За гранью долга - Василий Горь

Решив, что сюзерену виднее, Ромерс положил ладонь на рукоять топора, слегка согнул колени, приготовился к схватке и… с удивлением увидел легкую улыбку, появившуюся на лице стоящего рядом Утерса.

"Опасности нет". "Жди"… — жестами показал граф. И добавил: "Тихо"…

Озадаченно посмотрев на сюзерена, Томас убрал руку с топорища и превратился в слух.

Ждать пришлось недолго. Минут пять. А потом из-за поворота тропы послышался звук чьих-то шагов.

— Ну, и куда это мы собрались, ваше высочество? — выждав еще несколько мгновений, громко поинтересовался Утерс-младший. И раздраженно рявкнул: — Гонта! Ты что, не расслышал моего приказа?

— Он не при чем, Ронни! Если я не хочу, то остановить меня почти невозможно… — выйдя из-за скалы, буркнул принц Вальдар. — Вернее, можно, но только применив силу… В общем, Гонта решил, что… Короче, я требую, чтобы вы взяли меня с собой…

— Нет. Это исключено… — отрицательно мотнув головой, буркнул граф Вэлш. — Вы должны оставаться в нашем замке до тех пор, пока его величество не решит, что опасность для вашей жизни миновала.

— Ронни! Я — взрослый мужчина и могу сам распоряжаться своей судьбой… — возмутился наследник престола.

В глазах Утерса-младшего мелькнуло что-то, похожее на боль:

— Ваше высочество! Вам не кажется, что вы забываете про нечто важное? Про ваш долг перед королевством? — холодно поинтересовался юноша. — Не думал, что мне придется о нем напоминать. Вы — единственный наследник престола. И не имеете права рисковать своей жизнью. Ваш отец отправил вас под охрану наших воинов не просто так. У него наверняка были очень веские причины. Поэтому… возвращайтесь в замок, Ваше высочество!

Вальдар заскрипел зубами, с хрустом сжал кулаки, и, уставившись в глаза графа, зарычал:

— Я ненавижу слово "долг"! Я не хочу возвращаться ни в какой замок! Мне надое-…

Увидев, как заледенел взгляд юноши, молча слушающего его монолог, принц прервался на полуслове, понуро опустил плечи и тяжело вздохнул:

— Ты прав, Ронни… Я должен… Удачи тебе…

— Благодарю, ваше высочество… — церемонно поклонившись, граф развернулся на месте, и, не оглядываясь, зашагал вверх по тропе.

Угрюмо посмотрев вслед уходящему юноше, принц в сердцах врезал кулаком по скале, и, поморщившись от боли в разбитом кулаке, еле слышно пробормотал:

— Настоящий Утерс… Упрям, как… его отец…

…Развилку, за которой начиналась тропа Последней Надежды, Ронни прошел, не останавливаясь. Словно не заметив. Удивленно почесав затылок, Томас нашел взглядом покрытый мхом камень, о который он споткнулся на пути к замку. Потом кусок дерна, вывернутый его сапогом. И, удостоверившись, что не ошибся, негромко поинтересовался:

— Простите, милорд! А разве тут нам не налево?

Остановившись, Утерс удивленно посмотрел на Ромерса, потом — на поворот, и, не сразу сообразив, о чем вопрос, криво усмехнулся:

— Ты, кажется, мечтал о подвигах, Том?

Ромерс почувствовал, что слегка краснеет, и, выдвинув вперед подбородок, с вызовом поинтересовался:

— А что, такая мечта недостойна мужчины?

— Ну почему… — вздохнул юноша. — Мечта как мечта. Сам мечтал о том же… Просто… Каюсь, в замке мне было не до тебя: принц Вальдар, мама, сестры, Брюзга… А потом я просто забыл, что ты не в курсе…

— В курсе чего? — переспросил Том.

— Того, куда я собрался. Короче говоря, мы не будем сворачивать на тропу Последней Надежды. Потому, что идем не в ущелье Кровинки, а в Свейрен…

— Ку-уда?

— В столицу королевства Делирия, в город Свейрен… — усмехнулся Утерс.

— Прямо так? — двумя руками оттянув от кольчуги сюрко и продемонстрировав сюзерену его герб, ошеломленно поинтересовался Ромерс.

— А что, тебе чем-то не нравится наш родовой герб? — нахмурился юноша и… расхохотался: — Шучу… Нет, конечно же, не так. Все, что необходимо для этой небольшой прогулки, мы возьмем в одном из наших схронов за Ледяным хребтом. Так что можешь не волноваться. Кстати, а тебя не беспокоит то, что мы собрались туда вдвоем?

— Нет… — отрицательно помотал головой Том. — Единственное, чего я действительно боюсь, это оказаться для вас обузой. Такой же, как во время перехода от Ледяной пещеры до долины Красной Скалы. И… еще я боюсь, что вы сейчас предложите мне вернуться обратно в замок…

— Не предложу… — вздохнул Ронни. — Во-первых, ты просился ко мне в оруженосцы не для того, чтобы сидеть в четырех стенах и любоваться на моих сестер. Во-вторых, отправить тебя обратно после того, как мы уже ушли — значит нанести ущерб твоему самолюбию, и выставить тебя в глазах окружающих трусом. На что я никогда не пойду. В-третьих, для того, чтобы осуществить задуманное, мне нужен хотя бы один напарник…

— Спасибо, милорд…

— Ты бы поступил по-другому? — удивился Утерс.

— Нет…

— Значит, благодарить меня не за что. Пошли, напарник…

…В пещере пахло псиной, кровью и тухлым мясом. Двигаясь за графом Вэлш, Том аккуратно переступал через обглоданные кости и комки свалявшейся шерсти, и прислушивался к грозному рычанию, раздающемуся из-за пределов светлого круга, выхватываемого факелом из темноты.

— Не нападут… — заметив, что он то и дело хватается за рукоять топора, буркнул Ронни. — Сейчас лето. Еды предостаточно. А от нас не чувствуется страха…

"Ну, я бы не сказал…" — подумал Ромерс и криво усмехнулся: против волчьей стаи десятка в четыре голов он чувствовал себя беззащитным.

— В этой горе — целый лабиринт. Говорят, что тут когда-то жили люди, и что в некоторых пещерах даже сохранились выбитые на стенах рисунки. Однако сам я их не видел — оба раза, когда я тут был, мы пробегали к схрону, переодевались и уходили. Эх, будь у меня свободное время, я бы с удовольствием побродил бы по этим коридорам и полюбовался бы на то, что они там накарябали…

— А мне в пещерах немного неуютно… — чуть не врезавшись головой в торчащий из стены камень, признался Томас. — Как представлю себе, что там, над головой — чудовищная толща из камня, так становится не по себе: вдруг обвал, или, скажем, землетрясение? Нас же погребет заживо…

— Скорее, расплющит, как копыто коня — выскочившую на дорогу лягушку… — ухмыльнулся Утерс. — Обвалы и землетрясения бывают достаточно редко, поэтому я о них не думаю… Есть проблемы поважнее… Кстати, все, мы добрались… Вот за этим поворотом будет лаз… На, подержи факел — я сдвину камень в сторону…

…Узкий лаз, по которому пришлось лезть на четвереньках, оказался достаточно коротким. Однако Том, очень четко представивший себе, как его придавливает потолком, выбрался из него мокрым, как мышь. И с сердцем, бешено колотящимся в грудную клетку. Кое-как успокоив дыхание, он воткнул факел в металлическое кольцо, торчащее из небольшой трещины, и, стараясь не думать о том, что эта трещина — тоже предвестник обвала, огляделся.