Голоса лета - Розамунда Пилчер

Габриэла широко улыбнулась.

— Пожалуй, — согласилась она.

Она все еще была в спальне, все еще машинально укладывала вещи, пребывая в некоем состоянии ступора, когда за ней пришел Алек. Услышав, как открылась дверь, она выпрямилась, стоя у чемодана: в одной руке — щетка для волос, в другой — флакон «Элизабет Арден», который она долго искала. С минуту они смотрели друг на друга через комнату. Молча. Не потому, что им нечего было сказать, — просто в словах не было необходимости. Он захлопнул дверь со стуком. Лицо его было серьезно, мрачно, уголки губ опущены, но глаза искрились весельем, выдавая его подлинный настрой. И Лора знала, что он смеется не над Иваном и Габриэлой, а над собой и своей женой.

Алек первым нарушил молчание.

— Мы с тобой, — сказал он Лоре, — прямо идеальный образчик многострадальных родителей, которые пытаются примириться с безумствами и непоследовательностью молодого поколения.

Она рассмеялась.

— Дорогой, как ни старайся, папаша викторианской эпохи из тебя не получится.

— Я хотел, чтобы ты поверила, будто я в ярости.

— Тебе это не удалось. Ты не против?

— Не против? Это еще мягко сказано. Меня будто всего избили, причем большинство ударов были нанесены ниже пояса. Ивэн и Габриэла. — Он вскинул брови. — Что ты на это скажешь?

— Думаю, — Лора сунула в чемодан духи и щетку, опустила крышку, — думаю, они нужны друг другу. — Она закрыла замки. — Думаю, они влюблены, но, помимо всего прочего, еще и нравятся друг другу.

— Они не знают друг друга.

— Не волнуйся, знают. Они подружились с первой минуты и последние два дня постоянно были вместе. Он — очень добрый парень, а Габриэла только с виду крутая, она нуждается в доброте. Особенно теперь, когда носит под сердцем ребенка.

— Это меня тоже немало удивило. Ему не важно, что она беременна от другого мужчины. Говорит, это лишний раз убеждает его в том, что он хочет жить с ней до конца своих дней.

— Алек, он ее любит.

Он улыбнулся, качая головой.

— Лора, дорогая, ты такая романтическая натура.

— Думаю, Габриэла тоже романтик, хоть и не хочет это признавать.

Алек задумался.

— Одно хорошо, — произнес он. — Если она остается здесь, мне не придется искать более просторный дом.

— И не рассчитывай.

— Ты о чем?

— Когда Габриэле придет время рожать, я приеду в Тременхир. Возможно, к тому времени я тоже буду беременна. Как знать?

Он снова улыбнулся, его глаза наполнились любовью.

— И то верно, — согласился он. — Пути Господни неисповедимы. — Он поцеловал жену. — Ну что, готова? Нас заждались внизу. Отец всегда говорил: собрался уходить, уходи. Не будем заставлять народ нас ждать.

Лора заперла последний из чемоданов, Алек подхватил их и направился к выходу. Она на мгновение задержалась, напоследок еще раз окинув взглядом комнату. Корзины Люси не было, Джеральд ее сжег. Люси покоилась в саду Тременхира. Джеральд предложил поставить на ее могиле небольшое надгробие, но Лора решила, это будет слишком помпезно, и Ева пообещала посадить на месте захоронения Люси розовый куст. Какой-нибудь старинный сорт. Например, Perpétué et Félicité. Милые бледно-розовые цветочки. Для Люси в самый раз.

Perpétué et Félicité. Она представила Люси, как та радостно несется к ней по газону: глаза блестят, уши струятся, хвост виляет. Хорошо, что она запомнила Люси такой. A Félicité означает счастье. Глаза Лоры заволокло слезами — она и теперь еще не могла думать о Люси без слез, — но она их смахнула, повернулась и вслед за мужем покинула их спальню.

Они пошли прочь от теперь уже опустевшей, погруженной в безмолвие комнаты, где лишь занавески чуть колыхались, раздуваемые летним утренним ветерком.

Об авторе

Первый рассказ известной английской писательницы Розамунды Пилчер был опубликован в журнале «Woman and Ноте», когда ей было восемнадцать лет. Во время Второй мировой войны она работала в Министерстве иностранных дел, а потом — в составе женской вспомогательной службы британских Военно-морских сил в Портсмуте и на Вест-Индском флоте. В 1946 году вышла замуж за Грэхэма Пилчера, у них четверо детей и много внуков. Сейчас писательница живет в Шотландии.

Розамунда Пилчер — автор замечательных романов, множества рассказов и пьес. В одном из интервью на вопрос, что она считает для себя самым важным в творчестве, Пилчер так сформулировала свое кредо: «Я никогда не стану писать о тех местах или людях, которых плохо знаю. Все, о чем я рассказываю, мне близко и дорого». И действительно, она пишет о жителях Корнуолла, где родилась, о Шотландии, где живет уже много лет.

Романы Розамунды Пилчер переведены на многие языки. А ее бестселлеры «Семейная реликвия», «Сентябрь», «Возвращение домой» завоевали признание во всем мире. Огромный успех выпал также на долю романа «В канун Рождества».

Примечания

1

Хампстед (Hampstead) — фешенебельный район на севере Лондона, частично сохраняет характер живописной деревни. (Здесь и далее прим. перев.)

2

Излингтон (Islington) — модный район на северо-востоке центральной части Лондона, знаменит антикварными магазинами, винными барами и ресторанами.

3

«Аскот» (Ascot) — ипподром близ Виндзора, где в июне проходят ежегодные четырехдневные скачки, являющиеся важным событием в жизни английской аристократии.

4

Риджент-стрит (Regent Street) — одна из главных торговых улиц в центре Лондона.

5

«Палладиум» (Palladium) — лондонский эстрадный театр.

6

Дорсет — историческое и церемониальное графство на юго-западе Англии, на побережье Ла-Манша. Столица — Дорчестер.

7

Фулем (Fulham) — исторический район Лондона, известен крупнейшей тепловой электростанцией.

8

Нью-Форест — живописный лесистый район на юге Англии.

9

«Асприз» (Asprey’s) — фешенебельный магазин галантерейных изделий и подарков в лондонском Уэст-Энде.

10

Дартмур (Dartmoor) — суровый край холмов и болот в графстве Девоншир.

11

Имеется в виду пик Виктории — центральный район Гонконга, находящийся на возвышении.

12