Ненормальный практик 5 - Отшельник Извращённый

в этих мелких окнах ничего не видно! Но там точно драка! Слышишь? Прислушайся.

В окнах — вспышки синего света. Приглушённые обрывающиеся вскрики. В окне мелькнул силуэт Волкова — ну, или кого-то в похожей одежде.

— Там бой идёт! — Катя вскочила на ноги. — Точно бой! На него напали!

— Дай сюда! — старший агент выхватила монокль, прильнула к окуляру. — Что там происходит, чёрт возьми?

И тут к конюшне стремительно приблизилась группа. Пять практиков с активированным эфиром.

— Это ещё кто такие? — Катя достала запасной монокль из подсумка. — Наши? «Тень»?

— Понятия не имею. Но точно не наши. У наших другая экипировка.

Группа вошла внутрь. Через минуту — снова крики, уже не приглушённые.

— Марина! Его не убьют⁈ Что нам делать⁈

— Связывайся с базой, немедленно! Докладывай обстановку!

Катя выхватила свой передатчик и вставила в громоздкую коробку размером со здоровенный телевизор, подключённую длинным эфирным проводом к ретранслятору на чердаке. Новейшее изобретение имперских умельцев, секретное до невозможности:

— «Гнездо», это «Синица-два»! Объект «Ненормальный» атакован неизвестными в точке наблюдения. Повторяю, объект под атакой!

Треск эфира, потом чёткий мужской голос:

— «Синица-два», «Гнездо» принял. Количество нападающих?

— Больше пяти человек, «Гнездо». Идёт бой внутри конюшни. Точное число неизвестно!

— Состояние объекта?

Катя посмотрела на Марину. Та прильнула к моноклю, потом резко отшатнулась:

— Он выходит! Волков выходит! Цел!

— «Гнездо», объект… — Катя сглотнула, — объект нейтрализовал угрозу. Повторяю, справился сам. Выходит из конюшни.

Пауза на том конце. Потом:

— «Синица-два», требуется поддержка? Медицинская помощь объекту?

— Отрицательно, «Гнездо». Объект выглядит невредимым. Даже не ранен, насколько могу видеть.

— Принято. Продолжайте наблюдение. Фиксируйте все контакты. Конец связи.

Передатчик затих. Катя убрала его в подсумок, снова взялась за монокль:

— Марина, что это было? Что там произошло? Он убил их? Всех?

— Скорее так и есть, — сглотнула старший агент.

— Что будем делать?

Марина встала, отряхнула снег с форменного плаща:

— Меняем позицию. Немедленно. После такого шума сюда сбегутся городовые, потом военный патруль, потом следователи. Нельзя светиться на месте преступления, иначе провалим операцию. Начальство нам головы оторвёт.

— А Волков? Мы же должны следить!

— За ним проследят другие. У нас ротация через час. Пусть дневная смена разбирается с этим бардаком.

Спустились с крыши по обледенелой пожарной лестнице. Внизу, уже на земле, Катя обернулась на конюшню. Оттуда всё ещё доносилось паническое ржание лошадей:

— Думаешь, он знал про засаду заранее?

— Думаю, ему было абсолютно плевать. И это пугает больше всего.

Крыша здания напротив «Астарии»

Агенты «Тени»

Также пять минут назад.

Капитан Галина Волкова сидела на самом краю крыши, свесив ноги. Четыре этажа вниз. Но высота её никогда не пугала. Наблюдала сейчас через эфирный монокль военного образца за входом в гостиницу. Просматривала и конюшню.

Рядом примостился младший оперативник «Тени» — лейтенант Грачёв, парень двадцати двух лет, только год как из академии. Пытался выглядеть бывалым, но глаза выдавали — восторженные, как у щенка.

— Капитан! Объект… объект входит в конюшню, — доложил он шёпотом, хотя на такой высоте их никто не услышал бы.

— Вижу, — Волкова не отрывалась от монокля, регулируя фокус. — И не только его там вижу.

— В смысле? Конюх?

— Конюх мёртв. Уже минут десять как. А вот пять практиков внутри — очень даже живые. Подмастерья и мастера, судя по интенсивности. Засада.

Грачёв напрягся, потянулся к тревожному свистку на цепочке:

— Нужно предупредить! Он же наш объект наблюдения!

— Стоять, — Волкова перехватила его руку железной хваткой. — У нас приказ — наблюдать, фиксировать, не вмешиваться. Ни при каких обстоятельствах. Хоть там резня начнётся.

— Но его же убьют! Пятеро против одного!

— Лейтенант Грачёв, — голос капитана стал официозным. — Подполковник Волков прошёл через штрафбат «Чёрного Лебедя». Выжил. Участвовал в операции по захвату советника северян. Выжил. Затем в захвате форта Дредноут. И также выжил. Думаешь, пять наёмников его остановят?

Грачёв замялся, потирая запястье — хватка у капитана была той ещё:

— Ну… всякое бывает. Случайный удар, отравленный клинок. А если…

Договорить он не успел. Из конюшни донёсся крик.

— Началось, — Волкова активировала эфирное зрение, глаза засветились голубым. — Записывай всё для отчёта. Время, количество атакующих, методы.

Следующие три минуты они молча наблюдали за бойней. Грачёв побледнел, потом позеленел, когда увидел в окне, как подполковник одним ударом пробил грудную клетку нападавшего. Рёбра разлетелись как спички.

— Мать моя женщина… — выдохнул он, сглатывая подступающую тошноту. — Он же по документам мастер первой ступени! Обычный мастер!

— По документам многие не те, кем кажутся, — заметила Волкова, даже не моргнув при виде очередного трупа. — Запомни это, салага. Первое правило разведки — документы врут чаще, чем люди.

— Но как он… Это же физически невозможно! Это уровень магистра минимум! Или я чего-то не понимаю…

— Видишь ли, Грачёв, в нашей работе главное правило — не задавать лишних вопросов. Видим — фиксируем. Фиксируем — докладываем. А выводы пусть начальство делает. У них зарплата больше.

Ещё минута. Тишина в конюшне. Только лошади ржут панически.

— Всё? — сглотнул Грачёв, вытирая пот со лба. — Он их всех? Того…

— Подожди, это только первый акт, — Волкова указала на соседнюю улицу. — Видишь? Вторая группа спешит на помощь.

Действительно, пять практиков двигались к конюшне.

— Может, теперь вмешаемся? — с надеждой спросил Грачёв. — Десять человек — это уже перебор!

— Нет. Приказ есть приказ. К тому же… — Волкова прищурилась, разглядывая подполковника через окно, — мне кажется, нашему объекту помощь не нужна. Совсем.

— Вы серьёзно? Их же пятеро! Свежие силы!

— Ему плевать, уверена.

Вторая группа вошла в конюшню. Тишина на минуту, что странно. А потом — вспышки синего света, крики.

— Засекай время, — приказала Волкова, сама не отрываясь от наблюдения.

— Есть… Четыре минуты… тридцать секунд… тридцать пять…

Снова тишина. Ворота конюшни открылись. Юный подполковник вышел на улицу, ведя за собой запряженных лошадей и свою повозку. Спокойный, даже не запыхавшийся.

Остановился. Медленно повернул голову, посмотрел прямо в глаза Волковой.

И подмигнул.

— Твою мать! — Грачёв чуть не выронил монокль. — Он нас видит! Как⁈

— Конечно видит, — Волкова невозмутимо помахала, приветствуя его. — Он же «Ненормальный практик». Наверняка засёк всех наблюдателей ещё