Бандит - Андрей Круз

– Ну да, спиться тебе Большой не дал, верно, – он усмехнулся. – Мы тут покопались немного в материалах.

– Через Константина?

– Через него, конечно. Правда, серверы милицейские не он сам взломал, дали нужную информацию ему. Ладно, отвлекаемся. Итак, блатная жизнь тебе не нравится, верно?

– Будем считать так. – Я приложился к кружке с чаем.

– Уйти из нее хочешь?

– Куда? – теперь я уставился ему в глаза.

– В частный город. Хотя бы в Волжск. Сам понимаешь, что там тебя никто никогда не достанет. Или в другой федеральный, в какой захочешь. Или в ЗАТО. Начни там бизнес или даже иди на работу к нам.

– А с волчьим билетом что делать будем?

– Порвем и выбросим. Ты меня помнишь, репутации лжеца у меня не было.

Это верно, не было. Барановского считали мужиком неприятным, но прямым как рельса.

– Надо заменить Штопора?

– Верно. – Он не стал ходить кругами. – Надо найти тех, кто крышует операции с таблетками.

– А почему не госбезопасность этим занимается?

– По ряду причин, – он вежливо улыбнулся, – которые тебе знать не нужно. Дойдет и до них. У нас же самих в этом городе возможности ограниченны. Людей и всего прочего совсем немного.

– Я никогда не был в частных городах, – вытащил я из картотеки очередное знание. – Даже не знаю, что там нужно хотеть.

– Устроить экскурсию? – Барановский покрутил кружку на столе перед собой. – Это несложно. Соглашайся, короче. Это шанс, реальный и настоящий. Второго такого не выпадет. А я никого, кроме тебя, не смогу переместить в базу людей с допуском туда. Просто так совпало – я тебя увольнял, я же могу и заявить, что ты всегда был агентом. Сам понимаешь, что с агентурой работают персонально, имена агентов никому не раскрываются. Еще и наградят.

– Согласен, – без всякой паузы ответил я. – Меня тут ничего не держит.

– Жанна?

– Несерьезно, – отмахнулся я. – И мы уже разошлись.

Настя. Мы сможем с ней устроиться в частном городе, это уже намного лучше… но как ее подать? Сейчас или подождать? Нет, не знаю, как сейчас, чуть позже, когда… когда кроме слов появится и дело. С обеих сторон. А мне надо продумать очередную версию. Не говорить же сейчас, что моя жена придет из другого мира очень скоро и мы переедем вдвоем? Костя, похоже, это от начальства держит в тайне.

– Вопрос насчет Константина разрешите?

– Давай.

– А что он вообще там делает, кстати? Какой смысл держать своего человека в таком месте? Он же там как отшельник.

– Пока как отшельник, но… – Барановский усмехнулся. – Уже четверть городского криминала перешла на его электронику. Этого мало?

– Хм… – Я покачал головой. – М-да. Немало, выходит. Все читаете?

– Конечно. И надеемся довести показатель до ста.

– И вам зачем?

– А как думаешь?

– С госбезопасностью делиться?

– Вот видишь, догадался. Будет у нас контроль над всей закрытой информацией – все местные схемы сразу вскроются. Кроме того, Костя оттянул на себя склонную к необдуманным действиям, но талантливую местную молодежь. – Барановский отодвинул кружку и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, – которая не удовлетворена несправедливостью устройства общества. Нам не нужны те, кто пытается хакнуть системы «РосАтома» или устроить диверсию в Волжске, вроде новых «Красных бригад». Рано или поздно подобные к таким идеям приходят. А так они заняты.

– Чем?

– Да всем этим. – Он сделал некий неопределенный жест рукой. – Хотя бы охотой на педофилов. Борьбой с наркотиками займутся. Чем-нибудь еще.

Я только головой покачал.

– Кстати, – Барановский прищурился. – Ты же планируешь какие-то действия против чеченской группировки? Да ладно, я же не побегу в милицию, а твою переписку мы читаем. И знаем, что тебе передал Костя.

Ну да, верно. Можно было догадаться.

– Что-то планирую. Какая польза может быть от вас? – даванул я слегка наглостью.

– А какая нужна? – Барановский совсем не удивился. – И это точно необходимо?

– Мне трудно будет объяснить братве, почему не нужно. Ваха на нас наехал, при этом не прав. Да и сам я в опасности, потому что Ваха своих убитых прощать не собирается.

– Согласен. Нам на гангстерские войны наплевать, если они не мешают работать.

– Попытка соскочить по факту намного сложней для меня, чем попытка разобраться с Вахой, – осторожно сказал я.

– Согласен. Так что нужно?

– Мне нужен безопасный адрес. И безопасная машина.

– Это возможно. Я дам мой номер, звони, если нужно.

– Информация от сутенера. Она может быть полезна.

– Поделимся, – кивнул Барановский. – Что-то еще?

– Винтовка с оптикой.

– Это возможно, но нежелательно. Левого оружия у нас нет, а использовать что-то нормальное… не стоит, я думаю. Ищи по своим каналам. Китайцы же «СВД» делают, так?

– Быстро не добыть. – Я поморщился. – Ладно, разберусь.

– Давай тогда к наркоте вернемся. – Барановский достал блокнот, перекинул пару листов. – Вы взяли те четыре килограмма у некоего Митяя, которого крышует Вагонка, так?

Картотека.

– Да, так.

– Митяя мы установили, это некто Каменщиков Дмитрий, официально владеет двумя магазинчиками, хотя живет явно не по доходам. Забрали за долг, хоть и непрямой. Он должен кому-то, тот должен вашей бригаде, и так далее, верно?

– Верно, – ответил я, сверившись со знаниями прототипа. – Долг не нам, долг Мартыну, нам просто доля от этого.

Поэтому Большой так за товар и нервничал. Пришлось бы свои отдавать, если бы потерялись.

– Чеченцы у вас собирались их выкупить по десять рублей за таблетку, верно?

– Верно. Сорок тысяч.

«Уличная цена» на подобную дрянь от пятнадцати до двадцати рублей в нашем городе колеблется. Интересно, почем это в частном городе? Я спросил.

– В среднем по пятьдесят. Придурки потом всю ночь как на крыльях с этой новой дури летают. И, говорят, либидо повышается так, что иногда от сердечного приступа помирают во время этого дела. – Он усмехнулся. – Так что те, кто переправляет дурь в Волжск, делают неплохие деньги. А кто сидит на всем оптовом… сам понимаешь.

– Как переправляют?

– Дронами, похоже. Хоть их и регистрируют, и маяки вставляют, но… их просто разбивают, снимают с учета, а потом строят заново, уже без маячков. И никакая запретка не поможет. С полкило груза такой везет, садится точно, куда засылают, а там товар забирают.

– А продавцов не ловите?

– Отслеживаем кое-кого, но у нас с этим сложней, чем здесь. – Он вздохнул. – В частных городах свободы много, равно как и прав у жителей. И границы частной собственности нерушимы. Увидишь. Да и не только наркота важна.

– Что еще?