Путь - Андрей Завадский

Следом за конницей в ногу шагала, плотно сбив свои ряды, пехота, и от поступи нескольких сотен полностью вооруженных солдат задрожали стены домов. Они были разделены на равные квадраты-баталии, каждая - под знаменем своего сеньора, гордо реявшим над островерхими касками. Облитые кольчугами и тяжелыми чешуйчатыми бронями, шли копейщики, держа на левом плече щиты, блестевшие свежей краской. Над их головами топорщился настоящий лес всевозможных гизарм и алебард, хищные наконечники которых мерно покачивались в такт шагам. И каждый, наверное, представил, как эти суровые бойцы стоят в открытом поле, словно живая стена, плотно сомкнув щиты и ощетинившись своими копьями в ожидании вражеской атаки.

Горожане с восхищением взирали на марширующих воинов, а те с трудом сдерживались, чтобы не бросать по сторонам любопытные взгляды, поскольку очень многие из них, большей частью - обычных крестьян, призванных своими сеньорами под знамена и теперь наравне с самим рыцарями купавшихся в лучах славы, впервые оказались в столице. В прочем, они не сомневались, что еще успеют пройти по этим улицам и вне строя, горланя песни и размахивая кувшинами с пивом, ведь торжественный пир ждал не только рыцарей, но кое-что придется и на долю простых солдат.

Лорд Грефус оставил позади многочисленные обозы с припасами и ранеными, стремясь придать своему появлению в Фальхейне большую торжественность, а потому растянувшееся длинной колонной войско замыкал отряд пеших арбалетчиков. Суровые богатыри в стеганых куртках и касках-капелинах, они все были профессиональными воинами, дружинниками, ибо самострел - оружие хотя и легкое в обращении, но слишком дорогое, чтобы доверять его простым крестьянам. Сейчас стрелки вышагивали величаво, придерживая на плечах тяжелые арбалеты со стальными дугами и снисходительно посматривая по сторонам. Для них город, даже такой большой, как Фальхейн, был не в диковинку, и все равно каждый предвкушал знакомство с его кабаками и веселыми девицами.

А вдоль улиц собралась огромная толпа. Глашатаи уже разнесли весть о возвращении с победой лорда Грефуса, а также и о том, что в честь этого события будет устроен праздник, и горожане успели приготовиться к торжеству. Надев самые яркие наряды, они приветствовали вошедших в город воинов, хотя немало почестей перепало и на долю самого государя.

  - Слава лорду Грефусу, - наперебой кричали мужчины и женщины, размахивая над головами шляпами, чепцами, просто платками. - Слава победителю! Да здравствует король!

Кое-кто украсил свои дома знаменами или даже яркими ленточками, придав им праздничный вид. Войско двигалось по городу, а люди шли следом, продолжая восхвалять доблесть воинов, их предводителя и самого короля. И Эйтор в этот миг даже почувствовал себя действительно причастным к победе, забыв на какое-то время обо всех своих тревогах.

Звеня доспехами, ряды воинов проходили по дворцовой площади, на которой уже выстроилась под развевающимися знаменами сотня королевских гвардейцев. Печатая шаг, колонны облитых сталью доспехов бойцов гордо шагали по мостовым, под звуки труб и радостные крики фальхейнцев покидая город через южные ворота. Часть из них сразу же отправится по домам, другие же, разбив лагерь возле городских стен, будут ожидать своих сеньоров, поскольку для рыцарей король уже приказал готовить пир.

  - Прошу, лорд, - Эйтор указал на вход во дворец. - Все готово к празднику. Сегодня вся столица будет поднимать кубки за вашу храбрость!

Король и лорд Грефус рука об руку вошли под своды дворца, сопровождаемые двумя десятками самых знатных или наиболее отличившихся в боях рыцарей, гордо шагавших по гулким коридорам. Гвардейцы, завидев торжественную процессию, поспешно распахивали двери, салютуя оружием победителям, отчего те исполнялись еще большей гордости.

А в трапезной зале, предназначенной для пышных приемов, и потому большую часть времени пустовавшей, все уже было готово в ожидании гостей. Слуги развесили на стенах знамена с гербами короля и лорда Грефуса, разожгли камин и расставили на столе множество свечей, поскольку средина дня уже миновала, и сумерки вот-вот должны были опуститься на Фальхейн. Повара тоже совершили свой маленький и неприметный подвиг, успев собрать стол, подобающий моменту. Словно заведенные, они метались между кухней и трапезной, к появлению Грефуса со своей свитой приготовив все, чего только можно было желать, от жареного кабана, только на рассвете доставленного охотниками, до фруктов в сахаре, не забыв, разумеется, достать из погребов вино и эль.

Рыцари, минуя почтенный караул облаченных в парадные мундиры и сверкающие доспехи гвардейцев, чинно рассаживались за длинным столом, и слуги тотчас наполняли их кубки ароматным вином. Музыканты коснулись струн своих арф и лютней, и под сводами зала зазвучали первые звуки какой-то древней баллады, как и должно быть в такой день, повествующей о героях и сражениях. Своего часа ждали шуты и скоморохи, притаившиеся пока в дальнем углу и для разминки жонглировавшие стащенными с господского стола яблоками.

Пир начал король, как и полагается, занявший место во главе стола. И возле него, побелев от волнения и боясь поднять глаза на блистательных рыцарей, громко разговаривавших и отпускавших полые шутки, сидела юная королева, единственная женщина, присутствовавшая на этом торжестве.

  - Лорд Грефус, братья рыцари, - Эйтор встал подняв огромный кубок из чистого золота, полный терпкого вина. - Сегодня я и весь Альфиона славим вашу доблесть. И я хочу выпить за победу, с которой вы вернулись из дальнего похода, достойного быть воспетым менестрелями. Вы вернули мир и покой в земли Альфиона, своей грудью заслонив королевство от орды кровожадных дикарей, не посрамив честь ваших славных предков, братья мои!

Рыцари, держа кубки на весу, терпеливо слушали славословия своего короля, бросая голодные взгляды на бесчисленные блюда, которыми был заставлен огромный стол. Но прикоснуться к ним прежде, чем закончит свою речь государь, эти воины не могли, и тем больше были их душевные терзания.

  - Но, воздавая вам по заслугам, восхваляя вашу доблесть и отвагу, мы не можем забыть тех, кто не вернулся, кто погиб, прославив свои имена на века, - продолжал король Эйтор, переводя взгляд с одного лица на другое. - Погиб лорд Фергус, чья храбрость не нуждается в подтверждении, погибли многие рыцари и простые воины, приняв геройскую смерть, остановив врага.

Не все приняли слова своего короля сердцем, но многие рыцари потупили взоры, вспомнив то, скорбное зрелище, которое открылось им на берегах Эглиса, в той тесной долине. И сейчас перед ними вновь предстало поле сражения, усеянное останками тел воинов, которых некому было предать земле, тех, благодаря кому сейчас все они могли слушать здравницы, произносимые Эйтором, искренне поверив, что действительно спасли Альфион.