Запрет на любовь. Книга 1. На грани - Сюзанна Брокманн

Джина решила, что это означает «да».

– Она действительно такая классная, как говорят?

Джулз закатил глаза:

– Послушайте, а если я отвечу, вы скажете, куда собираетесь уехать?

Джина криво усмехнулась:

– Хотите, чтобы я поверила, будто Макс до сих пор не знает моего расписания, включая номер и серию билета?

– Не знает, но, разумеется, узнает. Просто вы облегчите нам задачу, если хотя бы намекнете, в какое полушарие собрались.

– Не собираюсь помогать ему шпионить за мной. Если хочет узнать, пусть действует так, как все нормальные люди, – позвонит и спросит.

– Макс не нормальный человек, – напомнил ей Джулз. – Куда теперь? Направо? Налево?

– Налево. – Ее отель стоял у самой дороги. – А потом остановитесь на правой стороне.

Джулз заехал на парковку, затормозил и, наклонившись к переднему стеклу, внимательно оглядел здание отеля. Он ничего не сказал, но Джина и так поняла, что ему не понравилось то, что он увидел: в комнаты можно было попасть прямо с пляжа через раздвижные двери. Человеку, мир которого сплошь населен террористами, убийцами и насильниками, такое жилье, наверное, представляется крайне небезопасным. Макс точно не обрадуется, когда Джулз доложит ему об этом.

А в том, что он доложит, Джина не сомневалась. Молодой человек протянул ей карточку:

– Звоните, если что-нибудь понадобится. Рад буду помочь всем, чем смогу.

Джина подняла на него глаза. Кажется, он говорил, что для Макса сделает что угодно?

– Всем! – переспросила она.

Джулз выдержал ее взгляд.

– Детка, я люблю разнообразие, и ты мне очень нравишься. Наверное, я смог бы на одну ночь поменять ориентацию и доставить тебе удовольствие, но все-таки это будет не совсем то, что нам обоим надо.

Вот оно как…

– Так ты?.. – Он смотрел на нее, явно ожидая чего-то. Поэтому Джина смело закончила: – Ты гей?

Наверное, большинство людей не решаются произнести это слово вслух. А уж ей-то известно, как от этого тошно.

– Спасибо, – Джулз в точности повторил ее реакцию. – Хотя мой слон здорово отличается от твоего. Он у меня ярко-розовый, и я люблю водить его за собой на веревочке и со всеми знакомить.

Джина кивнула:

– Жаль, но от свадьбы, похоже, придется отказаться. Иначе мы разоримся на семейных психологов. Спасибо, что подвез.

Джулз засмеялся.

Джина уже открыла дверь, когда он вложил ей в ладонь свою карточку и сжал пальцы.

– Она мне не понадобится, – покачала головой Джина.

– Я подумал, может, у тебя есть брат и ты меня с ним познакомишь?

Теперь засмеялась Джина:

– У меня три брата, но тебе не стоит к ним даже приближаться.

– А вот этого ты знать не можешь, – философски заметил Джулз. – Родные всегда узнают последними. – Он тоже выбрался наружу и сейчас смотрел на нее поверх машины. – Знаешь, Джина, на той стороне острова есть отели с нормальным входом через холл. Все-таки одинокой девушке безопаснее останавливаться в них.

Джина вытащила из кармана ключ.

– Мне здесь нравится. И пляж совсем близко. И цена меня устраивает. И я чувствую себя здесь в полной безопасности. Можешь сказать Максу, что сделал все возможное, чтобы уговорить меня переехать. – Она открыла дверь своего номера. – Спокойной ночи.

Когда, зайдя в комнату, Джина задергивала шторы, Джулз еще стоял на том же месте.

Но через несколько минут, когда она вышла, чтобы прогуляться по пляжу, его уже не было.

Сэм сидел в машине, купленной за гроши у одного из конкурентов Хоппера, и ждал, когда Алисса перезвонит.

С этого места хорошо просматривалась восточная развязка перед въездом в город, которой обязательно должен был воспользоваться тот, кто направлялся из Орландо в мотель «Сансет».

Бет Вейсс, дежурный администратор, до сих пор не вернулась в Гейнсвилл. Девушка, с которой они снимали квартиру, считала, что соседка вернется утром и поедет прямо на работу. К сожалению, она не знала адреса Бет в Орландо, но припомнила, что та, кажется, останавливается не в отеле, а у какой-то подруги из колледжа.

То, что девушка должна была направиться сразу на работу, здорово усложняло Сэму жизнь, потому что все подступы к мотелю надежно охранялись Алиссой и ее бандой.

Если ему не удастся перехватить светло-голубой «форд фокус» с южно-каролинскими номерами – спасибо соседке за информацию! – по дороге, Алисса поговорит с Бет первой и, разумеется, предупредит, чтобы та воздержалась от разговоров с незнакомцами, похожими на Старретта.

Скорее всего, Алиссе уже сообщили, или вот-вот сообщат, что кто-то интересовался девушкой по телефону.

И, конечно, она догадается, что это был Сэм. И тогда он ничего не узнает.

Хотя, если Бет Вейсс хоть немного похожа на свою соседку, заставить ее молчать будет непросто. Соседка оказалась разговорчивой.

Она, кроме всего прочего, поведала Сэму, что Бет всегда останавливается по дороге на работу, чтобы выпить кофе и съесть пончик.

Оставалось надеяться, что это утро не станет исключением и что за завтраком он ее и перехватит.

Правда, между развязкой и мотелем Сэм обнаружил две кондитерских и одну кофейню – он долго колесил по окрестностям и теперь знал их как свои пять пальцев – и, значит, ему придется пристроиться за машиной девушки и проследить, куда именно она направится.

Как сообщила все та же соседка, Бет не была особенно пунктуальной, следовательно, могла появиться на развязке и через семь, и через восемь часов.

До этого ждать ее бесполезно. Конечно, Сэму не мешало бы поспать: день выдался непростой, и особенно вымотала его ходьба по магазинам, которую он всегда ненавидел, Но беда в том, что телефон упорно молчал, а поэтому он никак не мог уснуть.

Ему не хотелось верить, что Алисса не перезвонит. После всего, что он ей рассказал.

Сэм открыл телефон, убедился, что находится в зоне доступа, проверил, работает ли зарядное устройство, которое тоже купил сегодня.

Устройство работало, связь имелась.

А значит, Алисса не звонит, потому что не хочет, а не потому что не может.

Звонок!

Но на экране высветился другой номер.

– Донни?

– Сэм, матч через полчаса кончается.

Черт! Он и забыл, что договорился со своим чокнутым соседом вместе смотреть, как «Падрес» сегодня сделают «Метсов».

– Ох, Дон, извини. Забыл тебе позвонить. Я все еще во Флориде.

– Как там Мэри-Лу и Хейли?

– По-моему, в полном порядке. – Сэм не мог рассказать Донни правду. У того и так серьезные проблемы с крышей.

Дон ДаКоста считал Мэри-Лу своим другом и сильно переживал, когда она с Хейли уехала из Сан-Диего. Сэм чувствовал себя отчасти виноватым и поэтому начал иногда завозить соседу продукты и заносить в дом почту, как это раньше делала Мэри-Лу: сам Дон ненавидел выходить из дома. А потом и просто так стал заходить к нему в гости, потому что, хотя периодически ДаКоста оборачивал голову алюминиевой фольгой, чтобы инопланетяне не могли прочитать его мыслей, в остальное время он был довольно смышленым и обладал своеобразным чувством юмора.