Китайская головоломка - Аркадий Жемчугов

«Компартия молодых китайцев», свидетельствует Мао Мао, быстро росла: сначала в ней состояло чуть больше 30 человек, спустя полгода — 72, а в 1924 году число членов превысило 200. Она сплотила вокруг себя большую группу работающих и учащихся во Франции и других европейских странах молодых людей… Секретарь Исполкома Чжао Шиянь был одновременно секретарем французской секции. Он и Чжоу Эньлай обладали большими организаторскими способностями и высокими моральными качествами, пользовались уважением и любовью товарищей. Цай Чан выразила это в образной форме: «Шиянь и Эньлай — это ум с головы до пят».

На конференции была принята резолюция об издании партийного печатного органа — двухнедельного журнала «Шаонянь» («Юность») с французским подзаголовком (La Jeunesse). Его главная задача заключалась в «пропаганде научной теории коммунизма». В нем печатались переводы трудов Маркса и Ленина, документы и информация о деятельности Коминтерна и КИМа. Редакция «Шаонянь» находилась на площади Италии, на втором этаже здания, в котором размещалось кафе. Руководил редакцией Чжоу Эньлай. Всего было выпущено 13 номеров.

Первый номер вышел в свет 1 августа 1922 года и открывался обстоятельной статьей Чжоу Эньлая под заголовком «Коммунизм и Китай». В ней критиковались различные анархические, этатистские, синдикалистские и чартистские взгляды и наглядно показывалось, что только коммунизм может стать путеводной звездой для Китая.

В последующих номерах Чжоу Эньлай подробно анализировал историческое значение Октябрьской революции в России для судеб народов мира, раскрывал сущность и задачи международного профсоюзного движения, призывал находящихся во Франции и других странах Европы китайцев к единству и сплоченности в борьбе за свои права.

С 1 февраля 1924 года «Шаонянь» поменял свое название на «Чи Гуан» («Красный луч»). Изменилась и направленность журнала. Из сугубо теоретического издания он превратился в сугубо практическое, что отражало переход от теории к практике в деятельности европейских секций компартии молодых китайцев и комсомольских организаций и соответствовало задачам и требованиям текущего момента борьбы китайского народа за свое национальное освобождение.

В манифесте, опубликованном в первом номере «Чи Гуан», прямо говорилось: «Мы хотим не просто обсуждать события в Китае, но постараемся указать причины существующих безобразий и способы избавления от них. Мы собираемся правдиво и честно сказать всем, что существует единственный путь спасения родины, а все другие обходные и компромиссные пути ни к чему не приведут. Поэтому нашей главной целью будет: национальное единство в борьбе с милитаристским правительством, интернациональное единство против империализма».

Как и в «Шаоняне», главным запевалой в «Чи Гуан» стал Чжоу Эньлай. В 1924–1925 годах вышло 33 номера «Чи Гуан». В них перу Чжоу Эньлая принадлежал 41 полновесный материал. Об их содержании лучше всего говорят заголовки: «Китай под гнетом милитаристов», «О революционном спасении отчизны», «К другу рабочему», «Движение за спасение родины и патриотизм» и т. п.

С 17 по 19 февраля 1923 года в зале полицейского управления одного из западных пригородов Парижа нелегально прошел внеочередной съезд компартии молодых китайцев в Европе. В нем приняли участие 42 представителя от китайских общин во Франции, Бельгии и Германии. Было принято решение переименовать партию в Коммунистический союз молодых китайцев в Европе. Одновременно съезд узаконил второе название — Европейское отделение Социалистического союза молодежи Китая. Еще одним решением официально признавалась руководящая роль Компартии Китая и Социалистического союза молодежи Китая. Съезд образовал новый состав Исполкома из пяти человек. Секретарем был избран Чжоу Эньлай.

Другими словами, с начала 1923 года Чжоу Эньлай становится руководителем европейского отделения Компартии Китая и Социалистического союза китайской молодежи в Европе и, следовательно, выдвигается в число политических деятелей всекитайского масштаба. Показательно, что это де-факто было признано не только КПК, но и гоминьданом.

В конце мая 1923 года Сунь Ятсен направил в Париж своего представителя Ван Цзинци с заданием создать в Европе отделение гоминьдана. Сразу же по прибытии во Францию Ван Цзинци связался с Чжоу Эньлаем. А 1 июня они договорились о том, что все члены Коммунистического союза молодых китайцев в Европе в индивидуальном порядке вступают в гоминьдан, как того требовало соглашение о Едином фронте между гоминьданом и КПК.

В ноябре в Лионе создается Европейское отделение гоминьдана. Исполняющим обязанности его руководителя становится Ван Цзинци, а шефом общего отдела — Чжоу Эньлай, которому к тому же удалось назначить Ли Фучуня заведующим отделом пропаганды и Не Жунчжэня — заведующим центром информации в Париже. Это не на шутку встревожило так называемых правых гоминьдановцев, изначально не одобрявших союз Сунь Ятсена с коммунистами. Но их попытки пересмотреть расстановку сил в руководстве Европейского отделения гоминьдана натолкнулись на решительный отпор со стороны Чжоу Эньлая. Недовольство правых гоминьдановцев переросло в ненависть и открытую вражду. На одном из рабочих совещаний сотрудников отделения один из правых гоминьдановцев неожиданно выхватил револьвер и стал целиться в Чжоу Эньлая. Но выстрелить не успел — мгновенно последовал удар и револьвер выпал из рук террориста, а сам он оказался на полу. Инцидент был исчерпан.

После отъезда Ван Цзинци в Китай Чжоу Эньлай становится особоуполномоченным гоминьдана во Франции и других европейских странах.

В течение июняиюля 1924 года ему довелось вести жаркие принципиальные споры не только с правыми гоминьдановцами, но и с китайскими анархистами и этатистами, выступавшими принципиальными противниками и гоминьдана, и КПК. Немало сил ушло на бесконечные дискуссии с так называемой Молодежной партией Китая, возникшей во Франции в конце 1923 года и упорно настаивавшей на немедленном проведении «всеобщей тотальной революции» и осуждавшей «нерешительность» Коминтерна. Проявив в полной мере свой полемический и ораторский талант, Чжоу Эньлай в конце концов сумел примирить, привести эти разношерстные, враждующие между собой силы к единому знаменателю на платформе патриотизма и антиимпериализма.

15 июля 1923 года в Париже состоялся съезд всех проживавших во Франции китайцев, который однозначно показал, что под руководством Чжоу Эньлая европейское отделение Компартии Китая сумело как никогда сплотить воедино китайских контрактных рабочих и студентов с постоянно проживавшими во Франции китайскими эмигрантами, объединить их идеями национального освобождения Китая от феодальных пут и империалистической колонизации.

В европейский период жизни и революционной деятельности у Чжоу Эньлая сложились дружеские личные и партийные отношения с Цай Хэсэнем, Ли Лисанем, Ли Фучунем, Чэнь И, Не Жунчжэнем, Дэн Сяопином, У Юйчжаном, Ван Жофэем, Сюй Тэли, Ли Вэйханем и многими другими, кто оказался во Франции по программе «и работать, и учиться», а впоследствии выдвинулся в ряды руководителей Китая. Для многих из них Чжоу Эньлай был не просто единомышленником, но и заботливым другом, наставником в жизни и работе.

Когда в марте 1923 года в Москву для учебы в Коммунистическом университете трудящихся Востока выехала группа «парижан» в составе Чжао Шияня, Ван Жофэя, Чэнь Цяоняня и других — всего 12 человек, Чжоу Эньлай не просто проводил их до Берлина, но позаботился там об оформлении их дальнейшего маршрута следования до самой Москвы. Это не входило в его партийные обязанности. И никто ему это не поручал. Это было проявлением долга дружбы и товарищеской заботы.

Однажды в Берлине его посетил Чжу Дэ, который учился на философском факультете Геттингенского университета. Будущий маршал КНР обратился к Чжоу Эньлаю с просьбой принять его в ряды коммунистов. Ответ был положительным. Вместе с Чжан Шэнфу Чжоу Эньлай дал рекомендацию Чжу Дэ для вступления в КПК. С этого момента дружеские отношения между Чжоу Эньлаем и Чжу Дэ поддерживались на протяжении всей их жизни.

Биографы Чжоу Эньлая, все до одного, единодушно отмечают, что в Европе Чжоу Эньлай вел удивительно скромную и предельно экономную жизнь. Никаких намеков на роскошь, никакого изобилия. Он снимал самые дешевые квартиры. Сам готовил себе пищу. Сам стирал и чинил белье. Его повседневной одеждой был рабочий комбинезон. Привычку к бережливости и экономии он сохранил на всю жизнь и, даже будучи бессменным премьером КНР, отличался исключительной скромностью в быту, неприхотливостью в пище и одежде.

…В июне 1924 года специальным решением ЦК КПК Чжоу Эньлаю было предписано сдать дела в Париже по линии как компартии, так и гоминьдана и выехать в Гуанчжоу, столицу суньятсеновского революционного правительства. Туда он прибыл в начале сентября 1924 года.