Балтийцы вступают в бой - Владимир Трибуц

В боях за плацдарм особенно отличилась 4–я рота 3–го батальона. Командир роты лейтенант В. И. Павловский в начале боя погиб, а политрук Д. С. Лапин был тяжело ранен. Противник при поддержке танков перешел в контратаку, создалось критическое положение. Командование ротой принял старшина 2–й статьи Б. Ивашкевич. Морские пехотинцы, удерживая позиции, нанесли противнику большие потери.

До декабря 1941 года моряки 4–й бригады вместе с бойцами 115–й дивизии фронта вели тяжелые оборонительные бои на плацдарме Невской Дубровки, потом получили новую боевую задачу: оборонять западное побережье Ладожского озера.

На вторую половину октября Ставка Верховного Главнокомандования наметила наступление войск 54–й армии с рубежа реки Вол- хово. Навстречу этим войскам с отвоеванного плацдарма Невской Дубровки должны были наступать 55–я армия и войска Невской оперативной группы — обе в направлении на Мгу. Наступлением предполагалось деблокировать город. В связи с этим командование фронтом решило усилить наши войска на плацдарме, переправив сюда 86–ю, 20–ю и 265–ю стрелковые дивизии. Для их переправы потребовались, кроме понтонных частей фронта, морские переправочные средства.

Военный совет фронта назначил ответственным за морскую часть переправы командира Ленинградской военно — морской базы контр- адмирала Ю. А. Пантелеева. Он приступил к отбору и доставке на правый берег Невы плавучих средств. Из личного состава корабельных соединений был создан специальный отряд переправы; в него вошла также флотская инженерная рота. Командирам инженерного отдела флота В. Г. Гречаному, А. И. Калмыкову, Н. Н. Коршикову, Г. А. Амханицкому, В. М. Аничину, А. Г. Дружинину, С. П. Кузнецову и В. Ф. Смирнову под руководством воен- инженера 1 ранга А. Н. Кузьмина поручили оказать техническую помощь в доставке техники на левый берег Невы. Одновременно на переправе от флота работало около 400 воинов, краснофлотцев и командиров. Создавался резерв личного состава.

За морским отрядом была закреплена одна из нескольких переправ — переправа № 5, получившая название «танковой». Тут же работали понтонные батальоны фронта и саперы флота, которыми командовал старший лейтенант П. П. Чухно.

Вместе со своими товарищами по фронту Б. В. Бычевским, Н. М. Пи- липец и другими морские специалисты капитаны 1 ранга Ф. В. Зозуля, А. И. Янсон (погибший на переправе), Ф. Л. Юрковский, А. К. Павловский выполняли не совсем свойственные им задачи.

23 октября резко похолодало, выпал обильный снег, на реке появилась шуга. В§реправа находилась на фланге плацдарма и хорошо просматривалась и простреливалась противником на расстоянии 350–400 метров. Работали только ночью, но и в это время противник, используя осветительные ракеты, вел беглый огонь по паромам и берегу. Потери в людях были большие. Приходилось вновь и вновь восстанавливать разрушенные артиллерией врага пристани и паромы. Снабжение войск, отстаивающих плацдармы, не прекращалось ни на час.

В первых числах ноября на реке пошла сплошная шуга, припай льда у берегов достигал трех — четырех сантиметров толщины, паромы ходили с трудом. 12 ноября река окончательно встала, а к

18 ноября лед достиг толщины восемь — десять сантиметров. Паромную переправу закрыли. Кто‑то подал мысль укладывать на лед большие рамы из досок, а на них — тросы, закрепленные на берегах за сваи. Тросы с рамами вмораживались в лед, сверху застилались тонкие бревна, которые тоже заливались водой. Вся эта конструкция перед рассветом маскировалась. К 28 ноября этот своеобразный мост был построен, и по нему пошла техника, включая танки.

Мне довелось побывать на переправе, видеть условия боевой работы наших людей. Это была огненная земля, каждый метр которой простреливался врагом. Командиры и краснофлотцы работали в немыслимо тяжелых условиях, часто приходилось под огнем входить в холодную воду. Здесь нужны были смелые, мужественные люди с золотыми руками.

Инженер — полковник А. Н. Кузьмин, руководитель флотской группы инженеров и саперов, в письме ко мне пишет: «Полтора месяца наша группа из восьми военных инженеров принимала участие в переправе людей, техники и танков… Забыть этот фронтовой «ад» трудно, его из памяти не вычеркнешь. До сих пор непонятно, как мы оттуда ушли живыми…»

Начальник инженерных войск фронта генерал Б. В. Бычевский объявил благодарность личному составу, принимавшему участие в переправе. В условиях сильнейшего сопротивления противника инженерные войска фронта переправили на левый берег Невы около 16 000 бойцов и командиров, 128 орудий, 24 танка, большое количество продовольствия и боезапаса, вывезли около 6000 ране ных. До декабря 1941 года отряд переправы действовал на Неве, выполняя задачи в самых тяжелых условиях и при отсутствии специальных переправочных средств.

Сейчас там, где был плацдарм Невской Дубровки, неподалеку от поселка балтийские ветры овевают величественный обелиск. Танк «Т-34» на постаменте, красноармеец в обмундировании первых лет войны с автоматом на груди, застывший по команде «смирно», каменный матрос, держащий в руках бескозырку, полны величия и скорби…

В период переправы и наступления войск Невской оперативной группы и 55–й армии фронтовая артиллерия, боровшаяся с батареями противника, была усилена орудиями эскадренных миноносцев «Гордый», «Сметливый», «Суровый», четырех канонерских лодок, шести крупнокалиберных железнодорожных и четырнадцати стационарных батарей — это около 90 орудий крупного и среднего калибра.

Войска были поддержаны также авиацией флота. Почти 200 боевых самолетов выделили для этой цели.

С 27 сентября Ставка включила в состав Ленинградского фронта 54–ю армию, которую месяц спустя возглавил генерал И. И. Федю- нинский. Фланг этой армии с озера поддерживал отряд кораблей Ладожской военной флотилии.

Намечавшиеся удары 54–й и 55–й армий и Невской группы войск вызвали тревогу у немецкого командования. На самолетах, поездах, машинах сюда срочно перебрасывались резервы, в том числе печально знаменитая испанская Голубая дивизия, впоследствии длительное время находившаяся под Ленинградом. Противник понимал, какая опасность могла для него возникнуть в случае успешного наступления войск 54–й армии: полоса, разделявшая войска Невской оперативной группы и 54–й армии, составляла на направлении Мга — Синявино всего шестнадцать километров. Поэтому, выйдя к Шлиссельбургу, гитлеровцы приступили к укреплению этой полосы, к созданию здесь большой плотности артиллерийско — мино- метных средств.

16 октября противник, упредив наступление наших войск, начал наступать сам в направлении Грузино — Будогощь — Тихвин на участке нашей 4–й армии, занимавшей оборону по реке Волхов. Его целью являлось окружение Ленинграда вторым кольцом в глубине нашей обороны в районе Тихвина. 39–й моторизованный корпус врага должен был закрыть дорогу через Ладожское озеро, соединиться с финнами на реке Свирь, захватить Тихвин и, продвинувшись на Вологду, перерезать коммуникации Карельского фронта. Бои сразу же приняли самый ожесточенный характер. 20 октября началось наступление 54–й и 55–й армий и Невской оперативной группы с целью деблокирования. Сражение продолжалось до

24 октября. Артиллерия кораблей, береговых и железнодорожных батарей, авиации флота поддерживали войска. Тысячи стрельб провели наши артиллеристы, израсходовав более 20 тысяч снарядов крупных и средних калибров. Успеха нам это наступление не принесло. Войска Невской оперативной группы задачу деблокирования не решили, однако сковали противника тяжелыми боями и расширили свой плацдарм.

В служебном дневнике генерал — полковника Гальдера говорится, что наступательные действия советских войск заставили немецко- фашистское командование не только задержать под Ленинградом на десять дней силы, предназначавшиеся для переброски на московское направление, но и перебросить из группы армий «Центр», из Франции и Восточной Пруссии по воздуху и железной дороге парашютные части, три пехотные дивизии, десятки тысяч мин. Тем самым было облегчено положение войск Западного фронта в критические дни битвы за Москву.

Как известно, до 30 сентября 1941 года, когда началось первое наступление фашистских армий на Москву, Красная Армия сумела остановить противника под Смоленском 10 июля и длительное время удерживала в этом районе; на Лужском оборонительном рубеже противника удерживали войска Северного фронта при активном участии Балтийского флота; более двух месяцев силы противника были скованы нашими войсками в Эстонии, где упорные оборонительные бои вели и части флота.

К сожалению, о значении активной борьбы наших Вооруженных Сил в Прибалтике, о том, что верховное немецкое командование до 22 августа 1941 года упорно стремилось захватить прежде всего Прибалтику, Ленинград, уничтожить Балтийский флот, до сих пор в наших военно — исторических работах недостаточно рассказано. Между тем без всестороннего анализа и освещения событий в этом районе, без раскрытия тесной связи между боевыми действиями на западном и северо — западном направлениях нельзя понять причин провала плана «Барбаросса».