Мариан. Крылья для феникса - Вероника Азара

— Прошу вас, не надо сейчас ездить с нами. Прошу...

Он пристально посмотрел Мариан в глаза, и у неё исчезло всякое желание сопротивляться, спорить, дерзить, кивнула головой.

— Спасибо.

Оставшись одна, позвала Изель. Та, как оказалось, ничего не знала, и встревоженные женщины стали ждать. Теперь Мариан узнала, именно ждать — самое трудное. Хорошо рядом Изель и Чокки. Иначе непременно сорвалась бы с места.

Мужчины вернулись ближе к вечеру. Девушки, увидев их, бросились навстречу.

Правителя и Егорыча поддерживали под руки стражники. Обоих отвели в покои Правителя и немедленно отправили за лекарем. Егорыч отвёл руки помощников и с трудом опустился в кресло. Правителю помогли лечь. Некоторое время Егорыч позволил себя осматривать, потом его терпение иссякло:

— Ну, всё, довольно суеты. Уберите лекаря, только хуже делает. Где Мариан?

— Здесь, — голос звучал недовольно. — Мне, говорят, здесь не место. Врач вам нужен.

— Иди сюда. Врача гони в шею. Он со своими микстурами в гроб вгонит.

Мариан тяжело вздохнула и отстранила недовольного эскулапа. Склонилась над учителем и приложила руки к его вискам. Тёплая волна устремилась через её пальцы. Егорыч перевёл дыхание, щёки порозовели.

— Вовремя научил тебя этому.

— Да уж. Если будете часто в таком состоянии возвращаться, мне придётся себя к зарядке подключить, — она говорила всё тем же ворчливым тоном.

Егорыч только усмехнулся и отстранил руки ученицы.

— Иди, помоги ему, — проговорил он тихо.

Мариан в ответ пожала плечами, подошла к кровати.

Правитель лежал с закрытыми глазами, бледный, дыхание едва слышалось. Тоже обессилен. Мариан подумала, он уже приступил к восстановлению. Осторожно коснулась руки, ожидая реакции. В такой момент приток сторонней силы может повредить, если человек не готов её принять.

Не почувствовав вообще никакой реакции, прикоснулась обеими руками к вискам и направила свою энергию в тело Правителя. Тот судорожно вздохнул. Веки задрожали, но глаза не открылись, и в этот миг Мариан почувствовала, как лежащий перед ней человек словно выскальзывает из её пальцев. Он уходил, и она не могла его остановить.

— Егорыч, что-то происходит!

Старик тут же бросился к ним.

— Не отпускай руки, — его голос прогремел на всю комнату.

Резко опустившись в головах с другой от девушки стороны, прикоснулся к её пальцам. Мариан почувствовала, как поток энергии становится сильнее, и вместе с тем сознание лежавшего перед ней человека ещё быстрее ускользает. И тогда решилась — резко вырвала руки из пальцев Егорыча.

— Нельзя. Это неправильно! Он уходит и меня тянет следом. Неужели ловушка мага?! Я удушу этого мерзавца своими руками!

Егорыч сел прямо и прислушался к происходящему с Правителем. Мариан смотрела на него с надеждой и страхом.

— Плохо дело. Никак не могу понять. Но плохо. Он продолжает уходить. Если не остановим, он пропал.

Мариан сидела, глядя, как бледнеют щёки Правителя. Вокруг глаз отчётливо проступили тени, лицо заострилось. Снова коснулась его руки. Мужчина сопротивлялся, но сил для борьбы не хватало. А то, что могли дать они с Егорычем, использовалось во вред.

Вспомнилось как однажды Егорыч рассказал о давнем, очень давнем случае, когда он должен был передать силу и не мог это сделать. Он тогда последовал за тем, кому помогал, и только когда сознание друга ушло очень далеко, смог передать ему силу. Старый ведун признавался — выбрались из ловушки с огромным трудом и большими потерями.

Мариан взглянула на старика. Он не отрывал глаз от Правителя. Сам Егорыч слишком истощён, получалось, кроме неё помочь некому. А за неё старик боится. Слишком мало умеет и ещё меньше знает, боится потерять двоих.

Стараясь действовать незаметно, пока учитель погружён в размышления, коснулась руки Правителя. Контакт обжёг холодом места, куда уплыло его сознание. Охватил страх, но она слишком своевольна, для того чтобы остановиться. Когда Егорыч очнулся, почувствовав происходящее, было уже поздно...

***

Болото. Дыхание прерывалось, холод сковал тело. Ледяная жижа медленно поднималась к лицу и она понимала — достигнет лица и конец. Конечно, там где она сейчас находится, нет ни тела, ни ледяного болота. Всё это только в сознании, но как с этим бороться? Она держит чью-то руку, и тяжёлое тело другого человека, уже погрузившегося в самую глубь тянет за собой. Мариан пробовала сопротивляться, опору не нашла. Засасывало сильнее. Она чувствует, человек, которого она держит, ещё жив, он пробует сопротивляться, но попытки с каждой минутой всё слабее. И тогда она стала искать в памяти всё, что может справиться с болотом.

Первой пришла в голову пустыня. Сухой песок, перетекавший под ветром. Хватило ума не вообразить пустыню в полдень. Постаралась ограничить своё желание представить раскалённый песок и жаркое солнце. Рассвет! Вот нужное! Времени для изысков, типа оазиса, не имелось.

Мариан прикрыла глаза, стараясь не видеть отсвечивавшую в сером свете засасывающую жижу. Постаралась вызвать яркий образ обычной земной пустыни, в которой она некогда провела много часов, тренируясь в управлении авиамобилем. Песок, барханы, и далёкий-далёкий горизонт, над которым разгораются лучи солнца.

Под ногами стало твёрже, но надо что-то делать с человеком, которого она держит. Рука уже не так выскальзывает, но вытаскивать его из песка не легче, чем из болота. Необходимо чтобы он представил то же самое — пустыню, и к тому же представил себя на поверхности. Едва попыталась коснуться его сознания, как снова охватил холод, и болото вернулось.

Не выйдет. Мариан решилась. Откапывать из бархана, возможно, легче. И она представила себя лежащей на склоне бархана, а человека держащимся за её руку.

Его рука сжалась немного крепче. Следовательно, чувствует её, и даёт понять это. Отлично.

Мариан открыла глаза.

Пустыня вокруг, холодно, а значит времени всего ничего. Тот, кто держит их здесь — не сумел изменить созданный ею образ. Радует — из болота они всё же выбрались. Теперь надо срочно откопать человека. Тот мёртвой хваткой держался за руку, но ему стало хуже, рука слабеет. Почему — разбираться некогда, и Мариан одной рукой начала разгребать песок.

Самое главное освободить голову. Откуда-то она это знала. К удивлению почувствовала, на глубине песок не прохладнее, а всё горячее.

"Опять этот мерзавец!"

Мариан старалась работать как можно быстрее, она чувствовала нарастающий жар. В глубине, казалось, растоплена печка.

Наконец удалось подрыть большой пласт песка, освободилась голова и плечи. Человек пытался шевелить руками и отгребать от себя раскалённый песок. Действовать одной рукой обоим неудобно, но отпустить его Мариан боялась. Не оставляло