Циклы 'Антимир-Восточный конвой-отдельные романы.Компиляция.Книги 15. Романы-16 - Владимир Дмитриевич Михайлов

все, кого подобная проблематика может интересовать, приложат — и уже прилагают, надо думать, все усилия для того, чтобы максимально войти в курс дела, а при малейшей возможности и перехватить у нас инициативу. Вы ведь понимаете: тот, кто овладевает этой идеей, на неопределенно продолжительное время захватывает мировой рынок.

Похоже, на сей счет ни у кого из нас не возникло сомнений.

— И вот мы пришли к вам, чтобы спросить: по вашему мнению, если человек, так сказать, необычно исчез — не может ли это привести к нежелательным последствиям — в плане моего доклада?

И в этом тоже у нас разногласий не было. Так что Тигр выразил общую мысль, когда сказал:

— Безусловно, может.

— Вот почему мы просим вашей… вашего сотрудничества.

Привычно поскребя пятерней лысый затылок, Тигр Подземелья проговорил:

— Ах, вот как. Исчезнуть всерьез в дни самых горячих дел, поездок, встреч, обещаний, переговоров, компромиссов, хитрых ходов, о которых акционеры новой компании, как правило, ничего не знают, но без чего создание ни одной фирмы, даже и меньшего масштаба, не обходится, — да, это действительно выглядит серьезным делом. Однако не имеющим к нашему Институту ровно никакого отношения. Мы не занимались ни политикой, ни экономикой. Наукой, только наукой.

Генерал изобразил улыбку и возразил:

— Разве? В таком случае, ошиблись наши сотрудники, докладывавшие мне, что вы, кроме чистой науки, занимаетесь и операциями предупреждения — назовем их так, и получением различной современной информации — не исторической и не футурологической. Я не прав?

Я подумал, что он нашел очень изящный эвфемизм для слова «шпионаж». Но тут генерал был и в самом деле не прав: этим мы не занимались, поскольку никто еще не успел нам этого предложить. Асунин же, не дожидаясь ответа, продолжал:

— Пока что из этого факта не возникло ни сенсации, ни паники; но счет идет буквально на дни. А между тем — приоткрою тайну — вы были совершенно правы: уже подписаны некоторые протоколы, идет обсуждение условий нескольких сделок, по сути — экспансия на мировой рынок уже начата, готова к регистрации компания, недавно возникшая, которая будет заниматься всеми этими делами. Мы ведь до последних дней были совершенно уверены в благополучном исходе, и все говорило об этом. Но сейчас… Не то, что провал, но даже малейшая заминка приведет к срыву всей, так сказать, операции. Мы откатимся на исходные; а тут время играет решающую роль: не сделаем мы сегодня — завтра то же самое сделают другие. Тем более что уже закуплено оборудование, уже идет монтаж, и то, что мы называем Головным институтом Груздя, на самом деле является первым заводом, который будет выпускать такую продукцию.

На этот раз паузу он держал почти полминуты. Потом Пещерный Лев спросил:

— Однако, насколько можно судить по информации, с Груздем не произошло ничего особенного? Вы сказали — он исчез. Но в таком случае при чем тут мы? Исчез — ищите с милицией…

— По-моему, речь не идет об исчезновении, а просто — он захворал. Легкое простудное заболевание, — я тут же воспользовался случаем, чтобы вставить словечко. — Слышал краем уха. По радио.

— Это манная каша для массовой информации, — пробормотал Висячий Замок. — Как всегда.

— Вот именно, — подтвердил генерал. — На самом деле он исчез. И, судя по всему, всерьез — и не совсем естественным путем. Сейчас поясню. Истинная картина такова. После нормального дня Груздь лег спать у себя на даче. И вечером, и ночью, и утром все было — по всем признакам — в полном порядке. В полнейшем. Не установлено ни единого постороннего лица в радиусе безопасности. Уровень излучений, полей, состав воздуха, пища — все замерялось и проверялось непрерывно, как полагается. Там, конечно, есть всякое… но ничего такого, что имело бы значение для данного эпизода. Ни единой аномалии. Но его нет. Только тело. Вы уже поняли, я полагаю? Он уснул — и вот уже трое суток не просыпается.

— Как вы, собственно, узнали об этом?

— Н-ну… Я предпочел бы…

Секреты, секреты… Вечные секреты даже от своих. Тьфу.

— Когда это случилось? — спросил я.

— Объявили лишь на третьи сутки. То есть сегодня ранним утром.

— Как мыслят специалисты? Медики, не ваши.

— Глубокая летаргия.

— А предпосылки были?

— Никаких.

— Где сейчас тело?

— В клинике, какая ему полагается. Сперва там, на даче, медики решили, что он просто переутомился, пусть, мол, отоспится. И только на вторые сутки забеспокоились. Стали пытаться разбудить — но без всякого результата. Тогда обратились к нам.

— Ну и слава Спящему, — пробормотал Борич. — Не то добудились бы и до необратимого результата.

— Анализ охраны и всех прикосновенных к делу лиц? — поинтересовался Пещерный Лев.

— Ну, что касается государственных служб и методов, — ответил генерал, — то, могу заверить, все сделано по высшему уровню. Дело в другом. По вашему мнению, по имеющемуся опыту, — там, в этом самом пространстве, может быть применено к… находящемуся там… Не знаю, как принято у вас их называть… к нему может быть применено насилие? Его можно, например, похитить?

— То есть, — медленно, как бы ощупывая каждое слово, проговорил Висячий Замок, — вы предполагаете, что его могли похитить?

— Учитываем такую возможность. В свете уже сказанного. Может?

— Применено насилие? — повторил Тигр. — Да. Может. Вплоть до убийства.

Казалось, этому генерал удивился:

— Но ведь он же, по сути, в это время находится здесь. И поверьте мне, он очень тщательно охраняется. Настолько тщательно, что к нему не может быть допущен даже ни один из вас. Не обижайтесь, но…

— Здесь вы охраняете тело, — поправил генерала Жокей Мысли. — И если его уничтожить, то дух лишится возможности вернуться в свою плоть, значительно усложнится связь с ним — но там, в Пространстве Сна, он будет по-прежнему существовать. Но если его убивают там…

— Разве дух можно убить? Хотя…

— Ну, тут есть некоторая путаница терминологии. В нашем понимании убийство — это резкое снижение энергетики духа, при котором он больше не может проявлять активности в том уровне, в котором находился, и перебрасывается в другой — весьма отдаленный. Возможность самостоятельно восстановить энергетический уровень практически равна нулю, хотя при активной помощи со стороны это реально. Если такое воздействие повторяется, человека забрасывает еще дальше. И наконец, после третьего он попадает в место, где восстановление энергетики вообще невозможно, и там начинается его медленное рассеяние. Правда, опять-таки не во всех случаях. Вообще в Пространстве Сна нет незыблемых законов — они так же изменчивы, как само Пространство, а точнее — в каждом континууме действуют свои правила существования, континуумов же, макроконов, как мы