Капризы судьбы - Кэтлин Гивенс

Маклауды не делали скидку на то, что Десмонд предал Нейла и первым полез в драку. Их не интересовала суть дела. Они рассуждали по-своему. Сначала Джейми убил Маклауда в сражении при Данфаллэнди, теперь Нейл порешил другого Маклауда в Глен-Мозине. «Если тебя зовут Маклауд, опасайся братьев Маккарри», – говорили остряки.

Калум яростно спорил с недовольными, доказывая, что они не правы. Нейл был благодарен Калуму, но затеянная шумиха означала, что он не сможет поехать во Францию для разговора с Фионой. Собрание, устроенное Килганноном, грозило задержать его еще дольше.

Разлука с Эйлин становилась невыносима. Временами ему казалось, что он слышит ее голос, чувствует ее запах. По ночам ему снились ее ласки. Он писал ей письма, зная, что Филан все равно не даст им хода.

И вот теперь, когда Нейл наконец собрался ехать во Францию, пришла весть о собрании. Интересно, что заставило Александра Макганнона устроить собрание прямо сейчас, не дожидаясь ежегодных игр, которые будут проходить в Килганноне в августе? Должно быть, он узнал нечто исключительно существенное и хотел обсудить важные вопросы. Нейл понимал, что ему необходимо присутствовать на данном собрании.

Он вызвал Дункана и Джейми к себе в кабинет и приступил к делу сразу, как только они уселись в кресла.

– Мне надо ехать в Килганнон на собрание, – уведомил он, – но я не могу отложить поездку во Францию.

Джейми засмеялся:

– Я так и знал! Ну же, скажи, что ты придумал. Пусть Дункан послушает.

Нейл взглянул на своего кузена.

– Я хочу, чтобы Джейми поехал на собрание вместо меня. – Он обернулся к брату: – Или, может быть, ты желаешь поехать во Францию и поговорить с Фионой?

– Нет уж, спасибо, – отозвался Джейми. – Но тебе придется объяснить ситуацию Эллен. Она будет недовольна моим отъездом.

– Возьми ее с собой.

– В качестве кого? Ведь мне придется делать вид, что я – это ты!

Нейл улыбнулся:

– Не целуй ее на людях, только и всего.

Глава 17

Наступившей весной Глен-Мозин сотрясался от штормов. Непогода мешала крестьянам обрабатывать поля и удерживала путников дома. Эйлин проводила дни, стараясь не думать о том, когда же за ней приедет Нейл. Она уже начала сомневаться, что такое событие вообще когда-нибудь случится.

Она говорила себе, что Филан пытается настроить ее против Нейла, что Нейл задерживается из-за плохой погоды. Он не мог ее забыть! Однако время шло, а он все не появлялся.

Она изучала Филана, пытаясь понять, почему он удерживает ее в замке. Ей не нравилась его манера управлять делами имения. Он не терпел возражений и наказывал своих подданных за малейшую провинность. Домашние боялись Филана и мгновенно выполняли все его распоряжения, а он ошибочно принимал их страх за уважение.

Если бы она управляла Глен-Мозином… Если бы она была королевой…

Эйлин одергивала себя, но подобные мысли все чаще закрадывались в ее сознание. Она невольно гадала, что происходит в Лондоне. Почему Вильгельм и Мария хотят, чтобы она вернулась?

До сих пор Филан ничего не говорил о письме, которое ему прислал король. Эйлин чувствовала: он что-то затевает. Прожив в Глен-Мозине всего несколько недель, она поняла, какой хитрый человек ее дед.

Они редко разговаривали о важных вещах. Если она упоминала Нейла, он тут же менял тему. Когда речь заходила о Дункане, Филан отпускал едкие замечания. Бросив вызов Филану, Дункан попал в длинный список неугодных ему людей. В иные дни Филан с утра до вечера перемывал косточки тем, кто вызывал в нем раздражение. Теперь Эйлин понимала, почему ее мама не захотела жить в замке.

Когда шторма наконец утихли и реки вернулись в свои берега, в Глен-Мозин просочились сведения о внешнем мире. Вильгельм и Мария собирались перестраивать Хэмптон-Корт[1] по проекту Кристофера Рена. Когда все будет закончено, Вильгельм сможет переехать туда из центрального Лондона, который он ненавидел.

«Что бы ты построила, если бы была королевой?»

В один из пасмурных дней появился Битан. Он рассказал, что дожди смыли урожай, а разлившиеся реки уничтожили целые деревни. Кроме того, он привез новость о собрании, которое созывал граф Килганнон, чтобы обсудить ситуацию в западной части Северного нагорья. Филана не пригласили на собрание, сказал Битан Эйлин, когда они бродили по саду, разоренному непогодой.

– Нейл Маккарри сообщил, что приедет, – добавил Битан, внимательно посмотрев ей в лицо, и замолчал.

Стоял редкий теплый солнечный день, когда Филан наконец-то заговорил с Эйлин о письме. Холодный ветер разогнал туман, висевший над замком Мозин почти неделю. Эйлин гуляла по внутреннему двору, наслаждаясь вернувшимся теплом. Ее дед подошел к ней, по пути отпуская замечания слугам и смеясь. Она не на шутку удивилась: Филан редко пребывал в таком веселом настроении.

– У меня есть новости, – обратился он к ней небрежным тоном. – Давай пройдемся, и я тебе все расскажу.

Эйлин молча пошла за ним. Они миновали туннель и мост и остановились на верхней площадке лестницы, откуда открывался вид на деревню.

Филан заложил руки за спину.

– Я написал Вильгельму и Марии от твоего имени.

– Вот как?

– Да. Они прислали ответ, в котором поблагодарили меня за мою преданность. Здесь, в Северном нагорье, не так много верных им людей, и я напомнил им об этом. Я написал, что они не смогут заставить тебя выйти замуж за ван Хэйпмена против твоего желания.

– Откуда вы знаете о ван Хэйпмене?

Во взгляде Филана мелькнула вспышка гнева, но он быстро ее погасил.

– Мне сказал о нем Дункан. Ты приехала в Глен-Мозин, чтобы избежать нежелательного брака, и я с радостью приютил тебя в своем доме.

Эйлин молчала.

– Сейчас опасность миновала. Вильгельм и Мария пишут, что не будут тебе ничего навязывать. – Он прищурился. – Ты можешь отплатить мне за мою доброту. Я хочу, чтобы ты поехала в Лондон в качестве моего эмиссара. Я должен знать, что там происходит. Ты будешь писать мне письма, и сообщать об обстановке.

– А как же Нейл?

Он заглянул ей в глаза:

– Неужели ты до сих пор надеешься, что он за тобой вернется? Как глупо!

Эйлин глубоко вздохнула.

– Ну что ж, его молчание лишний раз доказывает, что тебе надо ехать в Лондон. Не забывай, Эйлин, что ты у меня в долгу.

– Мне нужно время, чтобы подумать.

– Ладно, даю тебе три дня на размышления.

Эйлин послала сообщение Битану и стала ждать. Она плохо спала ночью, зато к утру у нее созрело решение. Однако чтобы осуществить задуманное, она должна заручиться поддержкой Битана. Когда он приехал, она поспешно увела его в сад и рассказала о случившемся. Битан слушал, хмуро сдвинув брови.