Цереус - Елена Акимова

Виктория быстро приняла душ, накинула легкий сарафан, сандалии и спустилась к мужу.

— Доброе утро, — она прикоснулась к его щеке и присела рядом.

— Привет, — он посмотрел на нее и взял ее руку в свою. — Ты очень бледная, тебя, что-то тревожит?

— Нет, — Вика попыталась улыбнуться, но, что-то плохо у нее это получалось, и она отвернулась. — Все хорошо. Алекс, мне не нравятся люди, которые постоянно следят за каждым моим шагом.

— Это для твоей же безопасности.

— Я могу и сама позаботиться о себе. — Она убрала руку.

— Привет мамочка, — Давид подошел к Вике. Он обнял ее за плечи, наклонился, поцеловав в щеку.

— Привет дорогой, позавтракаешь с нами? — Вика взяла его руку в свою.

— Нет, он не позавтракает с нами, — прогремел Александр.

— Что опять между вами? — Виктория схватилась за голову.

— Я запретил Давиду появляться в этом доме! — Александр поднялся из-за стола.

— Я пришел к своей матери.

— Алекс, что случилось? — Спокойно спросила Вика.

— А ты еще ничего не знаешь? Ты не читала газет о своем сыночке? Этот ловелас заляпал в грязи мою фамилию, да и имидж «Палитры» страдает от его любовных похождений.

— Давид, — Виктория повернулась к юноше. Он стоял, опустив голову. — Что ты мог такое сделать, чтобы так разгневать отца?

— Ну, расскажи своей мамочке, какой ты «хороший» сынок.

— Давид, — потребовал голос Вики. Он посмотрел в ее уставшие глаза. Сын не хотел огорчать и мучить ее своими проблемами, и промолчал. Тишину нарушила телефонная трель. Виктория вздрогнула, так как звонок сработал в ее руке.

— Алло, — испуганно посмотрела на мужа, но тут же отвернулась.

— Привет, дорогая, я, чувствуя, как сильно ты соскучилась по мне, — в трубке был его приятный наигранный голос. Сердце сжалось в комок.

— Как ваши дела? — Вика поднялась из-за стола.

— Да, говори, я хочу слышать твой голос. Ты не одна?

— Нет, — Вика отошла от стола.

— Я больше ни хочу ждать! — Потребовал голос, — Я не могу без тебя.

Виктория закрыла глаза, стараясь подавить в себе дрожь и страх.

— Не молчи! — Закричал он.

— Да, я все слышу! — Вика вздрогнула.

— Сегодня, ты приедешь в дом, где вы жили со своей сестрой. Я знаю, где твоя дочь! Я верну тебе ее, но только при одном условии, ты станешь моей! Ты все поняла?

— Да, я смогу сегодня, — Вика украдкой взглянула на мужа и снова отвернулась.

— Послушай ее голос, — говорил Маслов, — ей здесь пять лет.

«Я не хочу эту куклу, я просила щенка».

Вика закрыла глаза, боясь даже пошевелиться, словно ее ноги парализовали, даже из тысячи, она смогла бы узнать голос дочери. Вика впала в оцепенении.

— Будь умницей Виктория, приезжай ко мне, если, ты не хочешь, чтобы я причинил ей вреда!

— Нет, — прошептала Вика, чувствуя, что теряет голос.

— До встречи, моя Королева. Одно, маленькое условие, если ты приведешь «Хвост», к примеру, своего смазливого щенка, мне придется распрощаться с твоей куколкой доченькой. А заодно и с твоим красавчиком сыночком, с ним я позже поквитаюсь.

— Я приеду одна! Я же все сказала. Никто не должен пострадать!

— Я люблю тебя, моя Виктория, ты, так добра! Я хочу, чтобы ты говорила мне о своей любви сегодня весь вечер! До скорого.

Вика еще долго слушала отбойные гудки в трубке. Она посмотрела на мужа, но казалось, он ничего не заподозрил и спокойно допивал свой кофе. Давид дотронулся до плеча и Вика вздрогнула.

— Все в порядке, мама?

— Да.

— Ты выглядишь очень взволновано.

— Со мной все хорошо.

— Ты уже все вещи собрал? — Александр отбросил салфетку на стол и поднялся.

— Алекс, может, ты ошибаешься в своих обвинениях к Давиду? — Виктория подошла к мужу, чувствуя, как внутри ее трясет мелкой дрожью.

— А ты его послушай, — Алекс указал на Давида. — Ну, расскажи, как ты лазаешь по окнам к замужним девкам. Расскажи о своих порочных отношениях с этой искательницей богатых наследников.

— Она не такая! — Заступился Давид за любимую, — Эта девушка, прекрасный человек и талантливый работник!

— Ее талант в поисках урвать по-больше куш! Пусть благодарит Бога, что во время уехала из города, я бы ей предписал статью о растлении несовершеннолетних.

— Отец, ты забываешь, мне уже восемнадцать лет! И все, в чем ты обвиняешь эту девушку — ложь! Ты, просто нашел повод выкинуть меня из дома.

— Ты переступил все границы!

— Да ты просто всегда ненавидел меня!

— Прекратите, — закричала Вика, — замолчите. Вы оба! Я устала от того, что ты Алекс на протяжении всех этих лет ведешь себя, как обиженный ребенок. А ты, Давид, вначале подумай, перед тем, как совершать какой-нибудь поступок или, что-либо говорить.

Виктории надоели их бесконечные перепалки. Это все ей казалось столь мелочным и ненужным. Она посмотрела на мужа, а потом на сына, давая понять им, что они не правы в своих спорах и жизнь содержит более глубокий смысл.

— Неужели, вы не чувствуете, что жизнь такая короткая. — Она вдруг задумалась, продолжая держать в сознание угрозы Маслова. Сердце болело от страха; мысли о предстоящей встречи наводили ужас в ее теле. Она снова посмотрела на родных, подумав, что возможно видит их последний раз.

— Мы, должны, беречь друг друга, мы одна семья! Все, что нас связывает вместе — это любовь и терпение, которое мы должны хоть немного проявлять в своих делах. Нашу семью спасет только любовь, а она проявляется в жертвенности во всем. Пожертвовать себя ради другого, разве это не лучшее, что есть в человеке. Пусть даже ценой своей жизни, но без этого мы ни научимся любить и хоть немного терпеть недостатки своих близких.

Виктория оставила стоять их у столика и направилась в дом. Взяв ключи от машины, она сжала их в руке и посмотрела на часы. Вика давно не ездила сама, но сегодня ей предстоит нелегкая дорога, из которой победителем выйдет сильнейший. Если бы только можно было все рассказать Александру, но страх за их жизни был сильнее.

Она направилась к парковочной стоянке и подошла к «Мерседесу». Давид подошел к ней и Вика вздрогнула. Он открыл дверцу.

— Мама, ты давно не садилась за руль.

— Я справлюсь, — она улыбнулась.

— Куда ты поедешь? — Давид беспокоился.

— На работу. Я скоро вернусь.

— Я могу поехать с тобой.

— Я хочу побыть одна, — Вика с нежностью смотрела на сына, — я не сержусь на тебя, но после, того как не стало Валерии, мне тяжело, думать о ссорах, которые происходят между вами с Алексом. Попробуйте научиться искать мир. Я люблю тебя!

— Я тоже люблю тебя! — Давид обнял ее.