Корунд и саламандра, или Дознание - Алла Гореликова

– Вы ведь помните, каков он был, – вздыхает король. – А теперь… он словно обезумел, только и говорит, что о гномах, как он их всех истребит. – Андрий хмыкает, чешет бороду. – Никак не может понять, что глупо людям воевать с Подземельем. Будь я королем Золотого Полуострова, давно бы замирился с гномами.

– Будь ты там королем, ты бы с ними и не ссорился, – бурчит Васюра. – А так нам приходится тратить людей на присмотр за Таргалой, да еще и терять их.

– Объясни ребятам, что там творится, – просит король.

– Там ужасно, – Васюра передергивается. – Там давно позабыли о хороших урожаях. В деревнях голод, горожане в панике. Все больше разбойников. Почти не осталось мастеров – они бегут из Таргалы еще с тех пор, как там начались казни за связь с Подземельем. А те, кто не боялся тогда, бегут сейчас – от голода и нищеты. Мои агенты пару раз сталкивались с ханджарами на узкой дорожке в ремесленных кварталах – Империя, как и мы, старается перехватить лучших.

– А через пару лет, – пожимает плечами король, – может дойти до того, что Империя и Двенадцать Земель будут спорить за право оккупировать Золотой Полуостров. Грозный не сможет обороняться.

– Что мы должны будем делать там? – спрашивает принц.

– Учиться. Васюра подготовит вам документы. Будете обычными школярами из обедневшей дворянской семьи, откуда – подумаем. И ничего такого, что выходит за рамки обычной жизни.

– Смотреть и слушать? – улыбается Серега.

– И понять, что там творится, – добавляет Лека.

– Сущие пустяки, – с непривычной мрачностью итожит Васюра.

3. Смиренный Анже, послушник монастыря Софии Предстоящей, что в Корварене

Я долго сижу с Лекиным амулетом в руках. Просто сижу. Пальцы теребят серебряную змейку шнурка, а я вспоминаю глаза короля Андрия. Я чувствую – что-то гнетет его. Что-то еще, помимо отъезда сына и неурядиц Таргалы. «Хорошо, но немного не ко времени», – повторяю я… Видно, и в Славышти неладно. Ведь не без причины доставшаяся сыну слава кажется Андрию опаснее далеких таргальских трудностей…

Потом я думаю о Леке. Все-таки ужасно несправедливо, что на родину матери, в страну, которой правит родной его дед, он едет под чужим именем. Пусть Лютый обижен на дочь и зятя, пусть воюет он с Подземельем – но чтобы внуку, любимой дочери первенцу, опасно было с ним встречаться?!

Запоздало вспоминаю я посольство Лютого в Славышть – ведь он, пожалуй, готов был к ссоре! Не зря же Карела с собою не взял. Ведь какой был случай – подружить наследников двух королевств-соседей…

Но теперь мы можем лишь гадать, как сложилась бы история, не будь Лютый – Лютым. А в гаданиях таких – что толку? Принц и его побратим едут в Корварену – вот что важно. Потому что с этого и начнется та часть их жизни, которая вошла в сказание. Я добрался до Смутных Времен.

Вот только почему Сереге не нашлось места в песнях менестрелей?…