дина пыталась выдернуть ногу. – Порочно-привлекательный. – Она попробовала укусить Финна, но тот быстро уложил ее на лопатки.

– Ты дерешься, как девчонка.

Она сдула волосы с глаз и начала брыкаться, чтобы его свалить.

– Ну и что?

– Мне это нравится. И теперь для меня дело чести – стереть у тебя из памяти этого Дэна, как его там.

– Дэн Гарднер, – высокомерно ответила Дина. – Не знаю, получится ли это у тебя. То есть он такой элегантный, такой холеный, такой… – она наигранно вздрогнула. – Такой романтический!

– А мы поставим на контрасты.

Взмахнув рукой, он резко дернул ее яркую ситцевую блузу, да так, что пуговицы посыпались в разные стороны.

– Финн! – рассмеявшись от неожиданности, Дина попыталась оттолкнуть его. Но протестующий хохот завершился сдавленным вздохом, когда Финн прижался губами к ее груди.

Моментальный жар. Моментальное желание. Оно пронзило ее, как яркий, ослепляющий свет. Руки, только что игриво давившие ему на плечи, сжались, как тиски: полумесяцы коротких аккуратных ноготков впились ему в плоть. Ее сердце запнулось под его жадными губами, сбилось с ритма, а потом бросилось вперед в бешеной скачке.

Руки Финна уже стягивали в стороны остатки блузы, страстно и требовательно ласкали обнаженную кожу.

Финну часто нравилось, чтобы они шли к любви медленно, наслаждаясь каждым прикосновением, каждым поцелуем в течение длинного ленивого дня – до самого завершения.

Но сейчас он хотел только скачки, стремительной, как расплавленный металл, только бездумного, торопливого, немедленного секса. Он хотел овладеть ею, обжечь ее, ощутить под собой судорожное биение ее тела, чтобы потом самому утонуть в этой пучине.

Финн срывал с Дины шорты, пока она дергала и стягивала его одежду. Он чувствовал на своей коже ее горячее дыхание; ее губы жадно искали его рот; она тихонько постанывала от непереносимого возбуждения.

Он отодвинулся, схватил ее за ягодицы и приподнял так, что от напряжения задрожали руки. Потом Финн вошел в нее. Их двойной радостный крик эхом разнесся в знойном воздухе комнаты.

С запрокинутой назад головой и блестящим от пота длинным гибким телом Дина приняла его глубже, глубже, распаляя Финна так же безжалостно и неутомимо, как он распалял ее.

Ее тело содрогнулось и выгнулось от последнего, самого пронзительного удара, уносящего сознание за край. Как расплавленный солнцем воск, она соскользнула вниз, к Финну, и расслабленно легла рядом с ним.

Его мысли постепенно прояснялись. Все вокруг затихало, как ветер после бури, пока не осталось никаких звуков, кроме ее тихого дыхания. Темная дымка у него перед глазами постепенно рассеялась, и Финн зажмурился от яркого солнечного света.

– Кажется, я сумел защитить свою честь, – пробормотал он. Дина сдавленно засмеялась.

– Не знала… О господи, я не могу дышать! – Она попробовала еще раз. – Не знала, что уколы твоего «эго» так щедро… м-м… вознаграждаются.

– Ты расслабилась?