Назад в молодость - Евгений Силаев

того, работая журналистом, наслушался и начитался всякого. Местами такого, что кровь в жилах застывало. Но по сравнению с историей Фадеевых это все детский лепет. Или легкая разминка.

— Тут важнее другое, — возвращаю разговор в нужное русло, — Вот давайте вместе вслух подумаем.

Девушки отпустили мои руки и уставились выжидающими взглядами.

— Если я ей понравился, и Олеся подвержена гиперопеке отца, то она явно не остановится. Привыкла получать свое. А я в этой схеме такая же вещь, как кукла или платье. Это факт. Эгоисты часто забывают о том, что люди немного другая история.

— Ты где таких слов набрался? — с ехидством в голосе спросила Таня.

— Наслушался всяких психологов. В Литве это популярная тема, если что.

Вот как же удобно косить под студента из Прибалтики. Любой современный прикол можно списать на Литву, и это никого не смутит. Скорее наоборот, найдет понимание. «Маленькая заграница», как-никак.

— Так вот, — возвращаюсь в нужное русло, — Она мне не симпатична, если что. Но, учитывая все озвученное, надо что-то делать. Осторожно, но эффективно. И тут мне нужны ваши советы.

— Спать с ней не позволю! — возмутилась Таня, — А если эта выдра задрипанная будет и дальше к тебе лезть, то я ей волосы вырву.

В очередной раз поражаюсь ее боевитости. Вот так бывает же: вроде милашка-стесняшка, а тут… Цербер.

— Ага. И потом у тебя будут проблемы. Вплоть до судимости, — ехидно ответила Света.

— Так у меня брат милиционер! У кого еще что будет?

— Ага, а у товарища Фадеева связи в КГБ. Ну и кто кого в итоге?

Про противостояние советской милиции и КГБ я слышал из всяких передач типа «Следствие вели» Особенно, когда это касалось позднего СССР, буквально перед распадом. Меня всегда это поражало. Вроде делают общее дело, работают на благо Родины. Но мирно им не жилось.

— Спокойнее, — решаюсь их урезонить, — Так мы никогда вопрос не решим.

Девчонки замолчали.

Мы вошли в Лопатинский сад, дошли до тех самых автоматов и выпили по стакану воды. Сделали все это молча. И тут решение пришло. Но не ко мне.

— Есть идея, — сказала Света, — Играйся с ней.

— Как? — я не понял, что она имела в виду.

— Значит, объясняю. Танюш, не ревнуй, тебе никто изменять не будет. По крайней мере, план этого не подразумевает.

Таня сразу глянула на меня, а в глазах читалось: «только попробуй». Даже не собирался, дорогая!

— Я имею в виду поведение. Условно, в понедельник будь с ней добрым, приветливым, общительным. Позволяй себя трогать. Но только выше пояса. Можно даже погулять или сходить в кафе, только за руки не держитесь.

Она сделала паузу. Видимо, заразилась от меня.

— А во вторник не замечай ее. Она здоровается, ты игнорируешь. Она подходит к тебе, ты отходишь. Она улыбается, ты стоишь с каменным лицом. Далее в среду, как в понедельник, в четверг, как во вторник… В общем, ты понял.

— Да, теперь все ясно. Тактика знакомая.

— Откуда? — это снова Таня.

— Там, в Литве, — начинаю на ходу переделывать реальную историю, — Нравилась мне одна девушка. Она не сказала однозначного «нет», но вела себя точь-в-точь, как Света советовала. Со временем мне это надоело…

— И что ты сделал.

— Отстал от нее. Вот просто перестал общаться и так далее. Если со мной холодны, то и я греть не буду. Видимо, тут такая же цель.

— Именно. Ты ее не посылаешь, но и не соблазняешься. Рано или поздно она переключится на другого.

— Пускай на Архипова, — выдала Таня.

— Он снова к тебе лез? — мне стало очень интересно.

— Нет, — девушка рассмеялась, — После той истории на танцах он меня за километр обходит.

— А что за история? — задалась вопросом Света.

Мы радостно пересказали. Про драку трое на одного, перцовый баллончик и зажигалку с последующим позорным бегством нападавших. Света смеялась и не сдерживалась.

— Второй раз уже! Как и тогда, на физре. Ну ты даешь, Модест.

— Приходится.

Мы уже вышли из Лопаты (так называют Лопатинский сад — языковая экономия в деле) и, не сговариваясь, решили, что пора по домам. Таня своим взглядом намекнула, что сегодня можно пойти к ней. Пятница, да и в целом заслужил своими музыкальными успехами.

Мы разошлись возле кинотеатра «Современник». Пока шли, молчали. Я переваривал полученную информацию.

Значит, я Олесе нравлюсь. Это ясно. Влиятельный отец, связи. Что-ж. Еще вчера казалось, что главная проблема тут - экзамены. А теперь появляется капризная староста.

Аж интересно, что будет дальше.

Глава 29. Обстановка накаляется

Следующие две недели пролетели моментом, как вспышка молнии. Вот ее не было, потом резко есть, и — БАЦ! — снова исчезла.

Оно и понятно: репетиции, кружок и учеба. Последняя добавила новых сюрпризов, с которыми я в своем прошлом на филфаке не сталкивался. Контрольные.

Их стало слишком много, как по мне. А это требует времени и сил на подготовку. В общем, кроме учебы, общественной нагрузки и сна ничего особо не было. Еще и за окном пошел снег. Наступил декабрь.

В пятницу после пар я, Шурик, Электроник и Гриша снова отправились на репетицию. Там тоже все стандартно: два прогона программы, перекур, еще два прогона и так далее.

Прогресс на лицо: ребята заучили свои партии настолько, что готовы сыграть их даже с закрытыми глазами. Я же подтянул вокал и даже начал правильно дышать.

Суть в том, что вдохи и выдохи надо грамотно вплести в исполнение. Условно, во время пауз между куплетами или в проигрышах можно подышать. В начале проблемы были еще и с этим неочевидным аспектом.

— Фух, — выдыхаю и вытираю пот со лба тыльной стороной ладони. Закончился очередной прогон, и мы поняли, что устали. Накопленное, наверно.

— Предлагаю закончить, — взмолился Гриша, — Я уже иссяк.

— А у меня пальцы болят, — пожаловался Электроник, — Давайте следующие два дня выходные?

— Три, — поправляю его.

Слышу свою одышку и понимаю, что сделал все правильно. Я издавал такие звуки, словно только что пробежал марафон на жаре. Не меньше.

— Хорошая идея, — спокойно согласился Шурик, а потом прищурился и спросил, — А вы помните, чья сегодня очередь