День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Промчавшийся с грохотом над лесом вертолет заставил разведчиков вновь укрыться под кронами деревьев. Японский геликоптер сделал несколько кругов над местом боя, и его пилоты тщетно вглядывались в экран тепловизора, пытаясь понять, что происходит внутри. Сплетавшиеся в сплошной шатер разлапистые ветви елей и сосен делали даже самую надежную и точную технику бесполезной рухлядью, и новейший ОН-1 «Ниндзя», гордость авиационной промышленности страны восходящего солнца, покружившись еще несколько минут, лег на обратный курс, возвращаясь на базу.

— Идем! — Бурцев, «отлипая» от ствола могучей сосны, жестом дал команду укрывшемуся рядом Стешину, и, вешая на плечо АКМ, зашагал по лесу. — До линии фронта всего ничего, через сутки выйдем к своим, если только по пути ни на кого не нарвемся!

Разведчики двинулись на юг, время от времени оборачиваясь, чтобы увидеть даже сквозь кроны деревьев столб черного дыма, взвившийся над сопками. Порой проникавший в дебри ветерок доносил до них запах гари. Японцы уничтожали следы преступления, воспользовавшись огнем, как самым верным способом скрыть дела своих рук. Капитан Канимицу, вместо победных реляций дождавшийся донесения о гибели целого отделения, пришел в бешенство, скрывая за этим свой страх неминуемого наказания. Рейд, призванный внушить страх местным жителям, обернулся настоящим разгромом. Но вопреки его ожиданиям, командующий японским экспедиционным корпусом не обратил на провал никакого внимания, поглощенный приготовлениям к более масштабным событиям. Затянувшемуся затишью на Камчатке вскоре предстояло оборваться грохотом канонады. Внезапная помощь сместила хрупкое равновесие сил, и этим следовало воспользоваться немедленно, поставив точку в долгом споре. Но двое разведчиков, даже не догадывавшихся о том, что происходило буквально рядом, продолжали размерено шагать по дебрям, считая оставшиеся до цели версты.

Глава 4

15 июня

Сидение под Алексеем Басовым провалилось вниз, когда самолет угодил в очередную воздушную яму. Полковник устало выругался, без удовольствия и особой изобретательности. Ему, привыкшему к тесноте боевого отделения танка, к оглушительному реву дизеля за спиной, к качке и тряске мчавшейся по бездорожью на максимальной скорости многотонной боевой машины, перелет давался намного легче, чем большинству из шестидесяти человек, находившихся сейчас в грузовом отсеке транспортного Ан-12БК. Отыскав взглядом в полумраке, едва рассеиваемом скупым светом, проникавшим сквозь крохотные иллюминаторы, лица своих бойцов, сидевших на вытянутых вдоль бортов длинных скамьях, офицер увидел, как они побледнели. Некоторые с трудом сдерживали рвотные позывы.

Самому Басову не мешали ни наполнявший просторный отсек мерный гул четырех турбовинтовых двигателей АИ-20М, уверено тащивших Ан-12 на север над волнами Охотского моря, ни резкий запах авиационного топлива. Только при мысли о том, что под ногами не твердая земля, а несколько тысяч метров наполненной воздушными потоками пустоты, Алексею становилось не по себе. Он, привыкший уверенно стоять на земле, всякий раз чувствовал тревогу, поднимаясь на борт самолета, поскольку понимал, что техника ненадежна. Правда, сейчас, если в воздухе случится нештатная ситуация, шанс остаться в живых есть, благо, на спине и животе вздули парашютные ранцы, наполненные прочнейшим шелком.

В прочем, подумал Басов, даже если удастся покинуть падающий самолет, приземлившись в ледяную воду, это лишь отсрочит неизбежное на пару минут, из быстрой сделав смерть мучительной. С другой стороны, на нем достаточно много металла, чтобы не задержаться на поверхности дольше пары секунд. И если от автомата еще можно быстро избавиться, то набитые в подсумки разгрузочного жилета магазины и ручные гранаты послужат превосходным грузилом, мгновенно утягивая тело в ледяную пучину.

Открылась дверь кабины пилотов, и высунувшийся в проем бортинженер, стащив со вспотевшей головы шлемофон, прокричал в сумрак отсека:

— Приготовились, мужики! Высадка через десять минут!

Басов, услышав это, встал, пошире расставив ноги и придав телу необходимую устойчивость, и, напрягая и без того сорванные связки, гаркнул:

— Проснулись все, бойцы! Проверить снаряжение. Японцы наступают на Петропавловск. Местные «самооборонщики» держатся из последних сил, и им нужно помочь, иначе оборона рухнет, и полуостров окажется в руках врага целиком. Мы высадимся у «косых» в тылу. Возможно, сразу после приземления придется вступить в бой.

В рядах сидевших плечо к плечу десантников возникло какое-то шевеление. Бойцы, большинство из которых совершили свой первый прыжок с парашютом несколько дней назад, с волнением переглядывались, а их пальцы автоматически пробегали по лямкам и ремням, плотно опутывавшим затянутые в зимний камуфляж тела.

Внезапно пол кабины ушел из-под ног Басова, с трудом удержавшего равновесие. Самолет резко накренился на правый борт, и, судя по тому, как заложило уши у полковника, начал быстро снижаться. Отовсюду донесся мат, но не злой, а испуганный.

— Спокойно! — Басов рыкнул так, что его голос перекрыл рокот моторов. — Без паники!

Самолет вздрогнул, словно кто-то ударил по нему гигантской кувалдой, и рухнул вниз. Алексей, заваливаясь на спину, растянулся на полу отсека, и сверху на него повалилось грузное тело кого-то из солдат. В этот момент из кабины выскочил пилот, и, вращая выпученными глазами, закричал:

— Приготовиться к десантированию! В воздухе — японские истребители! Наш эскорт уже вязан боем!

Басов ухватил летчика за локоть, рывком притянув к себе и крикнув тому прямо в лицо:

— Мы сейчас где?

— До береговой черты меньше пяти верст.

— Мать твою, ты нас, что, в море сбрасывать собрался?!

Ничего не ответив, пилот небрежно стряхнул с себя руку полковника, рысцой убежав обратно в кабину. В обоих бортах «антонова» открылись люки, у которых выстроились вереницей десантники. Басов услышал, как стоящий перед ним солдат, пацан лет восемнадцати на вид, и хорошо, если не моложе, громко зашептал:

— Господи, спаси, сохрани и помилуй меня!

— Все будет хорошо, боец, — полковник похлопал мальчишку по плечу. — Главное, не забудь вовремя дернуть кольцо и при приземлении не растеряйся, ноги береги!

Один из членов экипажа, пробежав по отсеку, прокричал:

— Выгребайтесь отсюда живее, вашу мать! Пошли, пошли, мужики! «Косой» на хвосте! Сейчас всем хана будет!

Один за другим десантники выталкивали свои тела через довольно узкий проем люка, исчезая в растекшихся за бортом облаках. Кто-то бессвязно кричал, другие матерились, и лишь некоторые покидали атакованный Ан-12 молча, закусив губу от напряжения.