Принц, что так жесток - Ингрид Сеймур

колебаний вонзил его себе в грудь и повел вниз, оставляя на груди огромную рваную рану.

Я задохнулась от ужаса и выронила факел.

– Нет.

Остальные шагнули вперед, чтобы поймать своего принца, но, прежде чем успели добежать до него, какая-то сила подхватила его и подняла в воздух.

Кархэнах поманила кого-то когтистым пальцем, и из раны Калилла начала вытекать темная энергия. Кровь и тьма сочились из принца Благого двор, пока его руки и ноги безвольно болтались в воздухе.

Теперь мне все стало ясно. Я была здесь, чтобы исцелить Калилла Аданорина от этой раны. Когда его лицо исказилось в агонии, по моей щеке скатилась слеза.

Я покачала головой, пытаясь отказаться от ответственности, внезапно свалившейся мне на плечи. Это было слишком. Что, если я не смогу его спасти? Он и так потерял много сил. Если он умрет, я никогда от этого не оправлюсь. Неудача будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь.

Как только длинный сгусток тьмы полностью вышел из Калилла, он рухнул на пол пещеры. Крин и Сильвер тут же оказались рядом, чтобы подхватить его. Трусливая демоница отступила туда, откуда пришла.

– Блистай, целительница, – сказал Крин. – Настал твой звездный час.

Я бросилась к Калиллу, мои руки уже сияли целительной магией, а глаза оценивали нанесенный ущерб. Он все еще дышал, сердце его билось, хоть и очень слабо. Кинжал задел сердечную мышцу, и любой другой на его месте уже был бы мертв, но только не мой сильный принц.

У меня не было времени удивляться тому, как быстро я смогла определить повреждения внутренних органов. Вместо этого я сразу начала исцелять сердечную мышцу, сращивая поврежденный слой миокарда. Работая, я чувствовала, что вокруг его сердца все еще клубится тьма. Она сильно отличалась от сущности принца, и я знала, что ей там не место. Но я также знала и то, как от нее избавиться. Прочитала это в том древнем фолианте, в котором рассказывалось об исцелении демонов.

– Ты можешь его спасти? – спросил Крин.

– Да. Да, могу, – с уверенностью ответила я. Мне доводилось исцелять раны и похуже; кроме того, хотела я того или нет, ради Калилла готова была отдать все. Это была пугающая мысль, но очень правдивая.

Крин, стоявший позади принца, едва не упал от облегчения, в то время как реакция Сильвера оказалась прямо противоположной. Я уловила тот момент, когда он принял ужасное решение. Если бы я не усомнилась в своем предчувствии, то предупредила бы остальных, но… Сильвер же был его хорошим другом, не так ли?

Когда я закричала, было уже слишком поздно.

– Нет!

Залечивая раны Калилла, я почувствовала, как Сильвер вонзил кинжал ему в спину, и смертоносное острое оружие вошло прямо в сердце принца.

Время словно остановилось.

И хотя нас с Калиллом связывала лишь моя целебная магия, Сильвер как будто ранил и меня тоже. От неожиданности я ахнула, сделала судорожный вдох и, не успев даже оправиться, начала залечивать старые и новые повреждения одновременно.

Все происходило как в тумане. Я смутно видела, как остальные оттаскивают Сильвера, слышала, как они кричат от ярости, не в силах поверить в случившееся. Крин вытащил кинжал и медленно опустил Калилла на землю, а я упала на колени рядом с ним, направляя всю свою целительную энергию в отчаянной попытке залечить ужасные повреждения артерий и сердечной мышцы.

Я пыталась все восстановить, но уверенность, которая была у меня всего несколько мгновений назад, исчезла. Я не смогу его спасти. Он уже ускользал от меня, а его сердце останавливалось.

– Почему? Почему?! – кричала Арабис.

– Нет, нет, нет. – Я зашила еще один разрыв и перекрыла одну из легочных артерий. Делала все возможное, хотя в глубине души понимала, что это напрасно.

– Калилл, брат. – Крин в панике вцепился в плечо принца. – Держись, держись, держись.

Я покачала головой.

Крин это заметил.

– Спаси его! Ты должна его спасти.

– Не могу.

– Ты должна!

– Один… есть один вариант, но…

– Плевать как, просто сделай это, – приказал Крин. – Мы не можем позволить ему умереть. От него зависит все.

Я уже начала выводить толики черной энергии, которая оставались в теле принца. Ее нужно было убрать, изгнать всю без остатка, чтобы Калилл снова стал самим собой. Но сейчас, когда его жизнь угасала, а от доброты не оставалось и следа, я вернула все зло обратно и направила его прямо в сердце.

Демоническая энергия была упругой и извращенной. Она не поддавалась никаким представлениям о добре, правильном или неправильном. Это была энергия Полуночных магов и табу, энергия болезней и некромантов, единственное, что могло бросить вызов самой смерти.

Моя целительная сила переплелась с ней, придавая форму и направляя ее в нужные места. Через мгновение сердце Калилла снова было целым и невредимым, а все благодаря свету и тьме. Огромная рана у него на груди затянулась с влажным чавкающим звуком, как и остальные повреждения.

Крин отпрянул назад, и его глаза расширились от изумления. С облегчением выдохнув, он начал пристально всматриваться в лицо друга в ожидании признаков жизни, но тот не двигался.

– Что случилось? – спросил он.

Я не стала отвечать. Вместо этого прижала руки к груди и начала делать массаж сердца. Калилл был крупным и сильным мужчиной, и мне пришлось хорошенько постараться, приложить все силы, чтобы запустить его только что исцеленное сердце.

Крин смотрел на меня так, словно я сошла с ума. Он уже собирался что-то сказать, как вдруг Калилл громко вздохнул. Его глаза распахнулись, на мгновение они потемнели, но потом быстро прояснились. Калилл сел, судорожно хватая ртом воздух и прижимая руку к груди, пытаясь нащупать рану.

Я рухнула на пол. Голова у меня закружилась, и все вокруг поплыло. Я успела только ощутить прилив радости от того, что снова увидела прекрасные глаза Калилла, а потом потеряла сознание.

Глава 35

Я очнулась в небольшой палатке, заботливо закутанная в меха. Я моргнула, пытаясь избавиться от сонливости, которая обволакивала меня подобно мокрому одеялу. Мне потребовалось какое-то время, чтобы полностью прийти в себя, а потом меня накрыло волной воспоминаний.

Я резко села, тяжело дыша и оглядываясь по сторонам. Я начала выползать из палатки, но далеко продвинуться не успела. Полог открылся, и внутрь вошел Калилл. Я замерла. Мгновение мы молча смотрели друг на друга.

Калилл заговорил первым:

– Как ты себя чувствуешь?

Я