Аргумент весомей пули - Павел Николаевич Корнев

прошило трухлявый ствол, а следом полыхнуло красным. Я предельно чётко ощутил магические искажения и потому не промешкал ни одного драного мгновенья, вскинулся и выставил барьер за миг до того, как заклинатель антиподов шибанул по нам своими чарами.

Отторжение!

Вложив в силовой полог решительно всю накопленную энергию, я постарался растянуть его, дабы прикрыть затаившегося поблизости с бомбой в руке каторжанина, а дальше на мой барьер налетел шквал багряного сияния. Он растёкся непроницаемой пеленой и пролился на траву тёмной порченой кровью, но с площадью магической завесы я откровенно переборщил, и приказ гашения отдачи не сумел полностью перебороть натиск атакующих чар — меня подкинуло в воздух и крепенько приложило спиной о дерево. Заодно шибанулся затылком, и пусть пробковый шлем смягчил удар, но в голове помутилось, я не удержался и сполз на землю. Тут же очухался и резко вскинулся, лишь поэтому брошенный из темноты метательный топорик не врубился в лицо, а с лязгом отскочил от кирасы. Испуганно чертыхнувшись, я распластался за поваленным деревом и подтянул к себе за ремень оброненный карабин, заодно принялся вбирать небесную силу.

Прилетевший откуда-то из-за спины призрачный череп с жутким воем пронёсся над головой, и в зарослях мигнула ярчайшая вспышка, кто-то из нападавших взвыл, следом хлопнул выстрел. Хомут тут же пальнул второй раз и откатился в сторону, а миг спустя Край запалил фитиль ручной бомбы, приподнялся и зашвырнул её в кусты. Кинутое в ответ копьё шибануло его в грудь и опрокинуло на спину; я вновь сотворил магический барьер, под его прикрытием поднялся и выстрелил ещё даже раньше, чем толком разглядел своего противника.

Заранее нацелил карабин на источник магических искажений, но напортачил, и пуля угодила в дерево рядом с аборигеном в цветастой накидке и набедренной повязке. Выродок даже не вздрогнул и плюнул в меня через длинную трубку зачарованной костяной стрелкой. Та прошила магический барьер и пробила зачарованную кирасу, точнее — распорола её, соскользнув при этом в сторону, и не вонзилась в тело, а лишь оцарапала бок.

Сволочь!

Магический щит рассыпался, отдачей меня будто киянкой по темечку шибануло, и голова пошла кругом, но я упрямо толкнул от себя скобу-рычаг и тотчас рванул руку обратно, перезарядив карабин. Прежде чем успел выстрелить, грянул взрыв, чугунный осколок ручной бомбы угодил аборигену в спину, и того кинуло на землю. В пороховом дыму мелькнуло движение, я выстрелил и спрятался обратно за поваленное дерево. Скорчился там и попытался оценить, сколь серьёзное ранение причинила костяная игла аборигена. Только подумал об этом и сразу осознал, что сама собой кровь не остановится.

Этого только ещё не хватало!

К счастью, порча не успела толком обосноваться во мне, вышвырнул её прочь усилием воли. После затворил рану и совсем уж было собрался приподняться, как по нам принялись садить из револьверов!

Хомут вскрикнул и зажал рукой пробитое пулей плечо, прикрывший меня ствол задрожал от частых попаданий, и я оставил в покое оружие, вновь потянул в себя небесную силу.

Быстрее, быстрее, быстрее!

Голова вновь пошла кругом, но я успел сотворить огненный шар прежде, чем смолкла стрельба и антиподы ринулись в рукопашную. Приподнялся на локте и метнул в них свой взрывной аркан, а миг спустя громыхнуло! Взвилось и расплескалось меж деревьев жгучее пламя, меня качнуло и самую малость оглушило, а следом словно всего ледяным ветром насквозь протянуло.

Холодно!

Подоспевший Клюв наколдовал облако густого тумана — то накрыло нападавших, и выстрелы разом смолкли. Из рук духолова выскочило по костяному клинку, он с разбегу перескочил через прикрывавшее меня дерево, и во всю глотку гаркнул:

— Режь!

За ним кинулся очухавшийся после удара копьём Край, а миг спустя в белом мареве с саблей наголо канул и Хомут. Я — замешкался. Мелькнула мысль отсидеться, но почти сразу донёсся шум сшибки, пришлось поспешить за остальными с ампутационным ножом в левой руке и револьвером в правой.

Магический туман оказался непроницаем для взгляда лишь со стороны, внутри всё виделось лишь слегка размытым, да ещё начисто лишённым красок. Колдовское марево путало и скрадывало расстояния, сослуживцы попросту растворились в нём, сгинув неведомо куда. Я рванул вдогонку, но только миновал обугленное тело, валявшееся среди обгорелых кустов, и столкнулся с антиподами.

Парочка краснокожих воинов вынырнула из-под деревьев и бросилась в атаку, только двигались они как-то очень уж медленно, словно прорывались через толщу воды. Завитки тумана скручивались вокруг них в белые полосы, опутывали руки и ноги — мешали, но окончательно обездвижить не могли.

Отторжение!

Прикрылся магическим барьером я за миг до того, как один из аборигенов превозмог тяжесть чар, поднял руку и пальнул в меня из револьвера раз и другой. Дальше боёк впустую защёлкал по стреляным капсюлям, моя сотворённая впопыхах защита приняла на себя обе пули и остановила их, но при этом потеряла стабильность и начала рассыпаться. Я оскалился, рывком втянул в себя небесную силу и тут же выбросил её вовне.

Удар!

Вырвавшегося вперёд с саблей наголо краснокожего прикрыл защитный амулет, мой коронный огненный аркан впустую разлетелся ворохом оранжевых искр. Руку дёрнуло отдачей, я невольно зашипел от боли, а дальше магический туман начал стремительно редеть, его щупальца соскользнули с антиподов и перестали сковывать их движения. Бойцы шарахнулись в разные стороны, намереваясь взять меня в клещи, и я спешно пальнул в ближнего. Удачным попаданием прострелил краснокожему грудь и перевёл ствол на другого. Рывком взвёл курок, потянул спуск — осечка!

Антипод вмиг оказался рядом и замахнулся выхваченной из ножен саблей, а небесной силы во мне — ни на грош! Судорожное усилие обернулось головокружением, но всё же удалось вобрать в себя какие-то крохи энергии и прикрыться отторжением. Магический барьер малость притормозил черноволосого крепыша, и этой его мимолётной заминки хватило мне, чтобы перехватить взгляд и надавить своей волей.

Шарахнулся в сторону, и — сработало! Отвёл взгляд!

Противник потерял меня из виду и наугад рубанул саблей воздух, я скользнул ему за спину и со всего маху ткнул под левую лопатку ампутационным ножом, но из-за спешки остриё лишь распороло мышцы, после чего упёрлось в рёбра и соскользнуло, оставив длинную и неглубокую рану. Антипод взревел и крутанулся на месте. Предугадывая это его движение, я отскочил, точнее — попытался. Что-то попалось под ногу, ступня подвернулась, и тут же в грудь угодила сабля.

Клинок высек искры из кирасы, и хоть доспеха не пробил, я всё равно не устоял на ногах и рухнул навзничь. Тут же откатился в сторону,