Бог войны - Дэвид Вебер

на простую стену вокруг охотничьего домика. И если он потерпит неудачу, Кассан придет за ним по пятам более чем с пятью сотнями оруженосцев. Оказаться вынужденным самому расправиться с королем было бы не самым оптимальным решением с точки зрения Кассана, но с точки зрения Варнейтуса это сработало бы просто отлично. На самом деле, если бы Трайсу и Шэйхана прибыли, пока Кассан все еще находился в процессе завершения убийства, было бы еще лучше. Несмотря на численное превосходство над силами Трайсу, по крайней мере, некоторые из них сбежали бы со своей собственной версией того, что произошло, и вероятность гражданской войны в Сотойи резко возросла бы, если бы это произошло.

- А если они убедят их бежать до того, как Трарам доберется туда?

Технически это был вопрос, хотя тон Сардора звучал как утверждение, и Варнейтус оскалил на него зубы.

- Как только они начнут выезжать из этого домика, я активирую кейрсэлхейн, - мрачно подтвердил он. - Это будет не так чисто, как мы хотели, и я знаю, что это предупредит их, что кто-то хотел использовать искусство, но, похоже, Брейас уже сделал это, будь он проклят! И, по крайней мере, это тоже будет окончательно, клянусь черными глазами Карнэйдосы!

***

Кассан Эксхаммер посмотрел на безоблачное голубое небо, щурясь на солнце. Лето, возможно, переходило в осень, но у него было еще по крайней мере десять, возможно, даже одиннадцать часов дневного света, размышлял он. На самом деле это было хорошо, почти идеально.

Впереди него сэр Гарман Стоунблейд, его старший оруженосец, поднял руку, давая сигнал к очередной остановке. Кассан начал отменять команду, но остановил себя. Они были в седле уже почти две недели, преследуя "неизвестных всадников", которые решили пересечь его земли без разрешения. Путешествие было долгим и трудным, даже для кавалеристов сотойи, но они неуклонно набирали обороты. Он принял это во внимание, когда рассчитывал время своего "обнаружения" наемников Артнара, хотя на самом деле это никогда бы не помогло застать их врасплох вдалеке от их цели, но сейчас время было еще более критичным. Они должны были поймать убийц с поличным или, по крайней мере, догнать их на земле, прежде чем они смогут сбежать. Но даже в этом случае Стоунблейд был прав, периодически давая лошадям отдых; впереди у них было еще по крайней мере два часа тяжелой езды, и последнее, что им было нужно, - это прибыть со своими лошадьми, слишком измотанными, чтобы выполнить свою миссию.

Что не было бы проблемой, если бы у меня было несколько проклятых всадников ветра, которым я действительно мог доверять, с горечью подумал барон.

Среди его вассалов и оруженосцев было гораздо меньше всадников ветра, чем могло бы претендовать большинство других баронов, и особенно этот ублюдок Теллиан! Это всегда было больным вопросом, еще одним углем в огне его негодования и амбиций. Но были времена, когда это могло быть и преимуществом, напомнил он себе, и правда заключалась в том, что это был один из таких случаев, нравилось ему это или нет. Ни один скакун не был ничьим вассалом. Они могли привязаться к кому-то, кто был таким, и разделить верность своего наездника из вторых рук, так сказать, но сами они были обязаны повиноваться только своим табунным жеребцам... а табунные жеребцы были обязаны повиноваться только короне. Он не смог бы взять с собой всадника ветра на эту миссию, даже если бы у него был такой, чтобы взять его с собой.

Кстати, об этом...

Он обменялся быстрым, многозначительным взглядом с Тармаком Дирксоном, своим личным оруженосцем, затем рысью подошел к Стоунблейду, прежде чем спешиться и жестом пригласил сэра Кэйлэндроса Хорсмастера присоединиться к ним. Оба его капитана были типичными сотойи, высокими для людей, со светлыми волосами и голубыми глазами. Стоунблейд был на двенадцать лет старше Хорсмастера, и его борода начала седеть, хотя это было трудно разглядеть на таком светлом фоне. Хорсмастер был немного более выносливым, чем Стоунблейд, и, возможно, немного более безжалостным. Оба были очень компетентны, иначе они не удержали бы свои позиции, но у Стоунблейда был лучший глаз, когда дело доходило до подбора тактики к местности.

- Да, милорд? - сказал Хорсмастер, натягивая поводья рядом с Кассаном и Стоунблейдом и сам спрыгивая с седла.

- У меня плохое предчувствие по этому поводу, - прорычал Кассан.

- Милорд? - На этот раз это был Стоунблейд, и его глаза были прикрыты, но задумчивы, когда он смотрел на своего барона.

- Все, что нам нужно было для начала, когда мы впервые поняли, что организованная группа всадников пересекает границу, - это гонец из Нэхфэйласа, - ответил Кассан. Он не видел причин запутывать проблему, упоминая, что гонец, который принес известие о "неизвестной компании наемников", просочившейся через Нэхфэйлас, был послан по его собственному приказу. - Я был бы намного счастливее, если бы у нас было достаточно предупреждения, чтобы действительно перехватить их к югу от Торамоса, но нет смысла плакать из-за пролитого молока, и, по крайней мере, наши разведчики напали на их след, пока он был еще достаточно свежим. Тем не менее, все, что у нас было с тех пор, - это следы, следы там, где их не должно было быть, от людей, которые, черт возьми, не спрашивали разрешения на вторжение на наши земли. Но теперь... - Он пожал плечами. - Вы понимаете, куда, похоже, направляются эти люди, кем бы они ни были?

- В Уэст-Райдинг, милорд, - немного деликатно сказал Хорсмастер, и по выражениям их лиц было очевидно, что ни он, ни Стоунблейд не были особенно воодушевлены идеей пересечь границу и оказаться в компании самого злейшего врага их барона.

Что они и сделали поздним утром... и без оповещения таинственных всадников, которых они преследовали. Ни один из них не был знаком с рельефом местности в Райдинге Теллиана Боумастера, но пограничные знаки были хорошо видны еще до того, как они пересекли главную дорогу на полпути между Мэгдэйласом и рекой Спиар, и они чувствовали себя далеко от дома и в опасном положении. Единственной хорошей новостью, насколько они были обеспокоены, было то, что те, за кем они следовали, взяли за правило избегать деревень и городов, выбирая маршрут через обширную, пустую Равнину Ветров, где ни один человеческий глаз не заметил бы их прохождения. Это был еще один признак того, что они замышляли что-то недоброе, но капитаны Кассана тоже явно были счастливы избежать