Грехи и грешницы - Сьюзан Одо

Дженет знала, что он любит слушать истории о ней и девчонках, относящиеся к тому времени, когда они были моложе, — до их первой встречи. Восхищаясь их выходками, он всегда говорил, что с удовольствием бы познакомился с ней еще тогда. Как жаль, говорил Стив, что ему ни разу не попадались такие веселые подруги. «Грубые девчонки» — так он их называл.

Дженет, впрочем, себя грубой не считала; все их проделки в основном относились к разряду невинных шалостей. Она даже с девственностью рассталась только в восемнадцать лет! Они вместе с Сюзи уезжали тогда на лето в Корнуолл, чтобы подзаработать. В общем, она потеряла невинность на барже с парнем, который ей нравился. Помнится, она почувствовала себя последней шлюхой, когда он вытащил из кармана пакетик, тем самым дав понять, на что рассчитывает. Даже сейчас она помнит тот запах резины, который источал этот презерватив, когда они возились там в темноте.

Стив поднялся с пола и, улыбаясь, сел на край кровати.

— Ну, красотка, надеюсь, на этой свадьбе не будет летающего дерьма!

— Не могу за это поручиться. У Сюзи странная семейка. Все они там чокнутые, даже те, которые кажутся нормальными. Стоит им только принять горячительного, как получается сцена из «Пролетая над гнездом кукушки».

Она коротко засмеялась.

— Знаешь, я вспомнила, как однажды ночевала у Сюзи.

Мы были еще детьми — лет четырнадцати, кажется, — спали в глубине дома, в комнате Линдсей, потому что она больше. Вдруг Сюзи расталкивает меня и шепотом предлагает посмотреть в окно. Когда я выглянула наружу, то решила, что мне это снится. Ее отец, совершенно голый, с вот таким пивным брюхом, стараясь не зацепиться своей женилкой за проволоку, перелезает через изгородь в соседний сад. Помню, стояла полная луна, так что его все равно что освещали прожекторами, когда он бежал к соседскому сараю. Минуты через две на дорожке у дома появилась женщина на высоких каблуках и в кожаном плаще, из-под которого выглядывали голые ноги. А когда она нагнулась, чтобы пролезть в дверь маленького домика, нам улыбнулась ее голая задница.

Стив даже рот открыл от изумления.

— Черт побери! И что же потом?

— А ты как думаешь?

— Нет, что случилось, когда он вернулся?

— Не знаю. Мы услышали, как зашевелилась в соседней комнате Дорин, и попрыгали обратно в кровать.

— Думаешь, она догадалась?

— Конечно. Когда он перелезал через изгородь, то поднял шум на всю улицу! Мы залезли под одеяла и укрылись с головой. Странно было видеть отца своей подружки в чем мама родила, хотя…

Стив недоуменно покачал головой.

— Может быть, пригласить Мэй на свидание в сарай? — ухмыльнувшись, сказал он. Их соседке недавно перевалило за восемьдесят.

— Ну, если не хочешь сохранить свою женилку в целости и сохранности, дружок… — ответила Дженет и шутливо толкнула его в грудь. Как все же изменились их отношения! Пару лет назад, если бы он даже в шутку намекнул на связь с кем-нибудь, она проломила бы крышу, а потом дулась бы несколько дней, если не недель. Предательство ее бывшего мужа, его неверность оставили в сердце Дженет незаживающую рану, которая порой доставляла ужасную боль. Стив просто золото — все сумел вытерпеть.

— А Анна, значит, — Стив подошел к шкафу и достал оттуда спортивные брюки, — так и не нашла себе мужика?

— Нет. Сюзи считает, что она порвала с американцем, потому что тот не хотел ребенка. — Наступила пауза, после которой Дженет внезапно сказала:

— Наверное, мне нужно было предложить твои услуги. Это решило бы ее проблему!

Дженет так и не забыла совершенно невинное замечание Стива насчет того, что из всех ее подруг Анна самая привлекательная. Он имел в виду отнюдь не то, что его влечет к ней, он просто хотел сказать, что она самая симпатичная, однако для Дженет это было равнозначно признанию в том, что он хочет переспать с Анной, потому что она красивая и может рожать.

Стив спокойно натянул брюки, по опыту зная, что лучше всего просто не обращать внимания, нагнувшись, достал из-под кровати кроссовки и сел на край кровати.

— По правде говоря, я не представляю ее с ребенком, — сказал он, завязывая шнурки двойным узлом. — Она слишком печется о своей карьере.

— Гм! Может быть, — откликнулась Дженет. — Во всяком случае, Сюзи считает так.

— Ну, может, Сюзи сама хочет иметь детей и проецирует свое желание. Стив наклонился, чтобы завязать другой ботинок.

— Что значит проецирует? — с восхищением спросила Дженет. Подобные слова ей очень нравились. Похоже, Стив знает все на свете.

— Ну, это когда ты говоришь, что кто-то что-то хочет, а на самом деле этого хочешь ты. Приписываешь другому свои надежды, желания, страхи. Родители очень часто так поступают в отношении детей.

— М-м-м, пожалуй, — согласилась Дженет. Действительно, ей никогда не приходило в голову, что у Сюзи на самом деле могут быть дети. О, Сюзи их очень любит, и они ее вроде бы тоже, но Дженет никогда не считала ее достаточно ответственной. Она и о себе-то толком позаботиться не может.

Встав на колени, Дженет наклонилась к Стиву, положила руки ему на плечи и уткнулась носом в шею.

— Мне нравится, когда ты ведешь со мной интеллектуальные разговоры, самым что ни на есть хриплым голосом прошептала она, покусывая его за ухо.

— Наверное, так говорила жена Эйнштейна, когда хотела с ним уединиться, — смеясь, отозвался он и, в свою очередь, привалился к ней. Однако не стоит начинать того, что не собираешься заканчивать, — добавил он и повернул голову, чтобы ее поцеловать.

Глядя на мужа, она в который уже раз поняла, что безумно его любит. Было бы здорово завалиться с ним в постель прямо сейчас. До сих пор их занятия любовью, как правило, тщательно планировались, чтобы максимально повысить вероятность зачатия, так что моменты вроде нынешнего, когда страсть вспыхивала неожиданно, выпадали достаточно редко. И все-таки рисковать нельзя: она не хочет все испортить.

Мягко отстранившись, Дженет вновь упала на подушки.

— Ладно, иди, — улыбнулась она. — Или мы не попадем на свадьбу.

— Пожалуй, я пробегу три мили, — вставая с постели, сказал Стив. — Надо сбросить лишнее. — И он кивком указал на свою слишком очевидную эрекцию.

Дженет захохотала, хотя в глубине души была, конечно, рада тому, что Стив все еще хочет ее. Трудно винить мужчину за то, что его чувства чуточку притупились, когда сексуальная жизнь расписана по календарю и протекает среди градусников и подушек. Не говоря уже о просторных боксерских трусах и прохладных ваннах, которые она заставляет его принимать.

— Смотри, чтобы туда птичка не села, — пошутила Дженет. — Иди. Убирайся! — добавила она, кивнув на дверь.