ВДВ. Как выжить и победить в Афгане - Виктор Савченко

– Товарищ лейтенант! Слева от вас бугорок, давайте за него! – услышал он голос своего заместителя, сержанта Зотова.

«Ну вот, дослужился. Учил, учил парней, а сам чуть не вляпался. Растянулся на земле, как лягушка, там, где застал выстрел», – продолжал корить себя командир. Рывком он подбросил свое тело вверх, в мгновение ока сменил позицию, и тут же совсем рядом пуля чиркнула о землю, подняв фонтанчик пыли. Глядя на действия командира, разведчики быстрыми, короткими перебежками достигли сухого берега когда-то бурного горного ручья, который казался канавой. Рядом с собой Андрей увидел Корявина: внешне он был спокоен, но зорко всматривался в вершину ближайшей горы.

Командир подозвал к себе зама и радиста. И именно в этот момент ему пришло в голову, что если внимательно наблюдать за действиями подразделения на поле боя со стороны неприятеля, да еще через оптические средства наблюдения, то можно без особого труда вычислить радиста, а рядом с ним и командира. Высоко торчащая антенна и правильной формы рюкзак или коробка являются демаскирующими признаками радиста. Лейтенант тут же приказал радисту сложить антенну и убрать один ее конец под лямки рюкзака. Позднее радисты стали маскироваться под общую массу солдат. Они ломали антенну и пропускали ее под лямки ремней крепления и даже под поясной ремень, но от этого уменьшалась дальность связи. Чего греха таить, наши радиостанции были слабоватыми и громоздкими: это особенно чувствовалось при действиях в горах. Душманы быстро поняли это и старались в первую очередь обнаружить радиста и вывести из строя его, а затем и командира. Иногда им сразу удавалось выбить эти две цели из общего боевого порядка подразделения, и тогда на некоторое время подразделение охватывала паника, которая сохранялась до того времени, пока в коллективе не проявлялась личность с твердым характером. Андрей вспомнил, как во время проведения одной из операций разведчики его взвода захватили в бою японскую радиостанцию. Тот бой был скоротечным, но очень жарким. В том бою разведчики уничтожили пятерых душманов и среди трофеев обнаружили японскую радиостанцию. Трофейная радиостанция по сравнению с нашей выглядела игрушкой. Ее приятно было держать в руках. Она помещалась в нагрудном кармане обмундирования. Единственный недостаток трофейной станции (и очень важный) – меньшая, чем у нашей радиостанции, дальность связи. Тем не менее в бою той дальности вполне хватало для управления группой. После возвращения разведчиков из операции радиостанцию изъял начальник штаба полка со словами: «Ивонин! Еще добудешь в бою, и не одну, а этой я пока управлять буду на территории».

Стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась. Наступило некоторое затишье, но напряжение оставалось высоким. Разведчики стали внимательно осматривать ближайшие высоты. Горы были похожи друг на друга как близнецы, но одна выделялась. Эта гора была совсем не похожа на другие: вся в каких-то огромных валунах, которые были как грибы, выросшие после дождя. Вот разведчики и стали внимательно, снизу вверх, метр за метром изучать эту горушку.

– Товарищ лейтенант, вижу «духа» за валуном на левом склоне горы, – прошептал Корявин.

Андрей подвел резкость бинокля и навел окуляры бинокля на нужную каменную глыбу. «Да, обнаглел «дух», потерял всякую осторожность!» – подумал командир. Душман прямо по пояс высунулся из-за камня и вертел головой в разные стороны. По всей видимости, он потерял «шурави» и сейчас нервно всматривался в даль, осматривая местность. Наверное, здорово увлекся поиском, вот и потерял бдительность!

– Зотов, возьми двух разведчиков и незаметно для духа обойдите высоту справа. Только будь предельно осторожен. Возможно, он не один, где-то рядом сообщник: может, и на соседней высотке, – предупредил взводный. И тут же снайперу: – Артемов, «духа» держи в прицеле, но пока без команды не стреляй. Нам лишний шум не нужен.

Позже правильность его рассуждений, грамотность как командира были подтверждены. Действительно, разведчикам лишний шум не нужен. Задача у них ответственная: сам командир полка и начальник разведки дивизии разъясняли группе задачу, инструктировали и отправляли на ее выполнение. И взвод Ивонина для выполнения этого задания выбрали не зря. По подготовке этот разведвзвод мало чем отличался от других, но сам командир был другой. Как офицер он был подготовлен лучше других, да и боевого опыта у него было больше. До поступления в училище Ивонин около двух лет прослужил в Афганистане сержантом, в дивизионной разведывательной роте. Уже тогда он познал запах пороха, принимая участие в боевых действиях, в уничтожении банд. Вдобавок ко всему Андрей умел искать пути к победе в нестандартно развивающейся ситуации. Вот поэтому жребий и выпал на взвод Ивонина, и его отправили на самое важное направление.

Лично командир дивизии и разведотдел Армии держали на контроле выполнение этого задания. По указанию комдива на аэродроме дежурила группа дивизионной разведки, чтобы при малейшей опасности оказать поддержку группе, которая выполняет задание на большом удалении, в отрыве от главных сил. Для поддержки боевых действий разведчиков по вызову выделялась пара боевых вертолетов и другая пара – для эвакуации группы после выполнения боевой задачи.

Объект, которым разведчики должны были овладеть, находился на удалении 20 километров от аэродрома Кабул. С военной точки зрения, называть этот мост «объектом» было бы громко. На первый взгляд мост как мост, – только в отличие от других деревянный, и только пешеходный. Но если посмотреть на этот мост с точки зрения крестьян этой округи, так важнее объекта в районе для них не было. Он имел большое значение в жизни кишлаков. Один кишлак находился от левого берега речки на расстоянии около 5 километров: вокруг одни сопки и никаких автомобильных дорог, кроме троп, ведущих к единственному мосту. Два других кишлака были в 5–6 километрах от правого берега речки. Правый берег был обрывистый и обрыв тянулся от моста в разные стороны на десятки километров. Преодолеть речку с левого берега на правый вброд было практически невозможно. Речка была неширокой, но бурной, особенно весной и осенью. Ближе к югу от нее отходил один небольшой рукав, более похожий на ручей, и впадал в водохранилище Суруби, которое находилось примерно в 20 километрах от Кабула. В Афганистане общение людей было нормой жизни, тем более по выходным дням. То в одном, то в другом кишлаке проходили базары. Вот мост и служил соединительным звеном для этих трех кишлаков. Скудный государственный бюджет, как правило, уплывал в карманы государственных чиновников, а доходящий до глубинки мизер прилипал к рукам местных руководителей. Поэтому в Афганистане не существовало мостов и широкой сети автомобильных дорог. Вот наиболее идейные старейшины этих трех кишлаков собрались и договорились построить в складчину хотя бы примитивный деревянный пешеходный мост, так нужный жителям кишлаков для общения и торговли. Однако этот мост со временем присмотрели и главари банд, которые бродяжничали в соседних районах. Ведь недаром в народе говорят: «Если знают двое, то скоро узнает и третий». Молва дошла и до главарей банд, которые располагались в Кунаре, Нангархаре и даже в районе Пешевара на пакистанской территории. Там находились учебные центры, в которых готовились мятежники, позднее переправляемые в Афганистан для участия в боевых действиях против правительственных и советских войск. По агентурным данным, через этот мост потянулись небольшие караваны с оружием и боеприпасами в провинции Бамиан, Баглан, да и в ряд других центральных провинций страны. Ишаки по одному свободно проходили по деревянному мосту. Вот так и стала важна «военная составляющая» этого моста.

После обстоятельного изучения и сделанных выводов было принято решение устроить засаду около моста, а при необходимости, несмотря на его важность для местных жителей, мост уничтожить. Мост являлся как бы центром треугольника, где по углам расположились три кишлака. Получился своеобразный сухопутный «Бермудский треугольник». Вот в этот треугольник группа Ивонина и должна была внести свою «аномалию».

Андрей продолжал рассуждать: «Судя по небольшой плотности огня, стрелков было 2–3, не более. Так где же они? Может, вызвать вертолеты и обработать высоту огнем? Нет, такое решение не верно. «Вертушки» такой тарарам устроят, что весь район всполошится, и под срыв пойдет вся операция». Его размышления прервала короткая очередь, в ответ раздались две. Снайпер тоже нажал на спусковой крючок и выстрелил, не дожидаясь команды взводного. «Дух» обмяк и завалился на камень. Его правая рука с автоматом медленно стала сползать с камня и когда выпрямилась, тело дернулось и замерло навсегда.

– Группа, за мной, марш!

Разведчики бегом стали обходить гору, через несколько минут увидели своих и подошли к ним. На склоне горы среди камней лежал мертвый душман, здорово похожий на араба. При нем, как ни странно, находилась винтовка М-16 американского производства и документы, подтверждающие принадлежность убитого.