Служба по расчету - Алекс Хай

вернуться в особняк. Там и охранять проще, и проблемы решать удобнее.

— Ты это матушке скажи. Она еще не отошла от твоего предыдущего представления… Рвет и мечет.

Я отмахнулся.

— Потом отведет душу, когда вернусь. Сейчас мне нужно, чтобы ты проконтролировал эвакуацию. Забирай Таню в чем есть, вещи завтра довезут.

— Леш, что происходит? Ты считаешь, что она в опасности?

До чего же мой братец, при всех его достоинствах, иногда казался мне глупцом.

— Сам подумай, Витя. Я отдал книгу с ценнейшей информацией на реставрацию. Отдал тайно, об этом почти никто не знал. И сегодня, когда мне отзвонились, что ее можно забирать, к мастеру заявились какие-то люди. Перевернули все вверх дном в поисках, а потом еще и едва не убили мастера. Но они не нашли книгу. И как ты думаешь, где они будут ее искать?

— Дома у реставратора или… у нас.

— Трехочковый! Наконец-то. С домом реставратора вопрос решим, все равно придется связываться с его родственниками. Это и работу с Черкасовым я беру на себя. А ты делай то, что должен делать наследник. Защити семью. На тебе доставка Тани и книги родителям. Книгу — только отцу в руки. Больше никому.

— Да что там такого?

— Откроешь и прочитаешь хоть страничку — все поймешь.

Виктор сомневался, но понимал, что я был прав. Следовало разделиться, чтобы успеть все сделать как можно быстро.

— Мать мне голову открутит, если я тебя оставлю, — вздохнул брат, но сдался. — Еще никогда не видел тебя настолько… собранным. Я поверю тебе, но, умоляю, не сделай хуже.

— Все, давай бегом в поместье. Только оставь мне Лаврентия с тачкой.

Мы быстро подали руки на прощание, и я жестом поторопил Виктора. Что ж, теперь, с одной стороны, стало спокойнее — не будет путаться под ногами. С другой — я все равно тревожился за него и сестру. Лишь бы моя уловка сработала, и главной целью все еще считался я.

— Ваша светлость, ребятки, хотите кофе? — предложила дама из сувенирного магазина, что неизменно курила возле входа. — Не бог весть какой, обычный три-в-одном. Но у вас явно ночка будет долгая…

— С удовольствием, — улыбнулся я и сунул несколько рублей в ладонь женщины. — Сделайте на всех, пожалуйста, если вас не затруднит.

— Да чего вы мне деньги суете? Я ж от души, ваша светлость…

— Нас много, а кофе денег стоит, сударыня.

— Экий вы заботливый, — хмыкнула дама. — Пойду чайник ставить…

Ожидая Черкасова, я проводил медиков до машины скорой помощи. Сольский вызвался ехать с Никитой — для надежности. И через Черкасова я попросил местную полицию обеспечить сопровождение. Пришлось проторчать на телефоне минут двадцать, координируя работу через Петербург. Все же это была уже другая губерния, и согласовывать приходилось, прыгая через много голов.

Наконец, через еще парочку кружек кофе и полусотню звонков — семье, Черкасову, градоначальнику Выборга, Аграфене и Яне — в ворота замка вошла петербургская группа Четвертого отделения.

— Ваша светлость!

Черкасов перебросил плащ на другую руку, и мы обменялись рукопожатиями.

— Здравствуйте, Евгений Александрович, — улыбнулся я. — Искренне рад вас видеть.

— И я вас, Алексей Иоаннович. Особенно в добром здравии.

— Отойдем?

Он кивнул и, раздав распоряжения своей команде, присоединился ко мне. Я отослал охрану из Зимнего подальше, чтобы не мешали, и спрятавшись в полутени замковой стены, протянул Черкасову два маленьких пакетика с уликами.

— Тот самый подарок, что я обещал. Пулю вытащили из головы пострадавшего, он жив. Не знаю, насколько точны его воспоминания после такого-то ранения, но… Вот вам патрончик. Знающие люди определили, что не гражданский.

Черкасов сунул улики в карман.

— Благодарю, ваша светлость. С этим можно работать. Хотя, признаюсь честно, мало вероятности, что мы вытянем из этого стоящие сведения. Немец не идиот, и пушку точно уже сбросили. Причем наверняка где-то неподалеку. Но партию патронов можно отследить. В любом случае отдам это нашим криминалистам, а они вытащат все, что можно.

— Я могу рассчитывать на то, что вы поделитесь новостями?

Черкасов вздохнул.

— Учитывая мои особые связи с вашей семье, если всплывет что-то важное, я сообщу. А теперь главный вопрос. Зачем Немцу, если это и правда он, понадобилось убивать этого реставратора?

Твой выход, Алексиус. Опять придется закручивать все так, чтобы не помешать следствию и при этом сохранить свои маленькие тайны.

— У Никиты Ежова, пострадавшего, как раз была на реставрации моя уже можно сказать семейная реликвия. Книга по магии, которая является частью семейного архива и проходит как семейная тайна. В ней содержится информация, которую мы защищаем как эксклюзивные знания нашей семьи.

Черкасов удивленно приподнял брови.

— Я не слышал, чтобы род Николаевых обладал особыми секретными заклинаниями…

— А еще до этого июня никто не слышал о повторении Великой Триады. — Я улыбнулся. — Евгений Александрович, семейные тайны на то и тайны, что их тщательно оберегают. Серьезная магия любит тишину.

Экспедитор пожал плечами.

— Что ж, прошу прощения за этот вопрос, но я обязан был его задать.

— Понимаю.

— Получается, нападавшие хотели выкрасть вашу реликвию. Им это удалось?

Я покачал головой.

— Реставратор был проинформирован о ценности доверенной ему вещи и принял меры для ее защиты. Увы, за это он получил пулю в голову. Мне еще предстоит решать вопрос о компенсации ущерба для бедолаги.

— Должен сказать, вам повезло, Алексей Иоаннович, — отозвался Черкасов. — Большинство людей просто бы отдали книгу — и дело с концом. Мало кто захочет рисковать жизнью ради чужой тайны.

— Уверен, Ежов бы так и поступил. Но, полагаю, кто-то спугнул нападавших. Главное во всем этом — след того Немца, что уже появлялся в ваших отчетах. Реставратор сказал, что один из нападавших говорил с немецким акцентом.

— И с учетом цели нападения… Что ж, есть база, чтобы запустить дело в работу. А прямо сейчас… Не вижу смысла вас задерживать.

Я оглянулся по сторонам, чтобы понять, кто за нами наблюдал. Волков и Ерофеев стояли ближе всего, но не могли расслышать нашего разговора.

— Прежде чем я уйду, у меня будет еще одна просьба, Евгений Александрович. Или зацепка — тут уж как вам угодно.

Черкасов приподнял бровь.

— Что-то еще выяснили?

— Есть подозрения относительно одного из приставленных ко мне охранников. Слишком уж явное совпадение. Уверен, что на