ВДВ. Как выжить и победить в Афгане - Виктор Савченко

Во время разговора лейтенанта со своим заместителем со стороны зеленой зоны поднялась пыль, которая становилась все выше и выше и с большой скоростью приближалась к разведчикам. Группа прижалась к земле. Ивонин навел бинокль на приближающуюся пыль и рассмотрел мотоциклиста. Спустя минуту он промчался на большой скорости в каких-то двухстах метрах от разведчиков, и не один, а с пассажиром на заднем сиденье. Не снижая скорости, мотоциклист продолжал ехать в направлении предгорья и вскоре исчез за одной из сопок. Пыль еще какое-то время густой пеленой висела в воздухе, а потом порыв легкого ветра развеял ее.

– Мужики, нужный кишлак там, – сказал взводный и указал направление рукой. – Зотов, остаешься за меня. Не забывай про тыл и меня не теряй из виду, – усмехаясь, добавил командир и, как можно больше прижимаясь к земле, медленно двинулся вперед.

Пройдя таким способом метров сорок, он подошел к пересохшему, совсем мелкому ручью. Огляделся и пошел по дну ручья. Тот сначала вел в нужную сторону, но вот русло повернуло совсем в другом направлении. Далее Андрей на получетвереньках шел почти по открытой местности. К его большой радости, встретилась лощина. Она была не такой уж большой глубины, но все же укрытие. Как говорят, на безрыбье и рак рыба. Одну группу можно расположить здесь, а вот для другой надо еще место поискать. Метров через тридцать попалась еще одна промоина. «Еще раз повезло! Да здесь не такая уж и ровная местность!» – решил командир. Он лег в лощину, осмотрелся: обзор был хороший. Метров через десять он увидел то, что хотел увидеть: следы от мотоцикла и грузовика. Оглянулся в сторону оврага – до него метров двести, не более. «Вот оно, направление движения банды», – обрадовался лейтенант. «Время как бы еще есть, но банда прибывает не поездом по рас-писанию, а когда ее главарю вздумается. Может, сегодня у нее выходной и она отдыхает, но мы все равно будем в готовности к встрече», – прикинул в уме взводный и таким же манером вернулся к разведчикам. Вскоре запыхавшийся лейтенант был в окружении своих подчиненных, которые ждали от него важного сообщения.

– Парни, все сошлось. И дорога есть вместо направления. Группу рассредоточим в двух местах. Лучшего места нет. Чуйко, как твой пулемет?

– Работает, как швейцарские часы, – уверенно ответил пулеметчик.

– Давайте, парни, будем потихоньку и осторожно выдвигаться к дороге.

Солнце было уже в зените и смолило вовсю. Вдали стали появляться миражи, похожие на берег озера, которое наполнено водой. Минут через тридцать разведчики разделились на две группы. Одна, во главе с заместителем командира взвода, – в ранее облюбованной лощине, а другая с Ивониным – метрах в сорока, в промоине. Бойцы замаскировали свои позиции прошлогодней травой. Андрей приподнялся на локтях и посмотрел в сторону группы Зотова. Почти порядок: если не знаешь, что там люди, то и не заметишь их. Переговаривались вполголоса, да и то по необходимости.

– Как связь? – спросил лейтенант у радиста.

– Связь хорошая, резервная группа с самого утра находится на аэродроме во главе с ротным.

Вдруг над головами разведчиков с громким криком пролетела небольшая стайка горных куропаток, кекликов. Парни насторожились и тихонько и осторожно осмотрелись. Вроде бы все кругом тихо. В ожидании прошло еще некоторое время, и тут наблюдатель доложил: «Со стороны предгорья вижу пыль», – и через секунду добавил: «На горизонте мотоциклист».

– Всем не дышать, пропускаем, – дал команду старший.

Мотоциклист, не доезжая метров сто до места засады, почему-то остановился. Пыль накатилась, и мотоциклиста стало не видно. Неужели заметил? Но когда пыль рассеялась, то всем все стало ясно: мотоциклист на корточках сидел около машины и, по-видимому, чинил ее, а потом вновь стал заводить. У него получилось: мотоцикл рванул с места, стал набирать скорость, и вот он уже стремительно приближается к месту засады.

– Не стрелять! А где пассажир?

Мотоцикл с ходу преодолел небольшую промоину, подпрыгнул на ней, как на трамплине, и помчался дальше. «Слава богу, все обошлось. Но все же, а где пассажир? Возможно, остался в банде и будет проводником?» – раздумывал Ивонин. Мысли так и крутились в голове. «А почему банду не разбомбили в кишлаке?» Впрочем, на этот вопрос он ответил себе сам: «Потому что там кроме душманов живут и запуганные мирные люди. Провести войсковую операцию? Душманы уйдут в горы и некоторое время переждут, а затем вернутся, и все начнется заново. Засада – наиболее верный способ уничтожить банду. Но только если все пройдет как по маслу… Тьфу, что за напасть: какие-то генеральские мысли стали в голове последнее время появляться! Это они нам там планируют, а мы на месте все равно по-своему делаем. Здесь нам виднее, а не им!» Он посмотрел на часы, на небо, прикинул, что вскоре солнце подойдет к высоким горам, и перевел взгляд на бойцов. Все как один были в ожидании.

– Как у тебя дела? – вполголоса спросил лейтенант у заместителя.

– Ждем команду, у нас все готово.

– Жди!

Командир еще раз окинул взглядом местность и свои позиции и опять ударился в рассуждения. «Мы здесь одни, а вдруг банда появится вечером, и бой пойдет не по нашим правилам? Ночью вертолеты не летают, а боевые машины вовремя подойти не успеют. На незнакомой местности в темное время даже очень легко сбиться с пути. Ну что же, будем держаться до утра», – подбодрил себя взводный. Его мысли прервал голос Корявина:

– Товарищ лейтенант, вон там в предгорье появилась пыль.

Ивонин навел бинокль в сторону предгорья и сам себе сказал: «Это та самая «бурбахайка», которая проходила в ориентировке». До нее было не меньше двух километров. Скорость у машины не такая, как у мотоцикла, но все же пыль сзади машины большая.

– Всем приготовиться к бою! – тихонько подал он команду и тут же связисту: – Передай: «Наблюдаю выдвижение противника».

Сам же он через сухую траву продолжал наблюдать за приближением машины. «Осталось сто метров, не спеши, подпустим ближе», – подсказывал себе лейтенант. В кузове он насчитал более десятка вооруженных людей. Вот уже стал слышен звук работающего двигателя. Еще чуть-чуть… Скосил глаза на парней: все сосредоточены и через прицел наблюдают за приближающимся автомобилем. Взгляд задержался на Чуйко, тот собран и палец держит на спуске. У лейтенанта, крепко держащего цевье автомата, немного запотела ладонь. Машина подъезжает к нужной точке… Вот теперь пора!

Ивонин скомандовал: «Огонь!» и первым начал стрелять по кабине. Под ухом непрерывно строчил пулемет. Почти одновременно открыла огонь по машине и вторая группа. Получилось так, что трассы с двух позиций одновременно устремились в одну точку, к автомобилю. Машина проехала несколько метров, вывернула передние колеса вправо и остановилась, подставляя задний борт под кинжальный огонь разведчиков. Душманы, которые пытались через задний борт соскочить на землю, погибали от плотного огня еще в воздухе. Вдруг пулемет замолчал. Андрей быстро взглянул на Чуйко: нет, все в порядке, просто лента закончилась.

– Радист, передай: пусть вертолеты высылают. Остальные за мной, к машине.

Разведчики сделали десяток шагов по направлению к машине, когда из нее повалил густой светлый дым. Через секунду машина была объята ярким пламенем.

– Всем стой, а то еще взорвется! Вести круговое наблюдение! – приказал командир.

Машина горела не более десяти минут, но от нее остался один обуглившийся каркас. Подошли ближе – потянуло смрадом обгоревших тел. Кругом машины тоже лежали трупы, многие из них обгоревшие. Оружие было советского и арабского производства, некоторые деревянные части были попорчены огнем. Смрад около машины был настолько сильным, что пришлось отойти на приличное расстояние. Некоторые стали посматривать в сторону Кабула, не появятся ли вертолеты, а другие уже начали обсуждать прошедший бой. Вдруг Корявин громко произнес, почти закричал:

– Вижу еще пыль!

«Вот зрячий!» – подумал про себя взводный и еще раз за этот день подал команду «К бою!» Показался легковой автомобиль с открытым кузовом. В бинокль хорошо просматривались вооруженные люди. Считая, что в кабине двое, всего их было пятеро. Машина быстро приближалась, оставляя за собой высокий бурун пыли.

– Пулемет готов?

– Так точно, всегда готов, – ответил пулеметчик.

Не доезжая до обгоревшего остова, машина резко затормозила и остановилась. Находившиеся в ней люди чего-то ждали. Возможно, не появятся ли «шурави»? Тех вроде бы не было, и вот из кузова выскочили трое с оружием и бегом направились к машине. «Пора», – подумал взводный, но в это время из кабины вышел мальчонка лет десяти, не больше. «Что делать? Если открыть огонь, то обязательно зацепим пацана!» Пауза затянулась на несколько секунд. И вдруг он что есть силы закричал: «В пацана не стрелять!» От его крика бойцы опешили, а душманы что есть силы рванули к машине. «Тойота», засвистев покрышками, с места рванула в сторону гор, позабыв мальчонку. Разведчики открыли огонь вслед удаляющейся машине. Сквозь поднявшуюся пыль было заметно, как два человека упали из кузова, но машина, не останавливаясь, продолжала на бешеной скорости двигаться в сторону предгорья и скоро скрылась за той же сопкой, из-за которой выехала несколько минут назад. Маленький афганец, напуганный стрельбой, упал на землю и громко заплакал. Бойцы подошли к перепуганному мальчишке и кто как мог пытались его успокоить. Кто-то из бойцов поднял мальчика с земли и поставил его на ноги. Другие совали ему в руки сахар, галеты, а кто-то расщедрился и отдал банку сгущенного молока. Тот перестал плакать, но полными ужаса глазами рассматривал чужих солдат. Зотов сказал ему: