Инквизиция: Омнибус - Дэн Абнетт

Тем не менее, техножрец кивнул, опознав фразу, как еще один пример избыточного ввода информации, на которую полагались немодифицированные во время стресса.

— Почти три минуты по моим наиболее вероятным прикидкам, — вместо этого согласился он, наблюдая яркую вспышку шаттловых двигателей, как горящую звезду в полной темноте у крыши пещеры, примерно в километре над их головами. — Нам, кажется, очень повезло с нашим пилотом.

Немногие другие пилоты, которых он встречал, могли приручить дух машины шаттла, чтоб рискнуть включить дополнительную тягу, пока они не взлетели над краем дыры, через которую они спустились в глубины Фасомсаунда, падая почти вертикально вниз из свисающего дома над ними. Бард выполнил маневр с точностью, и пока они смотрели, вспышка света удлинилась в полосу, подпрыгнула вверх через рваные края серого неба в стигийскую темноту над ними.

— Он подает надежды, — согласился Хорст, хотя этот вопрос в данный момент его явно мало интересовал.

Его лицо было бледным в свете люминаторов, разбросанных по палубе шахтерской платформы, слабая бледность, несомненно, была результатом его печальной склонности к воздушной болезни. Он оглядел окружающее с явным отвращением.

— Думаю нужно сюда.

Не дожидаясь ответа, он пошел через покачивающуюся поверхность посадочной площадки дока к кучке ветхих зданий, вероятно возведенных из подручных материалов, попадающих жителям в руки на работе. Даже при таком освещении Векс мог разобрать оргалит, грубо напиленные доски, бетонные плиты и это все было в стенах ближайшего здания, двухэтажное здание освещалось несколькими мерцающими электро светильниками, висящими на скобах под крышей. Это было самым большим и наиболее впечатляющим из зданий и техножрец едва был удивлен, увидев крупного мужчину в сером, спешащего вниз по ветхой лестнице, которая склонилась к стене из мешанины, как пьяница, опирающийся за столб. Мужчина явно намеревался поприветствовать их.

Оценив, что у них есть еще несколько секунд до начала разговора, Векс оглядел платформу, собирая как можно больше данных о подземном мире, куда они приземлились. Масштаб был поистине впечатляющим. Огромная дыра в потолке, через которую они спустились, покрывала не более двух третей зловещего, темного озера, далекий берег которого не был виден в темноте, так что отсюда темная вода, казалась, простирается до бесконечности. Маленькие точки света пестрели на отдаленных стенах, превращая их в миниатюрное звездное небо, где отверженные или отчаявшиеся выцарапывали куски подходящего материала, хотя выработки над поверхностью были сделаны поколениями назад. Единственные минералы, стоящие затраченных усилий лежали глубоко под водами озера.

Вот чем занимались на этой платформе, где они стояли. Сотни, подобных этой, плавали по краям озера, где вода до сих пор была мельче и пригодной для их якорных цепей. Дальше ничего не было, кроме вытянувшегося, обветшавшего города, который местные называли Флотсам, его границы менялись каждый день, когда некоторые понтоны выносило вперед или сносило в шторм или отрывало течением. В действительно плохую погоду, вроде зимних бурь, все население двигалось по изменчивым водам, иногда за ночь исчезали целые дома, и их потопленные останки вылавливались неделями.

Векс заключил, что тела утонувших были настолько частым зрелищем, что местные едва замечали их, даже не утруждая себя достать несчастных жертв озера, если только их одежда или личные вещи казались стоящими затраченных усилий, или если разлагающийся труп запутывался где‑то рядом с фундаментом жилья и уже не было мочи выносить источаемую вонь. Неисчислимые суда плавали вокруг гигантского плота, в большинстве движимые парусом и он глубокомысленно кивнул. Действительно ли существовал левиафан из легенд Дрейка или нет, в это он сомневался, но не мог полностью отрицать, учитывая некоторые причудливые зрелища, которые он видел с тех пор, как присоединился к Ангелам Карлоса. Кроме того в мутной воде явно было достаточно рыбы, чтоб прокормить людей.

Несколько судов, которые он различил в окружающем мраке, двигались механически и были значительно больше парусных, по большей части это были плоскодонные баржи для минералов, источавшие резко пахнувший дым или угадываемый запах сожженного прометия. Они плыли с пренебрежением ко всему остальному в воде, раскидывая рыбацкие лодки, как охрана аристократов расталкивала плечами крестьян в стороны на заполненной улице.

— Мой лорд.

Мужчина, которого он заметил, спешащего вниз по лестницы, теперь стоял перед ним, слабый блеск пота размазал грязь по его лицу, превращая ее в сальную жижу, когда он таращился с явным страхом на инквизиторский символ Хорста. Когда арбитратор захлопнул чехол розетты и возвратил ее в карман, мужчина продолжал следить за ней глазами, как загипнотизированный.

— Разрешите ли мне чем-то послужить вам?

— Это сильно зависит от того кто ты, — ответил Хорст и мужчина слабо кивнул.

— Фирон, мой лорд. Надзиратель за добычей минералов на этой платформе.

Гордость сквозила в голосе мужчины, даже сквозь его понятные предчувствия, и Векс отметил это. В иерархии крепостных, он явно занимал высокое положение.

— Тогда я уверен, вы поможете нам, — спокойно ответил Векс, отмечая, что выражение лица Фирона едва изменилось, когда его пристальный взгляд на карман Хорста запечатлел и его.

Это было необычным. Большинство немодифицированных казались обеспокоенными, при первой встрече с техножрецом, так что кажется, было разумным предположить, что этот человек имел дело с Тонисом, во время его периодических визитов в шахту.

— Мы бы хотели проинспектировать работы, которые вы ведете здесь именем Адептус Механикус.

— Конечно, мой лорд. — Фирон нервно облизал губы, разрываемый страхом перед властью Инквизиторских агентов и наследием поколений безусловного подчинения своим хозяевам феодалам. — Но вы должны понимать, что здесь внизу не безопасно. Техномагос Тонис всегда настаивал, чтоб никто не спускался в шахту вместе с ним.

— Ваша озабоченность будет отмечена, — ответил Хорст тоном, который исключал аргументы и наблюдатель покорно кивнул.

— Тогда я отведу вас вниз лично, — сказал он, разворачиваясь и показывая дорогу к крану на конце платформы, его стрела выступала над мутными водами. — Как раз закончилась смена на третьем, так что колокол скоро снова поднимется.

— Колокол? — спросил Хорст, немного опуская голос так, чтоб только Векс мог его услышать четко. — О чем он говорит?

— Об этом, я полагаю, — ответил Векс, указывая на точку, в которой путаница кабелей и шлангов уходила под воду.

Один за другим там поднимались огромные пузыри воздуха. Через минуту, точка под стрелой крана превратилась в пену. Тон двигателей крана изменился, стал намного напряженнее, когда его груз потерял поддержку плавучести воды.

— Золотой трон! — впечатленно заявил Хорст.

Воодушевленный такой мощью даров Омниссии, Векс смог только кивнуть соглашаясь. Изогнутый металлический корпус начал появляться над поверхностью, его обшивка была украшена коррозией и путаницей водной растительности. Когда кран продолжил поднимать его вес, тон его прометиевых двигателей постепенно повышался, как гимн, восхваляющий Бога‑Машину, восхищенный техножрец оценил полное торжество конструкции. Клепанные металлические плиты формировали круглый корпус размером со стандартный грузовой контейнер, руны и символы защиты против воды и давления до сих пор были читаемы, несмотря на значительный возраст и изношенность.

Через мгновение металлический корпус полностью вышел из озера, и команда рабов поспешила к лебедке, встроенной в палубу, бегая вокруг с бездумной четкостью, вышколенные годами повторений. С хрустом не смазанных шестеренок, которые заставили заскрежетать зубы Векса, кран начал медленно поворачиваться, неся свой драгоценный груз на борт. Как только он стал это делать, толстый люк во внешнем корпусе колокола начал открываться, подталкиваемый изнутри.

Оператор крана отпустил трос и с хрустящим ударом, который всколыхнул всю платформу, колокол грохнулся на палубу ровно в центре небольшого углубления, выбитого на ржавой металлической поверхности бессчетным количеством таких же ударов за годы. Покинув лебедку, палубная команда побежала к рампе, которая откинулась с краю люка.

— Лучше немного отойти, мой лорд, — посоветовал Фирон, когда команда начала разгрузку, волочась по наклонной поверхности, как едва живые существа, неприятно напомнив Вексу чумных зомби, с которыми он встретился на внешних уровнях улья Тарсус несколько лет назад.

У всех были пустые глаза от истощения, затвердевшая грязь и пыль свисала с их одежд как отслоившаяся кожа. Они безмолвно выстроились в линию, пока палубная команда припустила в колокол. Через мгновение мужчины опять появились, толкая колесные вагонетки с кучей руды, придерживая их так, чтоб гравитация возобладала над инерцией и на небольшом склоне. Каждая вагонетка имела имя, нарисованное на боку, рядом с грубой пиктограммой, по которой шахтер, которому она принадлежала, мог отличить ее от остальных.