Белые пятна Великой Отечественной войны - Алексей Валерьевич Исаев

армии – 3500. К началу марта каждая из дивизий этих армий потеряла от 43 до 58 % своего личного состава. Не лучшим было положение и с боевой техникой. Например, в 48-й армии танков и самоходно-артиллерийских установок к началу операции было 127, в 5-й гвардейской танковой армии – 345. В начале февраля в 48-й армии осталось в строю только 85 боевых машин, а в 5-й гвардейской танковой армии – 155. К тому же большая часть танкового парка частей и соединений фронтов к 10 февраля полностью израсходовала свои моторесурсы – либо они были практически на исходе.

В целом успешный штурм Восточной Пруссии довольно дорого обошелся Красной армии. Так, в период с 13 января по 10 февраля санитарные потери 3-го Белорусского фронта составили 22 % от списочной численности личного состава фронта, а среднесуточные потери достигали 0,76 %. Для сравнения: в «Багратионе» среднесуточные потери 3-го Белорусского фронта не превышали 0,4 %. Наибольшие потери имели 5-я армия (44 %) и 28-я армия (37 %). В ходе дальнейших боевых действий потери оставались такими же большими. Потери 2-го Белорусского фронта с 14 января по 10 февраля составили 15,4 % от списочного состава фронта, а среднесуточные потери достигали 0,55 %. Наибольшие потери понесли 3, 48, 65 и 70-я армии (от 19,5 до 24,3 %). Всего же за 103 дня борьбы за Восточную Пруссию, с 13 января по 25 апреля 1945 года, потери советских войск составили 584 778 человек, в том числе 126 464 человек безвозвратных потерь.

Высоки были также потери бронетехники. Например, 3-й Белорусский фронт за время с 13 января по 29 марта безвозвратно потерял 1189 танков и САУ, или свыше 93 % наличия боевых машин к началу операции. 5-я гвардейская танковая армия 2-го Белорусского фронта с 17 января по 1 марта потеряла безвозвратно около 60 % боевых машин.

305-мм гаубицы обр. 1915 г. на подступах к Кёнигсбергу.

Вместе с тем Восточно-Прусскую операцию ни в коей мере нельзя отнести к успехам, достигнутым «заваливанием трупами». Основным инструментом сокрушения противника стала техника, в первую очередь – артиллерия. В какой-то мере это компенсировало низкую активность авиации. Маршал Василевский особо отметил это в своих воспоминаниях: «Замечу попутно, что Восточно-Прусская операция по расходу боеприпасов вообще не имела себе равных среди всех операций в истории войн. Два фронта получили 13,3 млн снарядов и мин, 620 млн патронов, 2,2 млн ручных гранат. Только за 13–14 января войска 3-го Белорусского фронта израсходовали более 1000 вагонов основных номенклатур боеприпасов, а войска 2-го Белорусского лишь за 14 января – свыше 950 вагонов. Всего же оба фронта израсходовали более 15 тысяч вагонов боеприпасов». Другой вопрос, что в условиях Второй мировой артиллерия не решала исход сражения, а лишь создавала условия для последующего боя пехоты.

В целом Восточная Пруссия стала гигантским «фестунгом», пожалуй, самым большим в истории Второй мировой войны. Будучи окружена и отрезана от сухопутного сообщения с остальной Германией, она тем не менее длительное время держалась в изоляции, приковывая к себе достаточно крупные силы Красной армии. Но крепость была все-таки обречена…

Численность войск 2-го и 3-го Белорусских фронтов к началу Восточно-Прусской операции.

Особенности ведения частями Красной Армии боев в городских условиях

Боевые действия в городских условиях в ходе Второй мировой войны приняли ранее невиданный размах и масштаб. Урбанизация Восточной и Западной Европы в XX столетии так или иначе заставляла противоборствующие стороны вести бои на улицах, в городских кварталах и промышленных районах крупных городов. Данный опыт в той или иной степени анализировался советскими специалистами[592]. Однако анализ этого опыта нельзя назвать всеобъемлющим. Так, в обобщающей работе полковников Н. Н. Лощагина и Б. Н. Яковлева, хотя она подготовлена уже после окончания войны, не был в полной мере учтен крайне показательный опыт Бреслау в отношении организации обороны противника. Также использовавшиеся в литературе примеры боев в городских условиях концентрировались на успешных для советских войск эпизодах. Опускались некоторые особенности хода боевых действий даже в рассматриваемых позитивных примерах. Между тем отрицательный опыт полезен с точки зрения осмысления особенностей боя в городе. В последнее время интерес к данной теме возрастает в связи с получением опыта недавних войн[593].

Типичная баррикада на улице «крепости» 1945 г. Такие укрепления собирались из деревянного каркаса с заполнением обломками зданий, песком и камнями.

Прежде всего следует сказать, что в случае с Германией в 1945 году ожесточение боев в городских условиях объяснялось двумя специфическими факторами. Во-первых, в марте 1944 года директивой Гитлера № 11 была введена практика обороны городов даже в случае их полного окружения. Директива эта, известная как приказ о «крепостях», или, если переводить буквально, об «укрепленных местах»[594]. Она предусматривала заблаговременную подготовку городов к обороне как в инженерном отношении, так и в отношении комплектования и вооружения гарнизона. Создавались штаты «крепостной» пехоты, «крепостной» артиллерии, и эти меры не оставались только на бумаге. Тем самым создавался некий костяк обороны города. Собственно, директива № 11 предполагала формирование постоянного гарнизона «крепости». Вторым действующим фактором являлось формирование с осени 1944 года в Германии батальонов так называемого «фольксштурма» из не подлежащих призыву контингентов (подростки и старики)[595]. «Фольксштурм» создавался в городах и чаще всего задействовался в их обороне с идейной индоктринацией обороны своего дома. В случае с Берлином к этим двум факторам прибавлялся фактор политического значения столицы Третьего рейха.

Особенности боев в городских условиях в Германии в 1945 году целесообразно разделить на: организацию обороны городов; основные принципы ее преодоления частями Красной армии; элементы импровизации в области средств ведения боя в городе и взаимодействие войск с оставшимся в городе населением. В качестве примеров используются эпизоды боев за города Познань, Бреслау и Берлин.

В случае с Познанью речь идет о городе, располагавшем фортификационными сооружениями специальной постройки (фортами постройки второй половины XIX века, усиленными полевой обороной и железобетонными сооружениями уже в 1944–1945 годах). В случае Бреслау бои шли в индустриальном центре Силезии (ныне польский Вроцлав) в течение длительного времени, с конца февраля по май 1945 года, что обусловило ряд специфических черт боев за этот город. Берлин представлял собой конгломерат фабричных и заводских кварталов со старой застройкой центра города и специфическими по своему назначению объектами – башнями ПВО. Во всех случаях имела место заблаговременная подготовка городов к обороне.

Чертеж одного из типичных