Соперница - Нора Робертс

– Они знают, что я самая лучшая.

– Конечно, знают. – Ее слабость возбуждала его. Как только Анджела начинала рыдать, Дэн чувствовал, что пришла его очередь. Отставив бокал в сторону, он расстегнул ее платье и прижался лицом к грудям. – Ты только предоставь все мне, – шептал он. – Я обо всем позабочусь.

– Заканчивается ли обычно ваша ссора с супругой серьезным военным конфликтом, при котором в воздухе летают тарелки и взаимные обвинения? «Как драться честно» – смотрите завтра в программе «Час с Диной».

– Хорошо, Ди, нам еще надо отснять рекламу для филиалов.

В течение следующего часа они снимали рекламные ролики для филиалов по всей стране. Для этой работы даже слова «утомительная и скучная» звучали бы комплиментом, но Дина никогда от нее не отказывалась.

Когда съемки наконец закончились, на сцену вышла Фрэн с запотевшей бутылкой пепси в руке. Она опять ходила вперевалку, уже вынашивая второго ребенка.

– Что это? – Фрэн подняла белую розу, одиноко лежавшую поперек Дининого стола. – Потрясающе! – Она понюхала ее. – Какая романтика! Прелесть! – Она бросила взгляд на белый конверт, пристроившийся на пресс-папье. – Финн?

«Нет, – подумала Дина, почувствовав, как по коже побежали мурашки. – Не Финн». С нарочитой небрежностью она взяла стопку писем, напечатанных Кесси.

– Возможно.

– Ты не прочитаешь записку?

– Потом. Хочу, чтобы Кесси наверняка успела отправить эти письма до конца рабочего дня.

– А ты крепкий орешек, Ди. Если бы это мой парень прислал белую розу, то я растаяла бы от счастья.

– Я занята.

От перемены в ее голосе Фрэн резко вскинула голову.

– Я это вижу. Не буду тебе мешать.

– Извини. – Искренне раскаиваясь, Дина бросилась к ней. – Правда, Фрэн, я не хотела на тебя набрасываться. Кажется, я немного не в себе. Приближается день вручения «Эмми». На прошлой неделе появилась эта дурацкая статья о нашей секретной связи с Лореном Бачем.

– Солнышко, не позволяй себе из-за этого расстраиваться. Перестань. Уверена, что Лорен от этой статьи только обрадовался.

– Он может себе это позволить. Не про него ведь написали, что он с помощью секса пробивается к тридцати процентам акций телепередачи.

– Никто в это не верит. – Глядя на выражение лица Дины, Фрэн даже испугалась. – Ну, во всяком случае, никто с индексом интеллекта из трехзначной цифры. А что касается «Эмми», то об этом тебе тоже нечего волноваться. Ты обязательно выиграешь.

– То же самое, наверное, говорит и Сьюзан Люччи. – Дина засмеялась и отмахнулась от Фрэн. – Уходи отсюда. И на этот раз иди домой. Уже почти пять часов.

– Это ты меня заболтала. – Фрэн положила розу обратно на стол, не заметив, как Дина невольно отпрянула. – Увидимся завтра.

– Ага. – Оставшись одна, Дина осторожно протянула руку к конверту. Взяв со стола нож для бумаг с эбонитовой ручкой, она аккуратно его разрезала.

Дина, я сделал бы для тебя все, что угодно, если бы ты только посмотрела на меня, только посмотрела!

Я отдал бы тебе все, что угодно!

Я так долго ждал тебя.

Дина начинала верить, что все это говорилось всерьез. Она аккуратно вложила записку обратно в конверт и открыла нижний ящик стола. Там постепенно накопилась уже целая стопка похожих посланий. Решив отнестись к ситуации как практик, она взяла розу и внимательно всмотрелась в бледные хрупкие лепестки, словно в них таился ключ к имени поклонника.

«Наваждение. Пугающее слово, – подумала Дина, – но, конечно же, многие формы наваждений довольно безобидны». Хотя появление цветка нарушало привычный порядок. До этого она не получала никаких подарков, только темно-красные признания в любви. Без сомнения, роза была знаком привязанности и уважения, ароматным и нежным. Но шипы, украшавшие изящный стебель, могли уколоть до крови.

«Ты рассуждаешь как дура», – сказала себе Дина. Встав, она налила в высокий стакан воды и поставила туда розу. Нельзя было допустить, чтобы прекрасный цветок завял и умер у нее на глазах. Тем не менее Дина оставила импровизированную вазу на столике в противоположном углу комнаты и только потом вернулась к своему месту.

В течение двадцати минут она подписывала письма. Дина еще не успела положить ручку, когда зазвонил внутренний телефон.

– Да, Кесси.

– Финн Райли на второй линии.

– Спасибо. Я закончила с этими письмами. Ты сможешь завезти их на почту по дороге домой?

– Конечно.

– Финн, ты внизу? Извини, у нас здесь небольшие накладки, и я отстаю от графика. – Бросив взгляд на часы, она скорчила гримасу. – Ни за что не успеваю к ужину в семь.

– Я тоже. Бегал по городу, задержался на собрании. Похоже, тоже не успею все закончить.

– Тогда я сниму заказ. Мы поедим позднее. – Дина посмотрела вверх на Кесси, пока та собирала со стола подписанные письма. – Кесси, откажись от заказа на семь, ладно?

– Хорошо. Тебе нужно что-нибудь еще до того, как я уйду? Дина, я могу остаться и помочь тебе с этими пленками.

– Нет, спасибо. Увидимся завтра. Финн!

– Я слушаю.

– Мне здесь еще надо пересмотреть некоторые пленки. Может, ты зайдешь сюда за мной перед уходом домой? Тогда я отпущу своего шофера.

– Это будет не раньше восьми, может быть, и позднее.

– Лучше позднее. Мне надо еще по крайней мере три часа, чтобы все закончить. Но все равно, мне лучше работается, когда все уходят домой и рядом никого нет. Я устрою налет на запасы еды в столе у Фрэн и буду работать, пока ты не придешь.

– Если у меня что-нибудь не получится, то я позвоню.

– Я буду здесь. Пока.

Дина положила трубку и повернулась на стуле лицом к окну. Солнце уже садилось, небо темнело, а линия горизонта казалась мрачно-кровавой. Внизу зажигались огни, как булавочные головки на фоне вторгавшихся в город сумерек.

Она представила себе, как постепенно пустеют здания, улицы заполняются потоками машин. Дома люди включат вечерние новости и будут готовиться к ужину.

Если бы она вышла замуж за Финна, они бы тоже приходили домой. К себе домой – не к нему, не к ней.

Если бы она вышла замуж за Финна… Дина погладила браслет, который носила постоянно. Он стал для нее таким же талисманом, каким был крест для Финна. Если бы она вышла за него замуж, то ей пришлось бы дать клятву в вечной верности.

А Дина верила в то, что клятвы надо исполнять.

У них была бы настоящая семья.

Она всем сердцем верила в семью.

И ей пришлось бы придумывать, как сделать по-хорошему, по-настоящему, по-умному, чтобы у них все получилось.

Именно это ее и останавливало.

Дина не была уверена, что все получится.

«Торопиться некуда», – напомнила она себе. А прямо сейчас самым важным для нее было подняться еще на одну ступеньку вверх по лестнице.