За гранью долга - Василий Горь

— Я против вас не злоумышлял, сир… — чувствуя, как его потихоньку охватывает ужас, выдохнул Гваал. — Я…

— Рот закрой… — рявкнул король. — И говори только тогда, когда я спрашиваю. Понял?

— Да, сир…

— Для того чтобы ты не строил никаких иллюзий, я расскажу тебе, как все было на самом деле. Ты — человек графа Орассара, а не барона Велсера. И твоей основной задачей являлось осуществление контроля над деятельностью начальника Тайной службы. В отряд, направленный им в Запруду, ты попал случайно — барон Велсер оказался настолько наивен, что не разглядел в тебе врага. Все время пребывания в крепости ты анализировал поведение десятника Бьерна и его людей, пытаясь понять, зачем барону проверять ее обороноспособность и особенно не дергался. То, что отряд послан в крепость с другой целью, ты понял слишком поздно. Тогда, когда увидел, что мои люди подают знак "пастуху". Мгновенно сообразив, чем это должно закончиться, ты, отправившись "докладывать о появлении подозрительной отары", поделился своими сомнениями с графом Шорром. Однако убедить коменданта в том, что Запруду вот-вот начнут штурмовать, не смог. И вернулся на северную стену. Предупредить защитников крепости о начале штурма тебе не удалось — мои воины не отходили от тебя ни на шаг. Зато потом ты сделал все, что мог — именно благодаря тебе мои воины не успели захватить донжон. И именно благодаря тебе вылазка Шорра к тревожному рычагу оказалась такой удачной. Знаешь, я действительно тобой восхищен — не каждый воин смог бы сражаться за своего короля, оставшись в одиночестве. И точно зная, что у него нет ни одного шанса остаться в живых. Твоя сегодняшняя попытка предупредить штурмующих Запруду воинов Правой руки о засаде тоже достойна похвалы: я уважаю бойцов, способных сражаться даже в безвыходной ситуации. Именно поэтому, повторю еще раз, я готов подарить тебе легкую смерть, если ты ответишь на мои вопросы…

— Простите, сир, вы ошибаетесь… — кое-как справившись с оцепенением, пробормотал десятник.

— В чем именно? — с интересом поинтересовался Иарус. — В деталях?

— Я не работаю на графа Орассара. Я сделал все, что мог, для того, чтобы ваша армия захватила Запруду. И не собирался предупреждать воинов сотника Лоута, и, тем более, бить вашим воинам в спину… Я шел к ним на помощь…

Дослушав объяснение до конца, король расхохотался:

— Отличная попытка, десятник! Только вот факты — упрямая вещь. Скажи, почему граф Шорр тебя не убил? Шестеро воинов, напавшие на него до тебя, и еще восемь — после, умерли. Пропустив всего по ОДНОМУ удару! А ты получил три — и жив! Отделавшись царапинами на бедре и на боку, и расколотым шлемом. Вы с Шорром отработали просто идеально — для того, чтобы догадаться, что раны, полученные от защитников донжона, смогут укрепить твою легенду, надо было быть очень неплохим стратегом. А для того, чтобы отрубить ухо в той свалке — мастером меча. Я не знаю, как ты догадался о планах графа, но потеря сознания у тебя получилась великолепно: в нее поверил даже лекарь Барсов! Впрочем, это не важно. Важно другое. То, что после "прихода в себя" ты принялся строить планы на будущее. Появление в комнате десятника Бьерна оказалось как нельзя кстати. Услышав от него о том, что в ущелье появились воины Утерса Неустрашимого, и что они обязательно попробуют отбить Запруду, ты ужаснулся: взять крепость, которую обороняет тысяча солдат, невозможно. И ты решил предупредить черно-желтых о засаде. Дождавшись, пока десятник уйдет, ты попросил одного из Снежных Барсов проводить себя во двор, якобы по нужде. И "случайно" выбросил окровавленные бинты так, чтобы они образовали какой-то знак. А потом, успокоенный, отправился спать. Ты не мог знать, что за каждым твоим шагом следят. И что бинты тут же уберут! Далее, проснувшись от звука схватки, ты расстроился, поняв, что твой знак проигнорировали. И тут же бросился на помощь. Только не к моим солдатам, как ты только что сказал, а к черно-желтым! Десятник Бьерн, который за тобой следил, вырубил тебя в десяти шагах от моих воинов. Не дав тебе врубиться в их спины. Кстати, барону Игрену ты говорил, что не знаешь, где именно в донжоне расположен вход в потерны. Однако, рванув на помощь воинам Утерса Неустрашимого, почему-то безошибочно пришел именно туда… Тебе не кажется это странным?

— Я шел на звук схватки, сир… — понимая, король все равно не поверит его объяснениям, вздохнул Вигор. — Туда, куда мог дойти…

— Что ж. Я вижу, что говорить правду ты не намерен… — Иарус Молниеносный перестал улыбаться, и положил руку на рукоять своего меча. — Твое право. Ты жил героем, и хочешь умереть им же? Так вот, тебе это не удастся. Я все равно узнаю все, что меня интересует. Просто чуть позже и из вторых рук. От моего палача, метра Джиэро. Работать с пленными он умеет, поэтому на легкую смерть можешь не рассчитывать. Да, еще: чтобы ты лучше понимал ту ситуацию, в которой оказался, сообщу пару последних новостей. Первая — утреннее нападение воинов Правой Руки отбито. Не без потерь, конечно, но крепость Запруда осталась моей. И будет моею ВСЕГДА! А во-вторых, через несколько часов мои инженеры закончат собирать осадные машины. И на рассвете мы втопчем в землю тех, кто обороняет ущелье. В общем, Элирея обречена. Так же, как и ты…

— Ну, так что ты знаешь о графе Орассаре, о Внутренней страже и системе охраны короля Вильфорда? — дождавшись, пока король закончит говорить, поинтересовался барон Игрен. И, рванув за волосы, заставил Гваала посмотреть направо. Туда, где жилистый мужчина в кожаном фартуке деловито раскладывал на столе пыточный инструмент.

— Про Тайную службу знаю! И расскажу… А про его светлость и Внутреннюю стражу не знаю ничего! — стараясь не сорваться на крик, выдохнул Вигор. — Я не лгу…

— Про Тайную службу мне не надо — все, что мне было нужно, я узнал от ее начальника. А вот про остальное… Ладно, не люблю повторяться. Шанс умереть быстро у тебя был. Ты им не воспользовался… — Иарус Молниеносный перевел взгляд на палача и приказал: — Джиэро! Лицо не порти. Я отправлю его голову барону Орассару…

Глава 35. Граф Томас Ромерс

На знак "замри" Том среагировал мгновенно. И, повинуясь жесту своего сюзерена, влип в узкую расщелину сразу же за поворотом тропы. Пытаясь понять, что могло встревожить графа в двадцати минутах ходьбы от замка Красной Скалы, в самой середине одной из самых неприступных долин королевства.

Решив, что сюзерену виднее, Ромерс положил ладонь на рукоять топора, слегка согнул колени, приготовился к схватке и… с удивлением увидел легкую улыбку, появившуюся на лице стоящего рядом Утерса.