Дитя пламени - Кейт Эллиот

— Должно быть, она так думала, — ответил тот.

— Отвечайте должным образом, перед вами принц Санглант, — резко сказал капитан Фальк. — Для вас он «ваше высочество». Он — принц королевства, сын короля Генриха.

— Ваше высочество, — усмехаясь, сказал оборванец. — Меня зовут брат Захария. — Он посмотрел на тех, кто окружал принца. Солдаты столпились вокруг, с интересом наблюдая за происходящим. Что подумал брат о его импровизированной свите, он не сказал, Санглант не мог прочесть это на его лице. Наконец Захария вновь встретился с пристальным взглядом Сангланта. — Я следовал за вами, ваше высочество.

— Это гораздо больше, чем сделала моя мать, — произнес Санглант, вкладывая в слова некий смысл, который мог понять только Хериберт, и обратился к брату. — Брат, зачем вы следовали за мной? Чего вы хотите от меня?

Захария достал грязный свиток пергамента из разбитого горшка, который свисал у него с пояса, привязанный почти истлевшей полоской кожи. Он осторожно развернул его, боясь грубого прикосновения, и показал порванный лист, испещренный числами, шифрами, диаграммами, эксцентриситетами, эпициклами и точками, словно булавочными уколами, показывающими звезды.

Санглант тотчас узнал эти каракули. Он взял у брата бумагу, даже не спросив разрешения, но человек не возражал, даже наоборот, удовлетворенно улыбнулся, что повергло в неуемное удивление солдат, столпившихся вокруг них.

— Лиат. — Санглант прижал кусок пергамента к щеке, словно эти торопливо начерченные числа и круги все еще были насыщены ее энергией, которую он хотел впитать через кожу.

— Вы знаете, кто написал эти вычисления, ваше высочество? — В голосе брата чувствовались нотки волнения.

Он вспыхнул и так быстро заморгал больным глазом, что слезы покатились по щеке.

После долгой паузы Санглант наконец опустил пергамент. Это были всего лишь знаки. Ему были известны их названия, как-то она их проговаривала, но он не знал, что они означают.

— Моя жена.

— Тогда она та, кого я ищу! — радостно вскрикнул брат. Руки немного дрожали, но он протянул их вперед, желая получить обратно свиток.

С некоторой неохотой Санглант возвратил ему пергамент.

— Вы, конечно, знаете, что с ней случилось. Ее похитили огненные дэймоны.

Солдаты слышали эту историю прежде, но волна шепота прокатилась по их рядам, когда они поняли, что принц говорит об этом так открыто. Санглант до сих пор не переставал удивляться, как они все еще путешествуют с ним, несмотря на его вызов отцу и правителю, несмотря на репутацию его жены, которую Совет Церкви обвинил в колдовстве, и она исчезла с Земли при таинственных обстоятельствах, несмотря на нечеловеческое существо, которое было кормилицей его дочери.

— Вот так. — Захария решил рассудить коз, свести их спор на нет, подтянув их за веревки поближе к столбам, за которые они были привязаны, там они успокоились и переключились на кусты ежевики. Его профиль показался Сангланту очень знакомым, но он никак не мог определиться. Видел ли он его раньше? Скорее всего, нет, но что-то необъяснимое не давало ему покоя. У брата был ястребиный нос и немного полный подбородок, что-то женское проскальзывало в этих чертах. Он был худой, как человек, который долгое время плохо питался, черные волосы были скреплены сзади. Как у хорошего брата, у него не было бороды. Он пристально смотрел ясным, открытым взглядом человека, который ничего не боится. — Вы думаете, что потеряли ее навсегда, ваше высочество?

— Я найду ее.

Захария оценил его слова, тон и наконец кивнул.

— Могу я продолжить путешествовать с вами, милорд? Вопрос был неприятен Сангланту.

— Зачем вы ищете ее?

— Только она может объяснить мне эти вычисления. Так же как и я, она стремится к тому, чтобы изучить структуру Вселенной. Она должна знать секретный язык звезд…

— Довольно! — Этот странный человек говорил, как Лиат, а этого Санглант не мог вынести. О Бог, это напомнило ему беседу между Лиат и сестрой Венией, которую он как-то подслушал: Хью умел читать и понимать ночное небо, мог вычислять траекторию луны; Хью был одержим страстью к знаниям, Санглант же — вовсе нет. Неужели Лиат предпочла бы компанию Захарии? Порой она так долго витала где-то, что не раз он задавался вопросом, замечала ли она, что ступает по земле. Быть может, больше никогда ее ноги не коснутся земли. Возможно, все тайны звезд были открыты ей в какой-нибудь далекой сфере, и ей больше не нужно возвращаться на Землю, туда, где был он.

Хериберт слегка закашлялся, и Санглант понял, что все ждут от него ответа.

— Вы можете путешествовать вместе с нами, брат, пока следуете моим распоряжениям и не причиняете никаких неприятностей.

— Я был слишком болтлив, ваше высочество, за что жестоко поплатился, — произнес он с горечью, невольно махнув рукой от пояса вниз, разрезая воздух, будто и не хотел вообще ничего показывать.

— Небольшая честная сплетня характерна для людей, привыкших к военной службе, брат, но я не допущу лжи и предательства. Но при этом никогда не наказываю тех, кто говорит правду.

— Тогда вы необычный принц, милорд.

— Да, он такой и есть, — вставил Фальк. Капитан с подозрением посматривал на брата. — Я надеюсь, вы примете на себя какую-то часть работы по лагерю?

— Я кроток, капитан, — парировал брат. — Я не боюсь трудной работы, поскольку в прошлом очень много трудился. Семь долгих лет я прожил рабом в племени куманов.

Солдаты зашептались, услышав такое хвастовство.

— Это действительно так? — потребовал ответа Санглант. — В каком племени вы были рабом и кто их вождь?

Усмешка брата, словно ястреб в полете, внезапно появилась и незаметно исчезла.

— Я шел на восток, чтобы донести свет Божий их потерянным во мраке душам. Но племя киракитов, чей символ — изогнутый рог антилопы, презрело меня. Они отдали меня племени печанеков, как часть брачного соглашения. Если хотите, я могу показать вам клеймо на спине — след от лапы снежного барса, — означающее, что я раб их главы Булкезу.

— Булкезу, — словно эхо повторил Санглант.

Захария задрожал. Даже произнесенные шепотом и так далеко, имена имели силу.

Санглант коснулся рукой шеи, почувствовав шрам от раны, которая должна была убить его, но он остался жив.

— Однажды я сражался против него, но ни один из нас не вышел победителем в той битве. — Он мрачно улыбнулся. — Я с удовольствием приму вас, брат, мне кажется, человек, переживший семь лет рабства у куманов, так легко не сдастся.

— Да, мой принц,- согласился брат.- Я надеялся, что мне удастся вымыться.

— Кто распоряжается водой, капитан?

Фальк восхищенно посмотрел на брата и обратился к принцу: