Московский вектор - Патрик Ларкин

– Веселый полет, правда, подполковник? – воскликнул один из членов экипажа, сверкая белозубой улыбкой. – Настоящие американские горки!

Смит через силу улыбнулся.

– Всегда был неравнодушен к аттракционам.

Шутник засмеялся и продолжил наблюдать сквозь люк за пространством вокруг. Олег Киров, сидя с закрытыми глазами рядом с Фионой Девин напротив Смита, казалось, крепко спал.

«Пейв Лоу» опускался все ниже, поворачивая на запад. По бокам захлестали ветки деревьев, закачавшиеся в разные стороны от мощного потока воздуха.

– Зона приземления прямо под нами, – протянул бортинженер. – Сто футов, пятьдесят узлов.

Смит отпустил ремень и выпрямил спину. Сумка с одеждой, оружием и прочими приспособлениями со склада в Авиано стояла под его сиденьем. Он поднял голову и увидел, что Киров и Фиона уже готовятся к высадке. Россиянин поднял большие пальцы.

Наконец «Пейв Лоу» опустился на широкую поляну среди леса. Горный хребет, уходивший на юг, темнел на фоне освещенной лунным сиянием долины слева. Оглушающий грохот стал стихать, перерос в вой и вдруг совсем смолк. Винтовые лопасти постепенно замедлили ход и остановились.

Экипажу приказали ждать Джона Смита и его команду до тех пор, пока те не справятся с заданием. Но ни при каких обстоятельствах ничего больше не предпринимать. Агентам «Прикрытия-1» предстояло справиться с любыми трудностями, какие бы ни уготовила им судьба, без посторонней помощи. Или, в случае неудачи, принять смерть.

Смит отстегнул ремень безопасности с чувством великого облегчения. Не то чтобы его напугал полет на предельно малой высоте, однако на земле, где отвечаешь за себя только ты сам, находиться было как-то спокойнее. Перекинув через плечо каждый свою сумку, он, Фиона Девин и Олег Киров сошли на землю и направились во тьму леса.

Остановились, почти взойдя на вершину, на другой, совсем маленькой полянке, и взглянули на кучку потрескавшихся, заросших мхом и папоротником камней в центре. За эти земли боролись на протяжении тысячелетий древние умбры, этруски, римляне, готы, ломбардцы. Руины их поселений усеивали территорию современной Италии повсюду.

– Переоденемся здесь, – сказал Смит, снимая с плеча сумку.

Дрожа от холода, все трое быстро освободились от обычной одежды и облачились в темные брюки и свитера. Намазали черными карандашами для маскировочной раскраски шеи и лица. Обули удобные ботинки, на руки натянули перчатки из толстой черной кожи. Достали сверхсовременные цифровые камеры, рации, лазерную разведывательную аппаратуру и прочие приспособления.

– А броня? – спросил Киров, извлекая и рассматривая штурмовой бронежилет.

Смит покачал головой.

– Обойдемся пока без нее. Для того, что нам предстоит сделать, слишком уж она тяжелая. Наша задача проникнуть в Центр, выяснить, что там происходит, и уйти незамеченными. Если придется бежать, надо будет мчаться со всех ног.

– А если кто-нибудь откроет огонь? – спросил Киров. – Что тогда?

– Попытайтесь увернуться от пуль, – посоветовал Смит, улыбаясь. Он протянул россиянину девятимиллиметровый «Макаров» и три запасных магазина, себе взял «зиг-зауэр». На плечо оба повесили по пистолету-пулемету «Хеклер-Кох МП-5», дополнительные обоймы по тридцать патронов в каждой рассовали по карманам.

Фиона Девин положила легкий пистолет «глок-19» в кобуру на поясе, отступила на шаг назад и взглянула на товарищей.

– Фред Клейн снабдил нас всем, чем только возможно, – произнесла она с шаловливой улыбкой. – Вы сообщили Олегу, что операцию желательно провернуть, не поднимая шума, подполковник?

Смит кивнул.

– Угу. – Он провел пальцами по рукояти пистолета. – Но, признаться честно, я смертельно устал чувствовать себя в схватке с врагом более беспомощным. Если в нас и на этот раз начнут стрелять, дадим им достойный отпор.

Вдоль ограды из цепей вокруг Центра по демографическим исследованиям росли сильно согнутые от старости оливковые деревья и виноград. Почти везде в современных зданиях из стали и стекла в этот поздний час не горел свет. Светились занавешенные жалюзи окна в единственной стоявшей отдельно от других лаборатории. Камеры теленаблюдения, установленные на крыше, следили буквально за каждым квадратным сантиметром вокруг. Приблизиться к лаборатории незаметно не было ни малейшей возможности.

В ста метрах от лаборатории в неглубокой дренажной канаве, накрывшись маскировочной сеткой, лежала стройная женщина в черном. При помощи прибора ночного видения она следила за зданием. Даже когда светила луна, с расстояния нескольких метров наблюдательницу было не рассмотреть.

Откуда-то сзади внезапно послышались приглушенные звуки. Женщина насторожилась, предельно аккуратно, чтобы не шуметь самой, повернулась и, затаив дыхание, сосредоточила внимание на винограднике, откуда доносился треск и шелест.

Есть. Одна из притаившихся там теней вдруг видоизменилась, и наблюдательница ясно увидела у серых голых лоз склонившегося к земле мужчину. Несколько мгновений спустя к нему присоединился второй человек, потом третий – женщина.

Наблюдательница рассмотрела в прибор лицо первого «гостя» и, не веря собственным глазам, вскинула брови.

– Вот это да… – одними губами пробормотала она, осторожно убирая сетку и поднимаясь на ноги. Испуганные ее внезапным появлением, трое прибывших, мгновенно достав пистолеты, устремились к ней.

– Только не убивай меня, Джон, – спокойно произнесла наблюдательница. – Друзей у тебя здесь не очень-то много.

Ошарашенный, Смит ослабил палец, который уже положил на спусковой крючок.

– Рэнди?.. – В изумлении спросил он. – Какого черта ты тут делаешь?

Стройная оперативница ЦРУ подошла ближе и тоже нагнулась к земле. Ее гладкое симпатичное лицо сияло озорством.

– Я первая должна задать вам этот вопрос, ведь явилась сюда раньше.

Смит невольно улыбнулся. Рэнди была права.

– Справедливо, – ответил он, пожимая плечами.

Мысль быстро заработала. Следовало придумать правдоподобную историю, в которую Рэнди могла бы поверить. Она приходилась сестрой его покойной невесте и неоднократно спасала ему жизнь, однако работала на ЦРУ и не имела понятия о существовании «Прикрытия-1».

– Пентагон попросил меня разыскать источник таинственной болезни, – наконец произнес Джон. – Той, от которой умирают наши ведущие разведчики и ключевые фигуры в правительстве и вооруженных силах бывших советских республик. Нам удалось выяснить, что болезнь создал человек. Это биологическое оружие.

– Почему они обратились именно к тебе? – спросила Рэнди.

– Потому что на конференции в Праге именно со мной заговорил о заболевании российский ученый, – ответил Смит. Он быстро поведал Рэнди о том, как на Карловом мосту убили Валентина Петренко. – Когда я рассказал о случившемся в Вашингтоне, меня отправили в Москву собрать нужные сведения.

Рэнди с неохотой кивнула.

– Почти убедительно, Джон. – Она подозрительно взглянула на Кирова, с которым несколько лет назад, работая в Москве, уже встречалась. – Генерал-майор российской службы безопасности?

Седоволосый здоровяк расплылся в улыбке, качая головой.

– Теперь просто Олег Киров, мисс Рассел. Я в отставке.

Рэнди фыркнула.

– Признаюсь: верится с трудом. – Она кивнула на пистолет-пулемет. – Чтобы пенсионер рыскал по Италии, вооружившись до зубов… Я вижу такого впервые.

– Олег помогает мне, – объяснил Джон. – В Москве был для меня гм… личным консультантом.

– А это кто? – без церемоний спросила Рэнди, указывая на Фиону Девин. – Твоя секретарша?

Джон заметил, что от негодования Фиона вся напряглась.

– Мисс Девин – журналистка, – быстро проговорил он. – Когда я приехал в РФ, она уже расследовала историю с болезнью.

– Журналистка? – недоверчиво переспросила Рэнди, качая головой. – Послушай, Джон, это ведь нелепо. Выполняя задание Пентагона, ты повсюду таскаешь за собой репортера.

– Здесь я не в качестве журналиста, – холодно произнесла Фиона, впервые подав голос. Ирландский акцент прозвучал в ее словах более отчетливо.

– А в качестве кого? – жестко спросила Рэнди. Смит рассказал ей о нескольких попытках Эриха Брандта, действовавшего по указанию Константина Малковича, убить их. И о том, какие на их поимку бросил силы Кремль.

– Мы с Олегом решили, что мисс Девин должна улететь с нами, – сбивчиво заключил он.

Последовало непродолжительное молчание.

Наконец Рэнди вскинула руки и приковала к Джону горящий взгляд.

– По-твоему, я должна принять этот бред за чистую монету?

– Называй, как хочешь, но это правда, – решительно заявил Смит, радуясь, что во тьме не видно, как покраснели его щеки. «Во всяком случае, по большей части правда», – добавил он про себя, успокаивая совесть.

– И как же вам удалось так благополучно сбежать из Москвы? – сардонически осведомилась Рэнди. – Улизнуть от милиции и ФСБ, от кремлевских ищеек?