Цереус - Елена Акимова

Девушка подошла к мачте и улыбнулась солнцу. Вдруг яхта медленно заскользила по волнам. Ее золотые волосы развивались ветром. Что-то заставило ее вздрогнуть, и она повернулась.

Давид снова посмотрел на подозрительных людей, заметив, как один из них посмотрел на руку, где размещались часы. Давид все понял. Кто-то пытался навредить или ограбить яхту, а возможно и взорвать.

Он вскочил с места и рванулся к причалу. Доски на помосте тряслись и скрипели под его ногами. Он прыгнул с причала на палубу, ловко, как большая гибкая кошка. Давид бежал к девушке. В два шага и он был подле нее. Давид сбил ее с ног, схватив за талию. Они вместе повалились в воду. Лаура не поняла, что произошло, и потеряла сознания, случайно ударившись головой о воду. И в этот момент произошел хлопок. Часть яхты вспыхнула пламенем.

Держа ее за талию, он плыл, быстро, как мог. Он старался заплыть за скалу. Между двух утесов находился грот, там и хотел пока укрыться. Давид с трудом плыл к берегу, чтобы спрятаться от этого кошмара.

Он вытащил ее из воды на песок. Она дышала и это уже его радовало. Давид встряхнул с волос воду и посмотрел в сторону яхты. Она проплыла еще метр. И, вдруг, с грохотом взорвалась.

Давид перевел взгляд на девочку и с ужасом снова посмотрел на огонь. С этого места надо уезжать как можно быстрее. Он не хотел встречаться с полицией и вообще привлекать к себе внимания. Вспоминая разъяренного отца, Давид принял решение поскорее покинуть пляж и увести девочку к себе.

Сначала появился дымок, и почти сразу последовал оглушительный взрыв, рассекая небо в ярко-красное пламя.

Виктория и Александр выскочили из «Джипа», застыли в ужасе. Их лица были прикованы к яркому пламени. Яхта скользила оставляя, только горящее пятно на воде, и черный густой дым на фоне голубооко неба.

Александр посмотрел на бледное лицо жены и закрыл глаза.

— Это сумасшедшая взорвала яхту? — Спросил Алекс.

— Только бы их там не было, — на лице Вики был страх и ужас от увиденного. От мысли, что она снова потеряла дочь, ее начало лихорадить.

— Лаура! — Закричал Дмитрий. Он выскочил из-за склона к ним и, схватившись за голову заметался по пляжу. — Алина!

— Нет, — зашептали губы Виктории. — Нет, нет, нет.

— Она была там, — Дмитрий присел на песок, охватив колени руками, — она была там, это я ее убил! Это я виноват, что привез ее сюда!

Виктория хотела броситься в море, но Сафин перехватил ее. Он начал отдавать команды подбежавшим охранникам. Молодые парни принялись помогать спасателям.

26 глава

Девушка открыла глаза и зажмурилась от яркого солнца. В глаза бросилась золотая сверкающая цепочка и медальон из аквамарина. Ее взгляд обратился на загорелую обнаженную мужскую грудь, скользнула выше и устремилась на потрясающи — красивое лицо юноши.

— Слава Богу, с тобой все в порядке, — улыбнулся Давид, склонившись над девушкой. Она смотрела на его мышцы плеч, сильные руки и, приподняв голову, обвела взглядом комнату. Комната удивила девушку своим необыкновенно голубым цветом, из-за чего она казалась прозрачной. Из окна было видно море и порт, а посередине зала стоял ослепительно-белый рояль. Она лежала на водяном матрасе, на шелковой простыне.

— Тебе принести воды? — Давид поднялся. Она проследила за ним и подтянула к подбородку шелковое покрывало цвета шампанского. Девушка, вдруг почувствовала, что на ней нет одежды. От мысли, что она обнаженная, в незнакомой комнате с неизвестным парнем, ей стало страшно. Давид повернулся и протянул ей стакан с водой.

— Это ты раздел меня? — Она потянулась за стаканом. Их пальцы соприкоснулись. Давид вдруг вздрогнул и поднял на ее глаза. Девушка тоже посмотрела на него, почувствовав, как растворятся в его зеленых глазах. Давид улыбнулся и отпустил стакан. Она с жадностью поднесла стакан к губам. Ей хотелось скрыть свое лицо за ободком стакана.

— Да. — Давид увидел, как девушка залилась краской, — но старался не смотреть на тебя. Мне не хотелось, чтобы ты замерзла и простыла. Он присел на край кровати и провел рукой по ее щеке.

— Наверное, я должна сказать «спасибо».

— Наверное, — согласился Давид. Он взял стакан с ее рук и поставил его пол. Он смотрел на ее невинные голубые глаза. Давид, чувствовал, что от его взгляда она смутилась и напряглась, как струна.

— Как тебя зовут? — Давид улыбнулся.

— Лаура, — тихо прошептала девочка.

— Меня Давид.

— Спасибо, что спас мне жизнь.

Они смотрели друг на друга. Молчание длилось недолго.

— Я должен тебе сказать, что я никогда не видел девушки красивей тебя! Твои глаза и губы, они, как сладкий мед. — Давид говорил тихо, продолжая не сводить с девушки своего магнитного взгляда. — Я не могу не смотреть на тебя.

Его пальцы коснулись тонкой коже на шее, они продвигались к затылку и уже запутались в струящемся каскаде золотых волос. Его руки дарили тысячи приятных и незнакомых ощущений.

— На яхте больше никого не было? — Девочка отвернулась, хотя ей было тяжело оторваться от красивого лица.

— Ты имеешь виду Дмитрия? — Давид, заметил, при упоминание имени парня, ее лицо приобрело более спокойный вид, и появилась улыбка. Она кивнула.

— Да, — она пожала плечиками.

— Нет, я успел увидеть тебя, только тебя.

— Ты знаком с Димой?

— Дмитрий мой двоюродный брат. Не знал, что у Димы такая красивая подружка. — В его голосе было разочарование.

— Мы друзья, — она улыбнулась. В ее голосе не было и намека на непристойность.

Лаура совсем успокоилась и снова посмотрела на Давида, уже не как испуганный зайчик. Она напомнила парню ангела, что рисуют в детских книгах, в золотом свечении с загадочными голубыми глазами. Давид вдруг так сильно захотелось завладеть этим робким, добрым, милым созданием. Ему захотелось, чтобы она принадлежала только ему, он хотел завладеть ее мыслями, умом, сердцем, ее прекрасным телом. Целовать каждую клеточку ее тоненькой прозрачной кожи. Он улыбнулся одной из самых обольстительных улыбок и склонил голову на бок. Лаура смотрела не него, так словно его глаза разговаривали и переливали в нее свою спокойную и уверенную красоту.

— Ты не должен был меня раздевать, — тихо произнесла девочка. — Это неприлично, так нельзя делать.

— Я бы никогда не сделал того, что тебе было бы неприятно.

Он поднялся с кровати и отошел к деревянному комоду. Давид скрестил на груди руки, и изучающий взгляд обратился на Лауру. Он рассматривал ее, словно дорогую и роскошную куклу. Под его взглядом мягких, магических глаз Лаура вновь почувствовала, что заливается краской.