М. В. Ломоносов и основание Московского университета - Михаил Тимофеевич Белявский

Следуя за Ломоносовым, он требовал освобождения философии от вмешательства богословия, очищения ее от мистики и считал необходимым основываться исключительно на реальной действительности. Борясь за земную, общественную направленность философии, Десницкий связывал философию с решением основных вопросов общественной жизни. Отсюда рассмотрение и решение философских вопросов у Десницкого неразрывно связано с правом. И, наоборот, решая те или иные вопросы юриспруденции, он старался опереться на философию.

Как и Ломоносов, Десницкий отстаивал теорию эволюционного развития мира. Он говорил о «порывчивом движении» «мира сего и его видимое с одного состояния на другое прехождение». «И весьма уповательно, — замечает Десницкий, — что человек, равномерно как и все животные и растущие на земле вещи, из всех таких всеобщих свету перемен исключен быть не может»[579].

В области права С. Е. Десницкий являлся ученым мирового значения. Почти за сто лет до Моргана он связывал возникновение семьи с разделением труда и возникновением частной собственности. В то время когда даже передовые ученые Западной Европы не шли дальше теорий, связывавших происхождение и развитие семьи с религиозными и правовыми представлениями общества, Десницкий считал основой развития и изменения форм семьи развитие частной собственности. В его изложении процесс развития семьи выглядел следующим образом: на первоначальной стадии человечества не было «никакого порядочного супружества и ниже имени оного. Смешение у них обоего пола невозбранное есть вместо супружества»[580]. Переход к скотоводству повлек за собой появление многоженства, а возникновение хлебопашества привело к тому, что возникла моногамная семья. Новая ступень, «коммерческая», сопровождалась установлением господства единобрачной семьи. Исследуя вопрос о семье, Десницкий стремился выяснить процесс ее развития и подчеркивал, что в основе этого процесса лежит хозяйственное развитие. Чем выше хозяйственное развитие, тем более совершенной является и форма семьи — вот основная идея Десницкого. Рассматривая взгляды Десницкого по вопросу о происхождении и развитии семьи, следует подчеркнуть, что он выступал решительным сторонником равноправия женщин. Он считал, что наиболее совершенной формой семьи является та, где брак доброволен и не связан с экономическими расчетами, где женщина равноправна с мужчиной. Энергично высказываясь за женское образование, он писал, что женщины «мужскому (полу) не уступающими в науках доказали себя перед ученым светом»[581].

В то время когда в вопросе о происхождении государства вершиной западноевропейской науки была бесконечно далекая от выяснения действительных причин теория «общественного договора», Десницкий связывал происхождение государства с развитием частной собственности. Он утверждал, что основой власти является не божественное ее происхождение, не голое насилие, а «превосходное богатство есть первый источник всех достоинств, чинов и преимущества над другими. Превосходное також богатство действительное есть начало и основание всех чиноположений и оного разделения властей, которые столько ныне взошли в употребление во всех государствах». Единственно с его помощью, писал он, правители «делаются повелителями над своими согражданами и удерживают свое достоинство и власть над всеми»[582]. Эти замечательные утверждения Десницкого говорят о самостоятельности его научных воззрений.

Исследуя формы государственной власти, Десницкий связывал их развитие с изменениями в экономике общества и прежде всего с развитием института частной собственности. В истории человечества Десницкий различал четыре «состояния», отличавшиеся между собой по занятиям людей и степени развития частной собственности. По Десницкому, эти периоды характеризуются следующими признаками: 1-й период — ловля диких зверей, охота и сбор дикорастущих плодов. Пользование общее, нераздельное, и собственность выступает как общественная. Обмен отсутствует. 2-й период — пастушество. Возникает частная собственность. Но собственности на землю еще нет, и скот пасется на земле, находящейся в общем владении. Возникает обмен. 3-й период — хлебопашество. Люди переходят к оседлости. Обработка земли ведет к возникновению собственности на землю и развитию обмена. 4-й период — коммерческий. Развивается торговля и ремесло. Право собственности расширяется. Обмен становится важнейшей чертой хозяйственной жизни.

В периодизации Десницкого было много наивного и ненаучного. Достаточно сказать, что в ней нет намека на производственные отношения. Но для науки того времени она была огромным шагом вперед.

Несомненной заслугой Десницкого было использование для подкрепления своих положений, относящихся к характеристике первого и второго периодов, этнографического материала русских путешественников и особенно классической работы С. Крашенинникова о Камчатке.

Десницкий утверждал, что образование государства и возникновение законов связано с развитием собственности и прежде всего собственности на землю. «Начало и происхождение собственности… соединено с непосредственным происхождением и самых правлений государственных»[583], — писал Десницкий и указывал, что именно собственность на землю привела к возникновению института баронов и маркграфов, к возникновению «феодального правления», которое, по его мнению, представляло собой власть земельной аристократии с «неполномощным» государем во главе. Дальнейшее развитие собственности привело к разложению и гибели «феодального правления» и к созданию современных европейских государств. Десницкий был одним из первых ученых, поставивших вопрос о том, что между феодальным землевладением в Западной Европе и землевладением в России нет никакой принципиальной разницы[584].

Рассматривая происхождение и роль законов в истории общества, Десницкий подчеркивал, что они в первую очередь имеют своей целью защиту частной собственности.

Очень важна мысль Десницкого о причинах, вызывающих сходство законов у различных народов. В то время даже передовые ученые при исследовании данного вопроса ограничивались выяснением того, у какого народа законы возникли раньше, а затем сводили исследование к доказательству, что сходство объясняется либо влиянием, либо непосредственным заимствованием. Десницкий шел совсем иным путем, свидетельствовавшим как о его самостоятельности, так и о прогрессивности его научных взглядов. «Само через себя разумеется, что в натуральном состоянии люди не имеют почти никакого понятия о собственности и живут по большей части управляемы не законами, но застарелыми обычаями, каковыми управляемы были древние афиняне, лакедемоняне и нынешние камчадалы. Удивительное сих народов примечается сходство», — говорил Десницкий и высмеивал любителей во всем видеть заимствования. «Суеверные любители древностей подумают, что камчатские народы переписывали когда-нибудь законы у Ликурга, хотя в ликурговы времена, может статься, люди столько ж искусны были в рукописании, сколько и нынешние камчадалы. Народные обыкновения везде бывают сходны, когда самые народы находятся в подобном между собой… состоянии»[585]. Этот важный тезис Десницкий подтверждал примерами, относящимися к обычаям и законам разных народов.

Являясь выдающимся ученым-новатором, Десницкий решительно выступал против схоластической школы юристов и представителей этой школы в Московском университете. Десницкий указывал, что они занимаются казуистикой либо метафизическими, схоластическими словопрениями о том, что «согласно с волею божиею и что не согласно, разделяя притом человеческую совесть по логически, на предыдущую и последующую, на известную и вероятную, на сомнительную и недоумевающую. В таком лабиринте они ищут