След менестреля - Андрей Астахов

ждали приказа. Уитанни, почуяв опасность, бросилась ко мне, но поздно – нас взяли в кольцо всадники герцога, и мы оказались на прицеле полусотни пистолей и карабинов, часть из которых наверняка заряжены серебряными пулями. И ши не помогут, их слишком мало, и вокруг них тоже люди Джарли.

Попали…

- Ну, что медлишь? – спросил я, сжимая загривок тихо рычащей Уитанни и стараясь сохранить спокойствие. – Стреляйте, свиньи. Убьете меня, убьете де Клерка, всех нас убьете – и что дальше? Ты, Джарли, даже не понимаешь, чем все это закончится. Дух Разрушения вошел в тебя, и ты закончишь так же, как король Готлих. Найдется новый бастард, который сыграет в футбол твоей отрезанной башкой. И случится это очень скоро.

- Я прикончу твою кошкобабу, - Джарли направил пистоль на прижавшуюся к моей ноге Уитанни. – А потом тебя, Кириэль. И барда прикажу прикончить. Так что решай, или ты со мной, или все вы умрете.

- Насильно мил не будешь, - я плюнул в снег. – Жалко, что хорошее дело потерпело неудачу из-за властолюбивого кретина. Вы разочаровали меня, ваша светлость.

- И меня тоже!!!

Звучный мужской голос прозвучал громко и неожиданно. Я обернулся. В полусотне метров от нас, на большом камне у края дороги стоял человек, державший в каждой руке по пистолю с зажженными фитилями. Рядом с ним стояла женщина, одетая по-мужски, в наемничьем берете и с мушкетом в руках.

- Люстерхоф! – воскликнул я.

- Он самый, приятель, - вальгардец взмахнул рукой, и из-за деревьев вдоль дороги вышли его люди, держа на прицеле своих арбалетов, самопалов и пистолей солдат Джарли. – Мы ехали следом за вами и видим, что успели вовремя. Будем стрелять, или побеседуем?

- Сначала побеседуем, - раздался женский голос, и между мной и Джарли встала фигура в плаще и капюшоне. Женщина скинула капюшон, и я узнал Алиль.

- Убери оружие, герцог, - сказала она спокойно и властно. – Не то…

Со всех сторон раздался тягучий тоскливый многоголосый вой. Лошади кавалеристов Джарли испуганно заржали, заволновались так, что всадники с трудом удерживали их. Миг спустя и люди испугались не меньше лошадей – не меньше двух дюжин гаттьен, возникших из вечернего сумрака, медленно приближались со всех сторон к отряду Джарли, беря его в кольцо.

- Убери оружие, - повторила Алиль.

Я видел, как у Джарли задергалось правое веко. Он тяжело вздохнул, покачал головой и сунул пистоль за пояс. Я почувствовал огромное облегчение.

- И что дальше? – с вызовом спросил герцог.

- Убирайся отсюда, - ответил я.

- Мы еще… - Бастард сжал кулаки, выругался и быстрым шагом подошел к своему коню, которого держал оруженосец. Вскочил на него, бросил на меня последний прощальный взгляд, полный смертельной ненависти и крикнул:

- За мной!

Мы смотрели, как колонна всадников уходит по дороге на юго-запад, в ту сторону, откуда мы шли к Волчьему Логову. Смотрели долго, настороженно, пока замыкающие колонну всадники не исчезли в морозных сумерках. А потом Алиль заговорила со мной.

- Ты нашел барда, - сказала она. – Я открою для вас портал, и ты сможешь сразу попасть в Нильгерд. Сестры Ши ждут вас.

- Спасибо, - я поклонился богине. – Ты спасла меня… нас всех.

- Поторопись, Ллэйрдганатх, барду нужна помощь. Если он умрет, мы лишимся последней надежды.

- Эх, как славно, что мы с тобой еще раз встретились! – Подошедший Люстерхоф облапил меня с силой и бесцеремонностью медведя. – Жалко только, что пострелять по этим крысам не удалось.

- Ты что, ехал за нами?

- Все время. Как узнал, что ты оказался в этой компании, так и решил присмотреть за тобой. Не доверяю я брутхаймцам, эти ублюдки известны своим вероломством. А бастард Джарли ублюдок вдвойне, и по рождению, и по свойствам своей душонки. И знаешь, мне напоследок хотелось повидать твою кошку, - Люстерхоф присел на корточку, с опаской протянул руку к Уитанни. Гаттьена прижала уши, но дала себя погладить. – Она напоминает мне о Маргрет, храни Вечный свет ее добрую душу! Смотрю на нее, а самому кажется, что Маргрет рядом.

- Спасибо, друг, - ответил я.

- Не благодари меня. Это я твой должник. Ты спас мне жизнь и… Ладно, не будем разводить нюни. Словом, я рад, что так вышло.

- Ллэйрдганатх, надо идти, - напомнила Алиль, коснувшись пальцами моей руки.

- Да. Прощай, Ромбранд!

- Прощай, Повелитель кошек, - вальгардец пожал мне руку и еще раз погладил Уитанни. – Берегите друг друга. Может, однажды еще встретимся.

- Может быть.

Портал, о котором говорила Алиль, светился в десяти метрах от меня, между стволами двух огромных сосен. Сначала в него вошли четверо воинов Холавида – разбившись по парам, они внесли в портал носилки с де Клерком и тело старого Даэга. Следом в портал прыгнула Уитанни.

- Кирилл Сергеевич, можно я вас за руку возьму? – шепнула мне в ухо Вероника. Я заметил, что она испуганно косится на расхаживающих вокруг гаттьен.

- Держись крепко, - я не удержался и поцеловал Веронику в щеку, повернулся к Алиль. – Как я могу тебя отблагодарить?

- Оставайся самим собой, - богиня сверкнула глазами, накинула на голову капюшон и пошла в сторону леса. Гаттьены последовали за ней.

- Какая красивая! – вздохнула Вероника.

- Ты не хуже, - ответил я, и мы вместе шагнули в светящийся портал богини Алиль.

Глава 16

Глава шестнадцатая.

Свет. Он лился из стрельчатых узких окон справа и слева от меня, но в силу какой-то необычной оптической иллюзии казалось, что вся комната наполнена светом – тем удивительным, золотым, легким радостным светом, какой можно увидеть только в детстве, солнечным ранним майским утром в момент пробуждения. Полным тепла и безмятежности.

Я лежал на спине, на неширокой деревянной кровати, укрытый до половины алым шелковым одеялом. Странно, но я ничего не помнил. Как прошел портал, почему встречаю утро здесь, в этой просто убранной, но изысканной комнате неизвестного мне чертога, в этой постели. В моей умиротворенной светом