Книга Азраила - Николь Эмбер

– Да, у меня все хорошо. Клянусь мизинцем.

Она вздохнула и, судя по звуку, плюхнулась обратно на кровать. Могу представить ее панику, когда она услышала о «кровных» снах. Моя сестра всегда слишком беспокоилась.

– Не могу дождаться, когда все это закончится и мы сможем вернуться к полунормальной жизни. Каден исчезнет, так что на этот раз у тебя действительно будет жизнь. – Она на секунду остановилась. – Что ты думаешь о возвращении на Песчаные острова? Я нашла здесь уединенный дикий пляж. На нем совсем не бывает людей, а еще там есть высокие скалы, с которых мы можем прыгать в воду. Мы с тобой не были на таком пляже по меньшей мере тридцать лет. Я даже не буду приглашать Рика. Это будет просто приятная, расслабляющая, веселая сестринская поездка. Пусть это будет наш первый отпуск. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

– Ладно, ладно, ладно, звучит как хороший план. Перестань меня просить.

Мои губы изогнулись в грустной улыбке, а зрение стало расплываться. Я не рассказала ей об условиях моей сделки с Лиамом и не знала, попаду ли я в тюрьму или он придумает что-то похуже. Лиам никогда не говорил, что собирается со мной делать, да и я предпочитала об этом не знать.

На мгновение между нами повисло молчание. Я уверена, что она чувствовала мои эмоции даже через тысячи километров.

Габби вздохнула.

– Слушай, я знаю, что сейчас тебе тяжело. Я знаю, что ты расстроена и, возможно, злишься. Но я в тебя верю. Ты столько пережила, Ди. Столько всего. Ты самый сильный человек, которого я знаю. Если эта глупая Книга существует, ты ее найдешь. Ты упорная и выносливая. Ты можешь пережить что угодно.

Я вытерла лицо, маскируя всхлип смехом.

– Спасибо за ободряющую речь.

– Пожалуйста. А теперь остановись где-нибудь и поспи. Тебе не следует садиться за руль так поздно. И меня не волнует, что об этом думает Лиам.

Я посмотрела на спящего бога и зевнула.

– На самом деле это здравая мысль. Кажется, я вижу впереди жуткий старый мотель.

– Это как раз для тебя, – сказала она со смехом. – Позвони завтра, если сможешь.

– Да, мам.

Она фыркнула в трубку.

– Помни, что я тебя люблю.

Я улыбнулась и повторила ее слова, прежде чем повесить трубку.

Темноту прорезала большая неоновая вывеска. Габби была права. Долгая дорога окончательно меня вымотала.

Вывеска замигала и погасла, и даже на расстоянии я слышала тихое жужжание ее огней. Я свернула и увидела, что позади здания припаркован всего один грузовик. Подъехав к зданию мотеля, я увидела миниатюрную женщину, сидящую за стойкой и смотрящую телевизор. Она держала сигарету, и за стеклом поднимались клубы дыма.

Я припарковала машину, но оставила ее заведенной. Не желая будить Лиама, я осторожно открыла дверь. Меньше всего мне хотелось слушать его жалобы. Я вышла из машины и осторожно закрыла за собой дверь – Лиам даже не пошевелился.

Когда я вошла, прозвенел маленький колокольчик, и женщина, которой оказалось далеко за пятьдесят, повернулась ко мне. Она потушила сигарету и уменьшила громкость телевизора.

– Привет, дорогая. Ищешь номер на ночь?

– Да, пожалуйста, – сказала я, прежде чем обернуться назад и убедиться, что Лиам не проснулся.

– Он милый, – сказала она, доставая ключ из большого коричневого ящика позади нее. – Ты и твой парень выбрали идеальный отель, если хотите быть погромче. К нам редко приезжают гости, поэтому вам никто не помешает.

Я подняла руку, и нескрываемое отвращение на моем лице заставило ее остановиться.

– Он не мой парень.

– Действительно? Какая жалость. – Она улыбнулась, подошла к стойке и вручила мне ключ. – Сорок долларов, мисс.

– Сорок баксов за одну ночь?

Она пожала плечами.

– Как я уже сказала, у нас редко бывают гости. В основном дальнобойщики или… – она замолчала и осмотрела меня с головы до ног, после чего перевела взгляд на Лиама, – …знаешь, женщины определенной профессии.

Тон, которым она произнесла последнюю фразу, заставил меня впиться в нее взглядом.

– Я не проститутка.

– Как я уже сказала, я никого не осуждаю, – заявила она, подняв руки в свою защиту.

Я ничего не ответила, отсчитывая украденные деньги. Людям пора научиться запирать свои машины, особенно на парковках вдоль дороги. Мы не могли использовать ни одну из карточек, которые дала нам Ним, потому что я знала, что их отслеживают. Я развернула купюры и швырнула сорок долларов на стойку, прежде чем схватить ключ и повернуться, чтобы уйти. Женщина рассмеялась мне вслед, увеличила громкость телевизора и вернулась к просмотру своего шоу.

26. Лиам

– Самкиэль, вытяни руки.

Мы с отцом стояли в открытом павильоне, расположенном над главным обеденным залом в Рашириме. Облака окружали вершины гор, легкий ветерок доносил до нас аппетитный запах еды с пиршества. Больше всего на свете я хотел быть там.

– Я не могу этого сделать, – сказал я, разочаровываясь все больше и больше.

Я слышал, как мои друзья веселятся внизу, и хотел присоединиться к ним.

– Ты должен научиться контролировать свои силы, или они тебя поглотят. Желаешь ли ты такой участи – сгореть и превратиться в пепел?

Окружающие нас золотые колонны завибрировали от силы его голоса. Символы, высеченные на камне, ярко вспыхнули, отреагировав на перемену в настроении отца.

Раздраженно вздохнув, я покачал головой.

– Нет.

Огромный Серебряный Город внизу проснулся, в нем бурлила и гудела жизнь. Мы находились здесь с первых лучей солнца. Я устал тренироваться, но отец настаивал.

– Теперь сконцентрируйся. Каждая твоя мысль и каждая эмоция, которую ты испытываешь, исходит из определенной точки. Твой гнев, – он указал на мой живот, – исходит из твоего кишечника. – Затем он указал на мою грудь. – Твои желания исходят из твоего сердца, а твой идиотизм… – Он протянул руку и взъерошил волосы на моей макушке, заставив пряди рассыпаться по плечам. – …происходит отсюда.

Я оттолкнул его руку и поднял ладонь.

– Хорошо, хорошо.

– А теперь сосредоточься.

Его глаза загорелись чистым серебряным сиянием – таким же, как у меня. Я наблюдал за тем, как в его ладони формируется энергия. Сначала это была просто искра, но потом она начала закручиваться, превращаясь в шар. От него исходили кольца энергии того же цвета, что и сила, текущая по нашим венам.

– Как только ты получаешь энергию извне, ею становится легко управлять. Ей можно придать форму, – он крутил светящийся шар между пальцами, пока тот не превратился в маленький кинжал, – или использовать ее в первоначальном виде. – Он снова превратил ее в шар. – Однако сила имеет свои пределы. Что ты даешь, то она и забирает. Если ты будешь питать ее слишком сильно, он истощит тебя. Ты должен всегда это помнить, особенно в бою.

Я кивнул. Его слова крутились в моей голове, пока я пытался сконцентрироваться.

Живот, сердце, мозг. Центр, фокус, освобождение.

Я глубоко вздохнул и направил ладонь к потолку, повторяя шесть слов как заклинание.

Живот, сердце, мозг.

Центр, фокус, освобождение.

Энергия вспыхнула в ладони, послав заряд силы через все мое существо. Линии по обеим сторонам моего тела пульсировали светом, сила мчалась по руке. Я поднял глаза и увидел широкую улыбку на лице отца. Он был горд. Мной.

Я сосредоточился сильнее, желая, чтобы сила приняла форму. В ладони образовался маленький шар, но он продержался недолго. На лбу выступила испарина, когда я снова попытался сконцентрироваться. Я могу сделать это. Я знаю.

– Дыши, Самкиэль.

Разве он не видит, что я дышу?

Кончики моих пальцев сжались, когда я пытался придать энергии форму. Я хотел создать клинок, как отец. Мне просто нужно постараться немного сильнее, и…

Шар стал больше, чем весь мой кулак. Свет внутри него ослеплял. Он дрожал и крутился с угрожающей скоростью. Моя сила не была целостной и податливой, как у отца, – это был неуправляемый шар энергии, угрожающий поглотить все вокруг. Он вылетел в небо, пробив большую дыру в потолке. Взрыв сотряс пол, и осколки камней дождем посыпались на наши головы, покрыв нас слоем белой пыли.