Рыкарь - Никита Гримм

мифрила, такие же были и на мне. В комнате было десять человек, которые здесь быть и не должны, и троих из них я знал в лицо: князь Долгоруков, наследник и «просто Аркадий».

— Вот уж кого не ожидал тут увидеть. Князь, наследник, просто Аркадий, рад вас приветствовать в нашем доме, думаю, мой дед, также, как и я, выразил вам свое почтение прошлой ночью.

— Да, Волковы всегда так рады гостям, что выражают свое почтение применением Источника. — Прокряхтел князь Долгоруков, — а вы заставили даже меня попотеть. Аркан «Темного Воплощения», удивительно. Тень Души воина, которого ты призвал хорошо покромсала моего рыкаря, да и ты неплохо дрался, на медведя я тоже потратился. Видимо, Аристарх Прохорович, ты еще не весь порох подрастерял…

— Для вас, Андрей Павлович, порох я всегда найду. Жалею только об одном. — Глава рода Волковых сидел с прямой спиной и смотрел прямо в глаза князю Долгорукову.

— И о чем же?

— Да вот жалею, что двадцать лет назад не смог нарыть доказательства, что ты против трона выступил.

— Это да, мертвые не особо болтают, спасибо старому другу за это. Боярских вы с Кобылиным тогда развалили так, что их просто вырезали по-тихому. А вот на нас вы ничего собрать не смогли тогда. Вот и ничего не смогли сделать с нами тогда.

— И все равно, я уверен, что вы в сговоре не только с Боярскими были.

— Что с остальными домочадцами? — Я решил обратить внимание присутствующих на себя.

— Все живы. — Ответил Аркадий.

— Может быть, может быть. Но об этом история умалчивает. — Усмехнулся в ответ Волкову — старшему князь Долгоруков. — А вот мой правнучек явно унаследовал все лучшее, что мог взять от двух родов.

Я непонимающе уставился на князя. Да что он несет?!

Князь прошелся по гостиной и вальяжно развалился в кресле рядом с Софьей, медленно обведя взглядом всех присутствующих.

— Все, кроме моего наследника и начальника службы безопасности рода Долгоруковых, выйдите из гостиной.

Люди в камуфляже перевели взгляды одного из своих. Секундная заминка, но, в итоге, седьмой тихо сказал:

— Wychodzić! — Ответил он, и все семеро вышли из гостиной, последний закрыл за собою двери.

Только теперь князь улыбался и смотрел только на меня.

— А ты еще не понял? Ты — результат моего эксперимента продолжительностью почти в полвека. — Князь продолжил усмехаться, — ты же в курсе, что Долгоруковы — одна из ветвей Рюриковых? В курсе? Прекрасно! Так вот, ты, ведь, также и в курсе особенности Источников императорской династии? Превосходно! И вот, почти полвека назад я задался целью повторить это в своих потомках, так как считал, что эта особенность находиться в спящей форме во всех, в ком есть капля крови Рюриковых. Мы вместе с Игорем Боярским решили разрушить этот стереотип, что только Императоры способны обладать смешанным Источником. Тогда мы и начали выявлять способы для селекции. Не буду пускаться в долгие объяснения, но результата, как теперь я сам вижу и знаю, мы смогли добиться. В итоге мы пришли к выводу, что лучший вариант для селекции станет в том случае, если мать будет обладать Светлым Источником с упором в Луч Жизни в спящей форме, а отец — сильный Темный с упор в Тьму или Смерть. И тут у нас случилось чудо. Лизонька пробудилась в семь лет. И пробудилась именно как Лекарь! И тогда у меня родилась идея: заставить Источник Лизоньки работать только на одно: развитие плода, первого, второго, третьего. А у Игоря в это время подрастал сын Илья, который был старше Лизоньки на восемь лет, и в двадцать шесть лет он уже подтвердил титул Архимага, хотя как могло быть иначе, когда его наставником был его собственный отец Ранга Стихия. «Живое Воплощение Смерти», так его называли после последней войны. И поверь мне, его боялись все, даже Император, и большинство считало, что в будущем у империи будут два Одаренных Ранга Стихия с основной стихией Смерть! Фактически, два некроманта, каждый из которых был способен заменить собою целую армию. Но это понимал и император. И мы с Игорем. Когда у меня получилось искусственно погасить Источник Лизоньки, а по факту, я смог направить работу Источника сугубо на улучшение и развитие детородной функции, так как пробуждение Источника у внучки в раннем возрасте я не стал регистрировать, в восемнадцать лет я подал документы в Имперскую Канцелярию о том, что её Источник спящий. И тогда мы с Игорем свели Лизоньку и Илью. Первоначально ничего не получилось, но пришлось действовать кардинально, потому что Лизоньке Илья абсолютно не нравился…

— Так ты, больной ублюдок, дал свое разрешение изнасиловал младшему Боярскому собственную внучку? — Дед сплюнул на пол.

— Все во благо науки и империи. — Пожал плечами Долгоруков, — но технически, ты прав, Волков, я дал Боярскому изнасиловать Лизоньку, за счет раннее проделанных манипуляций она забеременела уже после первой же ночи, а потом Игорь Боярский повздорил с императором, и совершил свой очень грубый и неподготовленный шаг, хотя он и был успешен. — покушение на прошлого императора было его руками выполнено, как ты сам знаешь. А тут его сынки просто с цепи сорвались…

— И ты хочешь сказать, что ничего не знал о планах Боярского? — Прищурился дед.

— Не знал, у меня были мысли относительно императора, но лишь на далекое будущее. Он мне был понятен, известен, я знал его очень долго, и знал его поведение во всех возможных сценариях. Он был удобен. Но Боярский, дурак, поступил по своему, вновь пошел на поводу своих эмоций. А вы с Кобылиным так вовремя начали копать и, в итоге, оказались в нужное время и в нужном месте… Только Лизонька была уже беременна на момент смерти Боярских. Наследник и его младший брат тогда просто с цепи сорвались. Мстили они знатно, со вкусом, выгрызли глотки всему княжескому роду. — С каждым словом голос князя становился злее, а взгляд тяжелел, — А потом вы притащили нас на ковер в новому Императору Всероссийскому! И мне приказали отдать Лизоньку тебе, тварь ты серая! А потом она еще и понесла от твоего выб*лядка, ведь ее Источник работал на то, чтобы рожать!

— Она полюбила Александра, и в отличие от твоего дома, здесь она семью обрела. В твоем доме она была не внучкой князя, а лабораторной крысой, старый ты псих, мы приняли ее, как родную, не смотря на беременность, даже не стали из-за этого шум поднимать, потому что ребенок ни в чем не виноват. — Ответил дед.

— То есть, я