Невеста каторжника, или Тайны Бастилии - Георг Борн

Недолго думая, Рошель укрылся в кустах и стал наблюдать за клетками.

Прошло немало времени, но Рошель терпеливо сидел в своей засаде. И вот его широкий рот искривился в злорадной усмешке — он рассчитал верно. От тюремного плаца прямо к железным клеткам подходил номер пятьдесят семь. Надзиратель хорошо знал этого каторжника по имени Марсель. И вот он, этот каторжник, совершенно спокойно идет на нарушение правил!

А тут еще с тюремного плаца послышался звон колокола, возвещавшего конец свободного часа.

Что же это такое получается! Рошель глазам своим не верил. Это же неслыханная дерзость! Каторжник не спешит в спальную камеру, не обращает никакого внимания на колокол, а преспокойно идет к клеткам!

Рошель торжествовал. Теперь этого Марселя постигнет двойное тяжкое наказание! Теперь‑то он всецело во власти Рошеля. Надзиратель мысленно уже видел Марселя умирающим под плетью палача Лоренцо.

Между тем Марсель подошел к двери клетки, где томился креол Диего.

Тогда Рошель выскочил из засады и стремительно направился к клеткам. Кровь его так и кипела.

Марсель увидел надзирателя, но это не вызвало в нем никакого беспокойства.

— На этот раз я поймал тебя, номер пятьдесят семь! — радостно завопил Рошель. — Теперь ничто не избавит тебя от заслуженного наказания! Ты вступил с осужденным в запрещенные сношения! Ты пропустил окончание свободного часа! А ну пошел — в штрафную камеру! Ты воображаешь, что можешь позволить себе больше, чем другие! Но я сломлю тебя вместе с твоим гонором! Я не умер, как ты того желал! Я жив, чтобы мучить тебя, истязать…

— Остановитесь, надсмотрщик Рошель! — сказал Марсель спокойно и серьезно. — Мучить меня вы не имеете никакого права!

— Никакого права, непокорный пес? Не имею права? Это мы посмотрим! — в бешенстве рычал Рошель.

Марсель презрительно взглянул на Рошеля.

— И поносить меня такими словами вы тоже не имеете права, надсмотрщик!

— Ты думаешь, я не имею права наказать тебя? Ну, погоди, я тебе покажу! — И надсмотрщик хотел было схватить Марселя.

— Не прикасайтесь ко мне! — сказал Марсель голосом, дрожащим от гнева. — Я вас предупреждаю!

— Ты осмеливаешься грозить мне! — закричал Рошель в неукротимом бешенстве.

Между тем к ним подошел охранник железных клеток, однако Рошель находился в таком состоянии, что не заметил товарища.

— Вы заблуждаетесь, надсмотрщик! — ответил Марсель, с величайшим усилием сдерживая гнев. — Я имею право находиться здесь! Идите своей дорогой.

— Прочь отсюда! — заорал Рошель и снова хотел схватить Марселя. — Отправляйся в комендантский дом, бунтовщик!

Тут охранник вмешался в спор и стал успокаивать Рошеля.

— Помоги мне арестовать этого негодяя, а то он опять ускользнет от наказания! — кричал Рошель, не слушая товарища. — На этот раз я поймал молодца на месте преступления! Я нашел его у дверей железных клеток! Под арест его!

— Да выслушай же, Рошель, и успокойся! — говорил охранник. — Этот каторжник получил позволение пройти к заключенному, чтобы проститься с ним.

Рошель широко раскрыл глаза.

— Позволение? В уме ли ты? — вскричал он. — Позволение теперь, после свободного часа?

— Прежде всего успокойся! — ответил охранник. — На этот раз к каторжнику никак нельзя придраться — он прав. Я только что получил приказ дежурного офицера допустить его в камеру креола. Сам комендант дал ему разрешение проститься с осужденным, его товарищем по цепи.

— Каторжник прав? — не верил своим ушам Рошель. — Проклятье!

— Я вам дам совет, надсмотрщик, — сказал Марсель. — Не давайте воли…

— Совет? Ты мне дашь совет? — перебил его Рошель.

— Не давайте воли вашей ненависти, когда справедливость не на вашей стороне, — продолжал Марсель глухим голосом, выдававшим, какое негодование кипело у него в душе. — Иначе вы можете поплатиться за это! Мне казалось, что вы получили хороший урок… Если вы еще раз посмеете грозить мне или несправедливо мучить, или хотя бы только поносить — берегитесь!

— Ого! Уж не хочешь ли ты последовать примеру креола, а?

— Такого поступка, надсмотрщик, я себе не позволю, потому что сам же и пострадаю. Ведь вы только этого и добиваетесь. До такого поступка вы хотите довести каждого, кого ненавидите, чтобы затем вернее погубить его. Но со мной у вас это не выйдет. Я обойдусь с вами иначе, чем бедняга креол…

— Ну, вспомнишь ты эти слова, номер пятьдесят семь! — задыхаясь от ярости, ответил Рошель. — Вот только выпишусь из лазарета, и ты опять будешь в моей власти. Тогда — горе тебе!

— В вашей власти? Слава Богу, в вашей власти я не нахожусь, так как у нас есть комендант. И если я добросовестно работаю, исполняю все свои обязанности, то я вне вашей власти.

— Я найду случай доказать тебе мою власть, упрямый пес!

— Не смейте оскорблять меня такими словами! — твердым голосом заявил Марсель. — Я не потерплю этого. Вы лишитесь места, если будете оскорблять заключенных. В каждом таком случае я буду жаловаться коменданту. И вы будете наказаны.

— Вот как! Ты хочешь стать доносчиком, тюремным шпионом! И этим выслужиться!

— Я только хочу прекратить превышение вами власти, — сказал Марсель и отвернулся от взбешенного надзирателя, так как охранник уже отпер клетку и можно было войти к креолу.

— Хорошо, хорошо, так и будем знать, — шипел вслед Марселю надзиратель Рошель. — Каторжник хочет доносить на нас за то, что мы не называем заключенных милостивыми королями…

— Ну, ты‑то выбьешь из него эту дурь, Рошель, — заметил охранник клеток.

— Ты меня знаешь! — ухмыльнулся Рошель. — Я именно такого каторжника и поджидал, чтобы наконец определить, кто здесь настоящая власть. Я завтра же выпишусь из лазарета! Охота прибрать к рукам эту сволочь. Это придаст мне здоровья…

Охранник с усмешкой поддержал товарища.

— С этими головорезами только так и надо. Поубавь строгости — и все пропало!

— Держи наготове клетку… — все с той же злобной ухмылкой продолжал Рошель. — Скоро я доставлю тебе пополнение…

— Их надо гнуть в бараний рог, — добавил охранник клеток. — Ты совершенно прав, Рошель.

Рошель возвращался в лазарет взбешенным до предела. Каторжник осмелился дерзить ему, надзирателю Рошелю!

«Я не успокоюсь до тех пор, — думал Рошель в гневе, — пока не увижу тебя в руках палача Лоренцо».

VIII. КАЗНЬ

Когда Марсель вошел в клетку, истощенный креол Диего с трудом привстал ему навстречу.

— Хорошо, что ты пришел, — сказал он, протягивая Марселю руку, отягощенную кандалами. — Это для меня большое утешение. С тобой мне хотелось проститься… Теперь я умру спокойно. Знаешь, смерть для меня — только желанное освобождение.