Симон Петлюра - Виктор Савченко

Гетман объявил мобилизацию офицеров бывшей армии Российской империи, которых только в Киеве насчитывалось до 10 тысяч человек. Но на мобилизацию в армию гетмана откликнулось только около 5 тысяч, да и из них тысячи две стремительно разбежались по многочисленным штабам и отделам. Гетман вспоминал, что «на фронте считалось по спискам 9 тысяч человек, а на самом деле было всего 800».

На следующий день после мотовиловского боя стрельцы подошли к Киеву с юго-запада, заняв станцию Боярка и местечко Васильков. Бои завязались в районе Жулян (в городской черте современного Киева). Только у пригородной станции Пост-Волынский стрельцы были остановлены офицерскими дружинами.

Испуганный гетман назначил главнокомандующим своей армии генерала графа фон Келлера, который сам вынашивал планы военного переворота против гетмана и присоединения армии гетмана к белогвардейцам.

Своими призывами к восстановлению монархии и «единой неделимой России», своим непризнанием Украинской державы Келлер вызвал протест со стороны командиров-украинцев из гетманской армии. Это привело к переходу к повстанцам Запорожского корпуса и Серожупанной дивизии. Заговор Келлера в гетманской армии стал толчком для части офицеров, которые покинули Киев и устремились на Северный Кавказ и Дон, к Деникину. 26 ноября гетманский главком Келлер за подготовку «правого» антигетманского переворота был заменен на генерала князя Долгорукова.

В это время в соседнем с Киевом Бердичеве подымается гетманский Черноморский кош (460 штыков), который по приказу Петлюры немедленно выступает на Киев. Уже 20 ноября он подошел к западному пригороду Киева Борщаговке. Этот день стал кризисным в обороне Киева, окруженного с запада и юга. Но у Петлюры не было сил для последнего штурма. Двух тысяч петлюровцев было очень мало для борьбы с гетманским гарнизоном столицы. Но гетманские войска имели устойчивую тенденцию «таять», а у Петлюры оставались надежды на «внутренний взрыв» в Киеве.

В момент, когда все силы были брошены на Киев, на станции Фастов в четырех вагонах оставалось пять членов Директории, канцелярия Директории, Ставка — десять штабистов-офицеров и десять сечевиков с одним пулеметом. Директория многим рисковала... Мимо станции проходили многочисленные отряды гетмана, но они опасались штурмовать станцию, думая, что там стоит не менее тысячи повстанцев.

Главным успехом Петлюры стало привлечение большинства частей гетманской армии на сторону Директории. Уже 18—20 ноября к петлюровцам перешли отдельные части сердюков, конный Лубенский полк, дивизия Серожупанников на Черниговщине, части Подольского корпуса. Конечно, перелом восстания был связан с выступлением кадрового Запорожского корпуса и его командира полковника Болбочана против гетманской власти.

Справка: Болбочан Петр (1883—1919) — из семьи священника, окончил Кишиневскую семинарию и военное училище. Участник Первой мировой войны, штабс-капитан. В 1917 г. под руководством Болбочана был сформирован Украинский республиканский полк. В 1918 г. — командир Запорожской дивизии, 2-го Запорожского полка, полковник.

Запорожский корпус (18 тысяч штыков и сабель), признав власть Директории, захватил Харьков и за десять дней восстания стал контролировать практически всю территорию Левобережной Украины. Уже с 21—22 ноября под Киев стали прибывать крестьянские «ватаги» — отряды повстанцев. Целые села вокруг Белой Церкви приходили к восставшим. Захватив огромные склады с оружием в Белой Церкви, Петлюре удалось вооружить крестьян и направить под Киев.

20 ноября в самый критический день обороны, когда гетману предложили «улететь на аэроплане в Одессу», восставшие подошли вплотную к городу. Винниченко в этот день записал в дневнике: «на днях мы возьмем Киев».

Очухавшись от первых военных неудач, генерал Святополк-Мирский организовал новую офицерскую дружину, которая 21 ноября потеснила наступавших на Киев петлюровцев. Такое развитие событий привело к переходу к позиционной войне. Директории стало ясно, что наскоком с 2—3 тысячами солдат Киев не возьмешь.

На 27 ноября Петлюрой было назначено новое наступление. С юга, из района Голосиевского леса на Киев выступило 500 повстанцев атамана Зеленого, с юго-запада — 4 тысячи сечевиков, черноморцев и повстанцев.

Но в день генерального наступления в ход событий решили вмешаться немцы. Для них бои под Киевом велись «слишком долго» и мешали отъезду немецкого солдатского контингента в Германию. А столкновения отдельных повстанческих отрядов с немцами обратили симпатии немцев против петлюровцев. Для того чтобы освободить железнодорожный путь на Запад, немцы штурмом взяли станцию Шепетовка, потребовали от повстанцев отойти от столицы на 30 километров и прекратить всякое наступление на Киев до выезда всех немецких частей из столицы. Немцы еще имели силы для того, чтобы разбить повстанцев, и Директория была вынуждена пойти на принятие немецкого ультиматума. Французские эмиссары, надеясь не допустить в Киев повстанцев и пользуясь правами победителей, пытались задержать немецких солдат у Киева, чтобы сохранить власть гетмана.

Винниченко при первых же неудачах восстания начал сомневаться в победе... В дневнике за 28 ноября он запишет: «Немцы против нас. Надежд на успех мало... В Киеве стоят тысяч десять немцев. У них около 100 пушек. Гетманцев тысяч пять при 40 пушках. У нас же тысяч восемь войска и 30 пушек». Такая статистика наводит главу Директории на мысль, что «надежд на победу нет. Условия немцев — в Киев не вступать. Требуют отойти от города на 30 верст. Гетман остается. 75 шансов в пользу поражения под Киевом».

Первые неудачи восстания казались катастрофой... Коновалец тайно приехал в Киев в надежде уговорить гетмана закончить «дело» компромиссом. Но гетман не захотел встречаться с полковником...

Этого пессимизма Петлюра вовсе не разделял. Он постоянно носился по войсковым, повстанческим частям и уверял, что победа близка. Создавал, направлял, умолял... и войско росло, «как грибы после дождя». Тысячи простых крестьянских парней-повстанцев добровольно приходили под Белую Церковь не только «воевать гетмана», но и реквизировать имущество у «буржуев и панов».

Хотя 29—30 ноября Петлюра был вынужден отвести свои войска с южных и западных окраин Киева, он решил теперь блокировать столицу с востока и севера. С востока к Киеву подходили войска полковника Болбочана, с севера — повстанцы атаманов Мордалевича, Соколовского, Струка.

В начале декабря Директория потребовала от немецкого командования вывести свои войска с территории УНР. К этому времени Петлюра сформировал из 18 тысяч повстанцев (за неделю количество повстанцев увеличилось в три раза) четыре дивизии: Сечевых стрельцов, Черноморскую и две Днепровские дивизии повстанцев Зеленого и Данченко. Эти дивизии были сведены в Осадный корпус, который всецело начал подготовку к новому наступлению на Киев. Осадный корпус к 12 декабря 1918 года вырос уже до 30 тысяч штыков и сабель при 48 пушках и 170 пулеметах.