Глобальный человейник - Александр Зиновьев

Фил

А л: Меня удивляет то, что в разговорах со мной сотрудники МЦ высказываются довольно резко в отношении нашего общества, не опасаясь последствий. Я не думаю, что это – проявление демократии. Что скажешь ты об этом?

Ф и л: Не думай, будто эти высказывания говорят о нелояльности твоих собеседников. Все эти разговоры глохнут в нашей узкой среде. А тут придерживаются такой политики. Вскрывать идейные «гнойники», давая людям возможность высказаться перед кем-то, кто с их точки зрения не может принести им вреда. Очевидно, тебя принимают за такого. Перевести идейные «открытия» сотрудников, неизбежные в условиях нашей работы с недоступной посторонним информацией, в сознание неизбежности и рациональности того, чего касаются их «открытия», и выработать у них идейный цинизм. Помяни мои слова, пройдет не так уж много времени, и ты без всяких эмоций будешь говорить, например, что в таком-то регионе ГО умерло от голода сто миллионов человек, хотя в то же самое время было ликвидировано съестных запасов на двести миллионов, и будешь осознавать целесообразность как того, так и другого. С точки зрения содержания мыслей, тут полная свобода. Думай и говори что угодно. Только соблюдай два условия.

А л: Какие?

Ф и л: Первое – твои мысли не должны выходить за пределы МЦ. Второе – твои мысли должны быть абсолютно бесстрастны, то есть не должны провоцировать чувства и стремления действовать. Знаешь, как было в старину: мысль о преступлении не есть преступление, мысль без внешних проявлений не существует. Мы – мозг, а не чувство и воля человечества. И больше ничего!

Вызов в отдел лояльности

Утром вместо задания получил распоряжение явиться в Отдел Лояльности. Я испугался, думал, что это связано с разговорами о коммунизме. Оказалось, это обычная формальность, через которую периодически проходят все сотрудники. Во время испытательного срока положена одна такая промежуточная процедура. Мне было задано несколько десятков вопросов, на которые я должен был дать самые краткие и четкие ответы. Я это сделал без труда. Никаких намеков на мои беседы с прочими сотрудниками не было. Однако чувство тревоги и страха меня не покидало после этого целый день.

Я решил прекратить всякие разговоры о коммунизме. В этих разговорах само их количество может служить показателем повышенной заинтересованности в теме. Филу это можно позволить, ибо это касается его профессии. А мне... Одним словом, надо больше слушать и меньше говорить самому, причем не проявлять интереса ни к чему.

Ми

М и: Скажи, те женщины, с которыми ты имел сексуальные отношения, беспокоились по поводу возможной беременности?

А л: Нет. Но я думаю, что это благодаря противозачаточным мерам и средствам.

М и: Ты предполагаешь, но не уверен. Если бы это было так, ты заметил бы. И сам принял бы участие со своей стороны.

А л: Пусть ты права. А что это значит?

М и: Я с самого начала подозревала, что ты один из нас. Теперь я в этом уверена. Ослабленная форма уродства. Ты не рецидив прошлого, а вестник будущего.

А л: Какая разница?

М и: Весьма существенная. Будущее принадлежит нам, уродам. Будущее общество есть общество не только моральных, психических и интеллектуальных уродов, каким уже является наше общество, но и уродов физических. Атомные испытания, искусственные продукты литания, отравленная природа, бактериологические, генетические, психологические и прочие эксперименты... Неужели ты думаешь, это все осталось без последствий? Посмотри на так называемых здоровых западоидов! Они же тоже физические уроды! Бесчисленные конкурсы силы и красоты – кто на них получает призы?! Смотр уродств, какие трудно даже вообразить с самой извращенной фантазией! Недалеко то время, когда так называемых здоровых людей будут держать как средство воспроизводства уродов, поскольку мы, уроды, полностью утратим способность размножения. Эту функцию мы полностью возложили на «здоровых» и на искусственные устройства.

А л: Ты слишком мрачно видишь будущее!

М и: А ты?! Ты, очевидно, знаешь, что в МЦ есть клуб для инвалидов. Ты должен его посещать. Только там еще сохранились какие-то человечные отношения. Пусть даже негативные, но все-таки человечные, а не роботообразные. К тому же это будет гарантией оставления на основной срок. Инвалида во избежание скандала выбросить не посмеют.

Ро

Все время думаю о каком-то неожиданном «повороте мозгов», благодаря которому я увидел бы новые перспективы развития нашего общества, принципиально новую надежду на будущее. Но, увы, никакой такой поворот не получается. Старые испаряются, а новые не приходят.

Р о: И не придут. И незачем ломать голову зря. Все абсолютно ясно и без этого. Все давно предопределено.

А л: Что именно?

Р о: Наше общество накопило гигантские богатства, гигантские средства удовлетворения практически любых потребностей. И даже сверх того. Мир полон соблазнов. Соблазны доступны всем, а средства их удовлетворения – немногим. Что делать? Любыми путями попасть в число избранных. Максимально использовать жизненные блага. Если нужно расширить круг счастливчиков, чтобы попасть в него, борись за его расширение. Если можешь попасть без этого, борись против его расширения. Если можешь попасть в число счастливчиков, борись за сохранение того, что есть. Если не можешь – борись против. Одним словом, все старо как мир. И никакой иной премудрости не существует. Все прочее – суемудрие и блажь.

А л: Ты, конечно, права сточки зрения здравого смысла. Но жизнь человеческая не сводится к атому. Какой-то поэт двадцатого века сказал: хвала тому безумцу, который навеет человечеству сон золотой.

Р о: Зачем нам сон, если мы наяву можем иметь все, что приснится?! Если мне не изменяет память, я тебе как-то говорила о том, что даже самая маленькая должность в МЦ может стать источником дополнительных доходов.

А л: Я же взял на себя обязательство ничего подобного не делать.

Р о: Все берут на себя такие обязательства, но мало кто их выполняет.

А л: Мне надо выдержать испытательный срок, так что я и думать в этом направлении не хочу.

Р о: Ты поразительно наивен. Ты думаешь, тебя пригласили сюда на работу как гениального мыслителя?! Есть мощные силы, от которых это зависело. Они, конечно, приняли во внимание то, что ты не глуп. Но в большей мере они приняли во внимание твое положение. Имей в виду, от этих сил зависит и то, оставят тебя тут на основной срок или нет.

Итак, мое оставление в МЦ зависит от инвалидов, которых представляет Ми, и от каких-то мощных сил, которые представляет Ро. И от Ива, конечно. От кого еще?!

Рутина

Секс-школу бросил. Это для меня слишком дорого. К тому же у меня наступило полное отупение к тому, чему в ней учат. Фил сказал, что такая реакция – обычное явление. Ни один новый сотрудник не доучился в школе до конца. Собственно говоря, она на самом деле и рассчитана на то, чтобы вызвать эффект отупения.

Ро не проявила никаких эмоций по поводу моего поступка. Я чувствую, что ее интерес ко мне вообще ослабевает. Мы редко встречаемся. И при этом почти ни о чем не разговариваем. Мы исчерпали ее интеллектуальный запас для интимного общения. Нам просто не о чем больше говорить, что было бы интересно для обоих. Боюсь, что она скоро вообще дает мне отставку. Не исключено, что она сама боится прочной привязанности к кому-то и усилием воли, в чем ей не откажешь, обрывает связь, когда ей начинает казаться, что эта связь заходит слишком далеко.

Преступное человечество

Однажды в кантине я прислушался к разговору моих соседей по столу. Мы друг друга знали в лицо, так что они не церемонились со мной и даже, как мне показалось, говорили специально для меня. Они говорили о преступности. Вот смысл их разговора.

Во всех средствах массовой информации, включая телевидение, кино, газеты, журналы и книги, на первом месте стоит тема преступлений. По телевидению есть несколько каналов, которые круглые сутки показывают преступления, изображают преступления, рассказывают о преступлениях. Они приковывают к себе постоянно (!) внимание миллиарда жителей планеты. Миллиарда! Во всех подробностях показываются заснятые специальными устройствами и изображаются самые разнообразные преступления. Показываются и изображаются на высочайшем уровне технических изобретений и изобразительных средств. Без каких бы то ни было ограничений. Без каких бы то ни было сдерживающих начал. Не щадя никого и ничего. Преступления всех категорий населения, всех национальностей, всех вероисповеданий, всех убеждений, всех уровней культуры... Одним словом, всех! Опытные и прекрасно информированные специалисты сообщают самые объективные и всесторонние данные о преступности, излагают результаты скрупулезных социологических исследований, делают прогнозы. Из всего этого напрашиваются устрашающие выводы. Преступность есть норма жизни современного человечества, уклонение от нее – редкое исключение. Дело не просто в том, что преступность достигла колоссальных масштабов, а в том, что все человечество стало преступным по существу. Преступность пронизывает все сферы, все уровни, все подразделения общества во всех его разрезах. Общество уже бессильно бороться с преступностью. В нем все происходит под знаком преступлений. Даже непреступные действия людей совершаются по законам преступности.