Живым или Мертвым - Том Клэнси

— Увы, нет, Джек, — ответил Белл. — Что ж, если речь и на самом деле не идет о рождении у кого-то обычного ребенка и если этот Хади не попал в чей-то список рассылки по чистой случайности, можно допустить, что мы наткнулись на курьера.

Связь через курьеров была не самой оперативной, зато самой надежной. Зашифрованные данные и сообщения, скрытые в тексте какого-нибудь документа или на безобидном компакт-диске, не входили в число тех вещей, которые могут обнаружить аэропортовские таможенники. Если службам безопасности не известна личность курьера — не исключено, что Кампусу удалось расшифровать одного из них, — плохие парни имеют все возможности готовить что угодно, хоть конец света, а хорошие узнают об этом, лишь когда он наступит.

— Согласен, — сказал Джек. — Правда, еще может оказаться, что он работает на «Нейшенал джиографик» или что-то в этом роде. А серьезно — он или оперативник, или деятель активного обеспечения.

«Парень умеет мыслить тактически, и это тоже ему в плюс», — подумал Рик Белл.

— Ладно, — сказал он вслух. — Поставь это дело первым в списке задач и держи меня в курсе.

— Обязательно, — кивнул Джек и встал, но, шагнув к двери, остановился.

— Что-то еще? — спросил Белл.

— Угу. Я хотел бы переговорить с боссом.

— О чем?

Джек сказал. Беллу пришлось постараться, чтобы скрыть удивление. Он сложил перед лицом растопыренные пальцы и посмотрел поверх них на Джека.

— И почему вдруг ты так решил? После истории с МоНа? Джек, ведь речь идет о реальности. Полевая работа — это…

— Знаю я, знаю. Просто хочется знать, что я что-то делаю.

— Ты и так делаешь важные вещи.

— Рик, вы же понимаете, о чем я говорю. Что-то делать. Я много думал. По крайней мере позвольте мне высказать все это Джерри.

Белл подумал немного и пожал плечами.

— Ладно. Что-что, а это я могу устроить.

«Еще девять долбаных тысяч миль, а пива все нет и нет», — подумал Сэм Дрисколл, но тут же выкинул эту мысль из головы и напомнил себе в очередной раз, что вполне мог вернуться домой в пластиковом мешке. Еще два дюйма в любую сторону, и чертов осколок проткнул бы ему либо плечевую, либо сонную артерию, либо большую вену на руке, после чего он истек бы кровью задолго до прибытия «Чинука». И все же двоих потеряли. Барнсу и Гомесу досталось прямое попадание из РПГ. Янгу и Петерсону нашпиговало ноги шрапнелью, но все же они сумели самостоятельно забраться в вертолет. Потом последовал короткий перелет на базу Калагуш, где он расстался со всей группой, не считая капитана Уилсона, валявшегося там со сломанной ногой. Их обоих сначала перевезли в Германию, на базу Рамштайн, а оттуда доставили в армейский медицинский центр Брука в Форт-Сэме, возле Хьюстона. Как выяснилось, оба нуждались в ортопедической хирургии, по которой как раз и специализировался центр. И еще им требовался демерол. Сестры здесь были мастерицами по части обезболивания, но все же прошло немало времени, чтобы он отрешился от того ощущения, которое испытал пять дней назад, когда сначала почувствовал, а потом увидел торчавший из его тела острый кусок гиндукушского гранита.

Операция, по большому счету, провалилась, а рейнджеры не привыкли к неудачам, и неважно, сами они были в них виноваты или кто-то другой. Данные разведки оказались верными, а нужная персона, судя по всему, была в этой пещере, но покинула ее, возможно, менее чем за сутки до их вылазки. «И все же, — сказал себе Дрисколл, вспоминая все то дерьмо, которое им пришлось разбросать по пути к точке вылета, — дело могло обернуться куда хуже». Он потерял двоих, но тринадцать человек вернулись. Барнс и Гомес, черт возьми…

Дверь открылась, и в палату въехал на инвалидном кресле капитан Уилсон.

— Гостей принимаете?

— Конечно. Как ваша нога?

— Пока не срослась.

Дрисколл усмехнулся.

— Придется вам, сэр, еще немного потерпеть.

— Впрочем, никаких спиц или штырей не вставляют, так что, думаю, все обойдется. А как у вас дела?

— Даже и не знаю. Доктора темнят. Операция прошла хорошо, сосуды не повреждены, а это было бы хуже всего. Думаю, кости и суставы лечить куда труднее. О ребятах что-нибудь слышали?

— С ними все в порядке. Сидят на месте, наедают животы.

— Как Янг и Петерсон?

— Оба — лучше некуда. На несколько недель освобождение от нарядов и тренировок, только и всего. Но, знаете, Сэм, происходит что-то неладное по другой части.

— Да, я сразу по вашему лицу догадался, что вы пришли не для того, чтобы сообщить о концерте Керри Андервуд.

— К сожалению, нет. В батальон нагрянули два агента из Отдела криминальных расследований.

— По наши души?

Уилсон кивнул.

— Роются в наших рапортах. Сэм, за вами нет чего-нибудь такого, что мне стоило бы знать?

— Нет, сэр. Месяц назад оштрафовали за неправильную парковку, когда я ездил в тренажерный зал, а в остальном я был примерным мальчиком.

— В пещере все было кошерно?

— Стандартная история, командир. Точно так, как я описал.

— Как бы там ни было, сегодня во второй половине дня они явятся сюда. Говорите с ними напрямик. Так будет лучше всего.

Дрисколлу потребовалось не больше двух минут, чтобы понять, что им нужно — они явились за его головой. Неизвестно, кто и зачем навел на него ОКР, но определенно кто-то ткнул кого следовало носом в то, что происходило в пещере.

— Сколько часовых вы встретили?

— Двоих.

— Оба убиты?

— Да.

— Хорошо. После этого вы вошли, собственно, в пещеру. Сколько человек из тех, кто там находился, были вооружены? — спросил один из дознавателей.

— Закончив, мы насчитали…

— Нет, нас интересует эпизод проникновения в пещеру. Сколько там было вооруженных?

— Объясните, что значит «вооруженные»?

— Хватит умничать, сержант. Сколько вооруженных людей вы встретили, когда вошли в пещеру.

— В моем рапорте все сказано.

— Троих, верно?

— Похоже на то, — ответил Дрисколл.

— Остальные спали.

— С «АК» под головами. По-моему, вы чего-то не понимаете. Вы ведь клоните к тому, что нужно было взять их в плен, верно? Так вот, в жизни — в настоящей жизни — такого не бывает. Ввязаться в пещере в перестрелку хотя бы с одним из плохих парней, значило положить своих.

— Вы даже не попытались обезвредить спавших?

— Я бы сказал, что обезвредил их вполне надежно, — ответил, ухмыльнувшись, Дрисколл.

— Вы застрелили их спящими.

Дрисколл тяжело вздохнул.

— Парни, вы так и не сказали, что вам нужно?

— Всему свое время. Сержант, в вашем рапорте об операции имеются неопровержимые доказательства того, что вы совершили массовое убийство безоружных солдат противника. Если распространить это обвинение на всю вашу группу…

— Чего вы пока что не сделали, верно?

— Всему свое время, — повторил один из агентов.

— Потому что вы знаете, что все это чушь собачья, и пытаетесь уговорить меня культурно, по-джентльменски, положить голову на плаху и не устраивать скандала. Зачем вам это? Я выполнял свой долг. А вы выполняйте свой. Мы сделали все так, как требуется по уставу в таких обстоятельствах. Нельзя давать этим мерзавцам шанса накинуться на нас.

— Но создается такое впечатление, что вы даже не предложили им сдаться. Это так?

— Боже всемогущий… Джентльмены, эти идиоты не сдаются в плен. По части фанатизма камикадзе рядом с ними покажутся бесхарактерными слабаками. То, о чем вы говорите, привело бы только к гибели моих людей, а на это я пойти не мог.

— Сержант, вы признаетесь в том, что преднамеренно казнили без суда и следствия людей, находившихся в пещере?

— А как вы посмотрите на то, чтобы дальнейший разговор провести в присутствии адвоката из СВА?[21]

Глава 34

— Пустая трата времени, — сказал сидевший на пассажирском месте Брайан Карузо, глядя в окно. — Хотя, наверно, бывают места и похуже. — Швеция оказалась очень красивой, ухоженной, очень зеленой страной, а на шоссе, по которому они ехали из Стокгольма, не было ни выбоинки. И нигде ни соринки. Они находились в девяноста милях севернее столицы Швеции, а еще в двенадцати милях на северо-восток сверкали под усыпанным пухлыми облаками голубым небом воды Ботнического залива. — Слушай, а где, интересно, они держат свою «команду бикини»? — добавил морской пехотинец.

Доминик расхохотался.

— Братец, все они нарисованы на компьютере. А живьем их никто и никогда не видел.

— Черт возьми, готов поспорить, что любую из них можно натурально взять за задницу. Сколько еще до этого… как его? Седерхамна?

— Да. Около ста пятидесяти миль.

Джек и Сэм Грейнджер ввели их в курс дела, и, хотя братья Карузо полностью согласились с идеей операции «широкого траления», им понравилась также и побочная задача — поворошить кусты и попытаться вспугнуть дичь. Кроме того, представлялся удобный случай освежить на практике свои профессиональные навыки. Так сложилось, что почти все операции, выпавшие на их долю за время работы в Кампусе, проходили в Европе, и дополнительная тренировка в реальных условиях могла пойти только на пользу. Без пистолетов они оба чувствовали себя довольно неуютно, словно голые, но такое положение тоже входило в число реалий оперативной работы. По другим континентам им, как правило, приходилось разъезжать безоружными.