Потерянные дважды - Павел Поливода

глазах заскакали огоньки страха. С хлюпающим звуком, Антон вырвал из груди сердце. Миронов обмяк. Антон бросил его в сторону. Мёртвое тело не то зверя, не то человека уходило на дно. Лунный свет не скрылся за тучами, а продолжал светить на багровую воду, играясь волнами. Антон вышел на берег и рухнул. Азот выпустил Настю. Опасность от пророка позади. Настя подбежала к Антону, он выглядел очень плохо. – Ты выживешь! Слышишь? Ты будешь жить! Со мной, с мамой, с папой… - тут она вспомнила про хвост и тут же кинулась искать оброненный Артуром кинжал. Азот и Хром сначала не поняли, что она пытается сделать. Когда до них дошёл смысле еë действий, стало слишком поздно. – Нет! - крикнули Азот и Хром. Настя схватила одной рукой хвост, а другой прошлась по хвосту лезвием. В глазах виднелось безумие, жажда вернуть всё в прежнее русло. Она слышала и звук рвущейся шерсти, и порванную плоть, и скрежет кости. Антон взвыл, но Настя уже отделила хвост от тела. Зверь было хотел кинуться на неë, как вдруг начал бегать по кругу за, теперь уже несуществующим, хвостом. Вскоре он рухнул на землю. Тело сжималось и разжималось, сжималось и разжималось. Глаза закрыли веки, а пасть клацала зубами. Антон рычал и выл. Он перекатывался по земле. Настя услышала хруст костей. Она начала было верить, что Антон исцелится. Он замер. В груди послышался хлопок и… дыхание и сердцебиение прекратилось. – Нет, нет, нет. Тогда он тоже умер, тогда он тоже не дышал. - кричала Настя сквозь слезы. - Потом сердце забилось вновь и дыхание вернулось. Сейчас, сейчас… . – Настя. - тихо произнёс Хром. Та его не услышала, или сделала вид, что не слышит. – Настя. - повторил Хром. - Сердце не выдержало нагрузки. – Нет, нет, не правда. Он будет дышать. Будет. Настя ждала пять секунд, десять, полминуты, минуту. Антон не подавал признаков жизни. Она взглянула на свои окровавленные руки и с криком бросила кинжал в сторону. – Что я надела?! - к плачу добавился испуг. Она прикоснулась к мёртвому, но ещё тёплому телу. - Что же я наделала? - повторяла она. – Скорее всего, разрыв сердца. - сказал Хром.– Он был сильно слаб после схватки и не пережил обратной трансформации. - добавил Азот.– Нужно избавиться от тел. – Его нужно похоронить. - твёрдым голосом сказала Настя. – Нет. Мы не можем. Мы поступим также, как и с Мироновым. - Хром сходил к дубу, а обратно вернулся с стеклянной банкой. Внутри копошились пиявки. - Азот, нам нужно оттащить тело Антона в воду. – Что вы хотите с ним сделать? Ей никто не ответил. Когда Антона спустили в воду, Хром открыл банку и выпустил пиявок. Они закружили вокруг свежей плоти, отделяя мясо от костей. Настя наблюдала за всем этим с чувством отвращения и… жалости. Затем маленькое бурлящее пятно направилось прочь от берега, в сторону пророка. Хром подобрал письмо, которое обронил Миронов. Он тут же дал его в руки Азоту. – Вот почему он не трогал нас. - заговорил он, после прочтения. - Он следовал воле матери. – Остался только Громобоев? - спросил Хром, всё ещё восстанавливая дыхание. – Да. Думаю, что уже утром тела могут обнаружить. Когда Миронова опознают, у нас будет не больше суток времени. Все трое направились к мотоциклу. Настя последний раз кинула взгляд на реку, что стала могилой для брата. - Настоящего тебя я потеряла ещё в земляных комнатах. В этом звере лишь твоя частичка, но самая родная частичка для меня в этом мире.27Утром после бала Громобоев не находил себе места. Он до сих пор не видел Артура, хотя тот ни разу не пропускал завтрак.“Не могли же они его убить?”: терзала императора мысль. Громобоеву это очень не нравилось и он оповестил полицию и военных. Артур никогда не покидал дворца, предварительно не предупредив самого императора. После обеда, когда он продолжал думать о пропаже Миронова, ему сообщили о найденном теле в реке. Императору сказали, что личность будет установлена не сразу, так как от тела остался только скелет и рваная одежда. Игорь не находил себе места. Он надеялся, что это не его пророк. Ночью уснуть ему не удалось, поэтому весь следующий день он выглядел уставшим. В обед ему поступил звонок. В нём сообщалось о результате изучения скелета. Как показало изучение, почти неузнаваемое тело принадлежало Артуру. Император приник к спинке стула. Руки дрожали,как и всё тело. “Нет. Этого не может быть! Как?! Как им это удалось?! Одолели пророка. Что теперь остаётся делать? Из всех его знаний о будущем я помню только то, что завтра вечером случится восстание. Исход он не говорил. Но почему? Почему он умолчал об этом? Может, не стоит воспринимать всё так буквально? Он говорил о восстании и моей смерти. Но он не говорил, что это случится в один день. При этом я до сих пор не знаю, где прячутся повстанцы. Миронов знал, но не говорил. Ни-ко-му. Что-то с ним неладно. Но что? Хотя, это уже неважно. Он мёртв, а с мёртвых нечего брать.”Криминалисты выявили примерное место убийства. Как ни странно, но им оказалось заброшенное кладбище. Полиция изучила церковь. Внутри ничего не могло сказать о людях, которые так жестоко расправились над одним из приближённых императора. Пол всё также покрывал слой рыбьих останков. Следы на нём не давали никакой информации, тем более их было слишком много. Следы борьбы и крови вели к реке, где и свершилась расправа. След от мотоцикла обнаружили, но и он заканчивался с выездом из кладбища. На следующий день Громобоев оповестил город о важном собрании на площади дворца. Как обычно площадь оказалась полностью забита людьми. На собрании Игорь рассказал и о смерти Миронова, и о том, что Миронов и пророк это одно и тоже лицо, и о огромной пользе, принесённой этим министром и его даром. Он не постеснялся подробностей, касательно гибели министра, связав смерть с сбежавшим зверем. После собрания Игорь хотел чувствовать на душе небольшое облегчение, но чувство приближения смерти давало о себе знать. Затем он усилил охрану дворца и больше не покидал его территории.Гуляя по дворцу, Громобоев зашёл в личный музей, где одним из экспонатов являлся тот самый метеорит. Он долго смотрел на него, пытаясь увидеть в нём ответы. Сам он его никогда не касался, да и люди,