Отвоёванный шанс (СИ) - Пристрем Иван

Дойдя до конца площади, беглецы остановились отдохнуть и перевести дух. С неба сыпалась холодная мелкая изморось, а лес накрыли вечерние сумерки, но путешественники не обращали на это внимания: после встречи с неведомой ужасной мерзостью, поселившейся в древних руинах, всё это казалось просто мелочами жизни.

— Что это с нами было, интересно? — проговорила Ора, переводя дух. — Как будто что-то захотело нас свести с ума и убить.

— У меня было совершенно чёткое ощущение, что мне в мозги кто-то влез, — произнёс Хорлак. — Я был в каком-то полубессознательном состоянии, даже думать не получалось, а оно меня вело…

— И у меня там тоже помутнение началось, — заметил Тауран. — Я это понял, когда обнаружил у себя непреодолимое желание убить Тилона. Тогда я ударил себя в нос и начал молиться. Мне стало легче, но тут откуда-то появился Хорлак, который был не в себе, и вот это вот всё произошло…

— Тромонт, так что ты там увидел? — переспросила Лайта, встревожено глядя на него: тот стоял, тяжело дыша и глядя стеклянным глазами куда-то в сторону.

— Я видел… его.

— Кого?!

— Не… не знаю.

— Как оно выглядело?

— Не… не могу сказать. Это было что-то невозможно ужасное и отвратительное… Я не могу описать. Оно сидело там, в недрах разбитой цитадели… А потом я разглядел его щупальца… или клешни… И оно тянуло их к нам, — при этих словах его сильно передёрнуло.

— Спаситель, защити нас…

— Что же это за дрянь? — задал Маор вопрос в пустоту. Никто не ответил. Наступила тишина, нарушаемая шумом дождя.

— До сих пор не понимаю, как я мог…

— Тилон, я на тебя зла не держу, мы все понимаем, что это был не ты, — попытался успокоить Хорлак своего приятеля.

— Всё равно… Как я мог это проспать? Мы же до этого были полностью в здравом уме, а тут… Я этого даже не осознавал… Понял только после того, как Тауран под челюсть врезал. От удара я прикусил язык, боль как будто вырвала меня из этого безумия, но сразу после этого стало настолько мерзко, как ещё никогда в жизни не было. У меня желудок чуть не вывернулся.

Тромонт поднялся и прошёлся среди своих бойцов, стараясь не смотреть на тёмные руины: боялся, что потеряет рассудок, если снова увидит это.

Было совершенно непонятно, что делать дальше. Им нужно было укрытие на ночь, чтобы выспаться и прийти в себя, но единственными подходящими развалинами поблизости была эта жуткая гигантская цитадель, захваченная бестелесным порождением Тьмы.

Подумав, он отдал приказ двигаться к дороге, после чего идти по ней так далеко, как получится. Это было единственное, что сейчас можно было сделать.

Казалось, они продирались по кустам и бурелому целую вечность. Дождь усилился, и каждый раз, когда кто-то задевал мокрую ветку, сверху обрушивался противный холодный душ, от которого даже накидки не спасали в полной мере. Ситуация усугублялось ещё и тем, что они вынуждены были тащить по этим кустам раненого Хорлака и Асю, которая во время побега из проклятых руин снова что-то себе повредила.

Наконец, измотанные и уставшие путешественники выбрались на главную дорогу. Это достижение обрадовало их, но ненадолго. Подходящего укрытия рядом не было. Всё, что им оставалось — это ползти вперёд, не обращая внимания на дождь, усталость и раны. А между тем, стемнело уже настолько, что вокруг уже ничего не было видно. Шансы найти подходящее место для ночёвки становились всё более призрачными…

Тромонт двигался первым, по бокам от него брели Лайта и Мора, а остальные шли сзади. Лучи тритиевых фонарей, которыми они освещали дорогу перед собой, скользили по мокрой грязной дороге, вырывая своим зеленоватым светом из тьмы грязь, лужи, ветки, сучья и срывающиеся сверху капли дождя. Время от времени кто-нибудь светил по сторонам в надежде увидеть следы каких-нибудь построек или хоть какого-то укрытия, но вокруг не было видно ничего, кроме бурелома, мокрых кустов и стволов деревьев, тускло высвечивающихся в полной темноте.

Казалось, что этот однообразный пейзаж под ногами никогда не прекратится, но внезапно чей-то луч своим краем зацепил впереди что-то странное. Тромонт заметил это, направил свет выше — и в свете фонаря прямо перед путешественниками материализовались два шхрсумчха в броне и с копьями.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Они стояли неподвижно, не делали резких движений и явно были настроены достаточно мирно. Но это вышло настолько неожиданно, что кто-то из идущих сзади девушек взвизгнул от испуга, а остальные резко остановились и инстинктивно схватились за своё оружие.

То, что это не призраки и не галлюцинации, сомневаться не приходилось. Они были абсолютно реальны: капли дождя струились по их доспехам, а членистые лапы, обутые в странную обувь необычного вида, глубоко впечатывались в раскисшие прелые листья, оставляя чёткие следы.

Увидев реакцию пришельцев, воины плавно отступили назад, положили копья на землю и подняли верхние лапы перед собой, демонстрируя, что у них в руках ничего нет. Всем своим видом они показывали, что категорически не хотят нападать или драться.

Тромонт приказал своим опустить оружие, а сам что-то прожурчал на шхрсумчхском языке. Инсектоиды явно удивились, но не растерялись, и один из них что-то ответил. При этом клацающие и стукающие звуки он производил челюстями, а шипящие и свистящие лились откуда-то из груди: речевой аппарат явно работал у них совсем не так, как у трур-ни.

После достаточно длинного разговора шхрсумчхи подобрали своё оружие и неспешно двинулись куда-то в лес. Тромонт махнул рукой, приглашая остальных следовать за ними. Путешественники нерешительно сошли с дороги и двинулись в чащу.

— О чём ты с ними говорил? — спросил Тауран, догнав командира.

— Оказывается, мать их гнезда каким-то образом узнала о нашем прибытии, и отправила их сюда пару недель назад с приказом найти нас и провести к ней живыми. Они нас уже давно вели, ещё от той большой крепости, где мы сражались с длычухами. И ещё они очень удивились, что мы смогли побывать в доме тьмы и выжить. Ну, так они называют те руины, где мы сегодня пытались остановиться…

— Не слишком ли это опасно — заключать такие внезапные союзы непонятно с кем? — опасливо спросил Маор.

— Мы зашли на их территорию, встреча была неизбежна. В отличие от длык, с ними наверняка можно договориться. И вообще, они явно не проявляют по отношению к нам агрессии.

— Надо у них узнать, что за дрянь там обитает.

— И может ли оно выходить гулять по округе…

— Очень сильно надеюсь, что нет.

Дальше они шли молча: обсуждать что-либо уже не было сил. Тропа, по которой они двигались за инсектоидами, сильно заросла, и пробираться по ней тоже приходилось с немалым трудом. Было удивительно, как шхрсумчхам удаётся находить путь в полной темноте. Очевидно, обоняние было развито у них гораздо лучше, чем у других.

— Я чую запах дыма! — сказал Маор.

— Да…

— Похоже, мы близко!

— Где-то рядом точно есть укрытие…

Действительно, вскоре они увидели перед собой чёрную громаду какого-то крупного сооружения. Из-за темноты оценить его внешний вид и размеры не представлялось возможным. В глубине второго этажа сквозь узкие бойницы мерцали тусклые красноватые отсветы: кто-то развёл там костёр и, по ходу, жарил что-то вкусное.

Они поднялись по ступеням на крыльцо и вошли внутрь через широкие ворота. После этого шхрсумчхи ещё немного переговорили с Тромонтом и ушли дальше, а он сам повёл трурнийцев в один из боковых проходов, который привёл их в небольшую, но уютную комнату.

Сверху через окна к ним проникал запах дыма и ещё чего-то вкусного, но бедолаги так сильно устали и вымотались, что уже не могли думать ни о чём другом, кроме сна. Сложив вещи в одном из углов, они кое-как расположились на приятном сухом полу и почти сразу же заснули.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 50

На следующее утро они спали долго. Этому поспособствовала холодная промозглая погода: дождь всё продолжал идти и останавливаться явно не собирался. Всё произошедшее вчера казалось странным сном, но шхрсумчхи по-прежнему были вполне материальны, и один из них всё так же стоял на стрёме у прохода в сооружение. На пришельцев, которые выходили в лес по нужде, он не обращал никакого внимания, но пару раз дёргался, когда в глубине леса раздавались непонятные шумы.